Билд Амелии

– Э-э-э… – Виктория хотела что-то сказать, но вместо этого бессвязно замычала.

– Это как носить в кармане кольцо всевластья. Если наденешь – вся Вселенная будет твоей, но ты перестанешь быть собой. Главная моя фобия.

– Вот оно как.

– Угумс, я не боюсь никого-ничего, кроме своей силы.

– И ты не сможешь сопротивляться искушению? – с интересом спросила Вики.

– Лучше даже не говорить на эту тему. Если я сорвусь, то уж точно перестану любить тебя. Мне будет не до того.

Виктория побледнела и сказала:

– Ох, я лучше тоже не буду пробовать.

Всё–таки я позволила себе немного опьянеть, для создания настроения. Через некоторое время заметила, что Виктория танцует и говорит с красивой азиаткой. Когда незнакомка отошла, я приблизилась к сестре и спросила:

– Что за девка крутилась рядом с тобой?

– Как приятно, когда ты ревнуешь, – умилилась Вики. – Это Лу. Её отец китаец, а мать американка. Никогда не встречала настолько красивых китаянок.

– Может быть, Ли?

– Это я и сама не поняла, слишком шумно. А ты не скучаешь?

– Нет, – улыбнулась я, – мне нравится диджей и я развлекаюсь, сканируя всех подряд. Не нашла ещё ни одного кейпа. Смотри, твою подружку куда–то тащат.

Троица парней затолкала китаянку в черновой выход, куда регулярно наведывались курильщики.

– Может сходим и проверим, как у неё дела?

– Окей, – согласилась Виктория.

– Помнишь об ограничениях? – уточнила я, в ответ, получив утвердительный кивок.

На улице девушка громко кричала на парней, пока не получила от одного из них пощёчину.

– Эй, мы разбираемся с одноклассницей, – крикнул другой пацан, – валите отсюда мокрощёлки.

Я схватила за руку рассердившуюся сестру и ответила:

– Девочек теперь трое, так драка будет честнее.

– Какая драка, идиотина, – произнёс пацан, давший пощёчину китаянке, – ты хоть знаешь, что за вопрос мы решаем?

– А мне похуй, – ответила я, – просто хочу размять кулаки.

Вики явно возбудилась от мысли спасти красивую девушку. Третий молчаливый из троицы двинулся ко мне, а тот, с кем я говорила, схватил китаянку. Может она должна им денег, а может, продала некачественную дурь, она меня не интересовала. Парень медленно подошёл, дав мне шанс сбежать, а потом с жестокой гримасой ударил мне коленом в живот.

Видимо, он был высокого мнения о себе, но цели так и не достиг. Я экспериментировала с изменением тканей и весила на тот момент килограммов девяносто. Его удар заставил меня сделать шаг назад, а перекосившегося юношу отдачей кинуло на два шага. Он не отбил себе колено, но вряд ли не почувствовал боль, просто сумел её скрыть.

– Хотите ещё? – грозно крикнул тот, что пока не принял участия в потасовке.

– Сестра, позволь мне заломать их, – попросила Вики.

Парням происходящее резко разонравилось. Удар молчаливого не нанёс мне вреда, а голос Виктории звучал как рычание зверя.

– Отпусти стерву и валим отсюда, – впервые заговорил самый драчливый.

Этот парень производил благоприятное впечатление. Своей молчаливостью, жестокостью и благоразумием. У него явно работала чуйка, находящаяся сзади, ниже спины. В итоге, я решила не преследовать глупых хулиганов.

У китаянки текли слёзы, но теперь она разрыдалась и кинулась Виктории на грудь. Та с видом довольной кошки приобняла девушку, а её рука предательски поползла вниз к попке. Я с заинтересованным видом подошла и положила девушке руку на плечо. Та ещё не пришла в себя, чтобы осознать, что её лапают две незнакомки.

– Тебе ничего не светит, – сказала я с усмешкой, – девочка натуралка. Красотка Ли-лу всего лишь благодарна за помощь.

– Не обламывай кайф, – недовольно отвернулась Виктория.

Когда мы посадили девушку на такси, алкоголь у меня уже выветрился и возвращаться в клуб ни мне, ни Виктории не хотелось.

– Неплохо вчера погуляли, – поделилась хорошим настроением Вики, – Потанцевали, спасли человека.

– Ага, особенно если у человека такое милое азиатское личико и такие стройные американские ножки.

Пока закрывали номер, сестра всю меня изжамкала. Надо придумать что-нибудь необычное, чтобы выбить у неё из головы все мысли, кроме платонических.

– Ты хочешь поучиться со мной чему–то полезному, – спросила я Викторию, – или погуляешь сегодня одна?

– А можно подробней?

– Я договорилась об уроках в разных специфических областях. К примеру, как профессионально делать мейк.

– А можно посмотреть со стороны? Так я узнаю то же, что и ты и не надо будет лишний раз платить.

– ОК, если будешь вести себя тихо. Но лучше бы сходила в какой-нибудь музей. Истории рабовладельчества, к примеру.

Подозрение в том, что Виктория потомок рабовладельцев, чуть не заставило нас вернуться в номер.

Вики взяла со стола чашечку и глотнула чёрный кофе.

– И кого мы тут ждём? – спросила она с интересом глядя на внутреннее убранство фем-кафе.

Я взяла сладкое какао со сливками и наслаждалась вкусом. Посмаковав, медленно ответила:

– У нас назначена встреча с женщиной, которую нашла Сплетница. Эта дама продаёт рекомендации в тайное женское общество, но только после личной встречи.

– Какая-то секта?

– Нет, это университетское студенческое сообщество. Оно действует на территории кампуса и каждый год набирает новых членов.

– Тогда почему оно называется тайным?

– Честно говоря, я сама не знаю. Участницы сообщества живут не в общежитии, среди других студенток, а в своём отдельном доме и называют друг дружку сёстрами. Их жизнь там полностью приватна.

– Постой, это не то, что называют «греческой сорорити»?

– Ага, даже ты об этом слышала.

– Ну и объясни мне, нахера?

– Зачем тебе туда вступать? Главная причина в том, что если ты не вступишь со мной в одно сестринство, мы почти не сможем видеться во время учёбы.

– А тебе оно зачем?

– Представь, что утром ты ешь тосты и идёшь на лекцию. После уроков отправляешься в библиотеку, пишешь эссе. Потом идёшь в общагу, читаешь книгу по теме лекции и ложишься спать. Представила?

– Ну…

– А теперь представь, что так продолжается каждый день: аудитория-билиотека-общага-аудитория-библиотек-общага. Кампус маленький, подрабатывать тебе не надо, бухать нельзя, а твои подруги такие же нёрды, как ты.

– Сгущаешь краски. А что хорошего в секте?

– Начнём с того, что в сестринстве все девушки симпатичные или красавицы.

– Продолжать не надо, я…

– Нет, я продолжу. Эти девушки вместе организуют за год больше общественных мероприятий, чем ты можешь себе представить. Своим примером они возрождают культуру взаимопомощи. Организуют и возглавляют общественные работы. На этом поприще сестринства соревнуются между собой. В чём-то похоже на работу Протектората, не так ли?

– Хочешь сказать, чтобы я не скучала, должна заняться деятельностью, похожей на супергеройскую?

– Разумеется, нет! Тебе не впервой возиться с детьми или помогать калекам, но ты упускаешь одну деталь. Герои по своей природе одиночки, даже работающие в команде. Сестринство же, большая группа, связанная узами подобными семейным. Несмотря на свой опыт, ты многому сможешь научиться у девушек, несколько лет постигавших основы филантропии. Сёстры никогда не действуют в одиночестве и вместе нарабатывают опыт эмпатии, делясь полученными навыками друг с дружкой.

– Это звучит интересно. Однако, ты говоришь о том, что привлекает меня. Колись, какой в этом твой интерес?

– Может быть, забрать себе всех красивых девушек? Шучу. Они не только волонтёрской деятельностью занимаются сообща. Развлекаются тоже организованно. А чтобы не упускать короткое время учёбы, поднимают уровень вечеринок на невиданную высоту. Невиданную для прочих студенток, не входящих в элитарный клуб из братств и сестринств.