Билд Амелии

Нам хорошо, мы уже сбегаем отсюда. Собрав вещи, снова отправились на «улицу сестринств». Там, как на параде, выстроились дома с большими греческими буквами на фасадах. Двери у всех были закрыты, украшения, висевшие на время отбора, сняты.

- В братствах до начала занятий будет «дым коромыслом», - сказала я сестре, - не удивлюсь, если кто-то из парней попадёт в реанимацию.

Нас встретила Аманда и проводила показать наше пристанище на следующие четыре года. По правде говоря, в такой красивой обстановке я никогда не жила.

- Ну как?

- Отлично! – хором ответили мы с Вики.

- Я лично выбирала комнату, - похвасталась Аманда.

- Значит, теперь ты моя старшая сестра? – задала я вопрос ей «в лоб» и показала на Викторию, - как бы, вот она, тебя не покусала из ревности.

- Не тревожьтесь, - отозвалась старшая, - от появления новых сестёр, ваша связь не станет слабей. Я знаю Трейси, твоей сестре очень повезло, что у неё появилась такая старшая. Насчёт себя, я скромно умолчу.

- Ты похожа на Пенни, - отозвалась Вики, назвав меня новым именем.

- Это обнадёживает, - улыбнулась мне Аманда, - я немного переживаю, смогу ли быть тебе полезна. Впрочем, лучше расскажу, что вас ждёт в ближайшем будущем.

- Будем очень признательны, - кивнула я.

- Сегодня на вас никто не будет обращать внимания, а вот с завтрашнего утра, придётся жить по правилам испытаний. Вы теперь будущие сёстры и даже питание у вас особое.

- И долго это продлится? – спросила Вики.

- Максимум месяц. Это будет зависеть от самой бестолковой.

- Почему?

- Вы будете учить устав общества, историю, ритуалы и персоналии. Обычно, девочки справляются быстрее месячного срока. Кто не сможет сдать экзамен Ангулеме – будет изгнана.

- Ангулеме?

- Изгнана?

- Эта полячка называет себя Анджелиной. Или австрийка, но это не суть. Если кто-то из девушек не пройдёт испытание – значит мы все облажались во время отбора. Плохо, если такое случится.

- С экзаменом мы справимся легко, - заявила Вики.

- Я и не сомневалась, - улыбнулась Аманда. – без прохождения этого этапа, вам не помогло бы даже преемничество.

- Кстати, что оно даёт?

- Это довольно редкое явление. Вам выставили десять баллов автоматически, без учёта голосов сестёр. Голосование перед посвящением тоже будет формальным.

- Почему редкое?

- Потому, - ответила Аманда, - что связавшая себя такими узами старшая сестра, ставит на кон свою репутацию в обществе. Во всём обществе, не только в отделении кампуса.

Мы с Вики переглянулись и я, прочистив горло, ответила:

- Кхм, мы не подведём тебя и Трейси.

- Я и не сомневалась, - повторила Аманда, - ведь наша репутация теперь крепко связана.

Ещё раз улыбнувшись, немного нервной улыбкой, Аманда вышла из нашей комнаты.

В особняке, поначалу, мы чувствовали себя неуверенно. Разложив по шкафчикам вещи, спустились в столовую на ужин. На нас и в самом деле, демонстративно не обращали внимания. Но если тут, так кормят не по праздникам, а каждый день – все наши усилия во время отбора были не напрасны. После ужина, новеньких отправили по своим комнатам и строго предупредили из них не выходить.

Виктория с грустным видом сидела на тахте, отложив учебник и разглядывала обои. Я забеспокоилась, подобралась сзади, наклонилась к сестре и прихватила ей мочку уха тёплыми губами. Контакт с девушкой дал понять, что её организм в порядке, а вот читать мысли я не умею. Вики вздохнула, завела руку за голову и обняла меня за шею.

- О чём грустишь, ягодка? – шепнула я тихо.

- Вспоминала родителей, - призналась Вики. – Я так и не успела перед их смертью признаться, что влюбилась в тебя и мы встречаемся.

Слова сестры многое объяснили. «Эмоушн патч» всколыхнул эмоциональную среду и заставил её вернуться к переживаниям о потере близких. Это было не плохо и не хорошо, а скорее, неизбежно.

Для любого человека является нормой, колебание настроения от приподнятого к подавленному. На это влияет гликемический индекс продуктов, зависимость от никотина, множество факторов, а ещё процессы, происходящие в психике. Лишить человека отрицательных эмоций, было бы крайне опрометчиво. Негативные переживания уравновешивают способность испытывать счастье, таким способом «эмоушн патч» выстраивает надёжный эмоциональный баланс. Это при том, что сила эмоций остаётся неизменной и вносить изменения в неё, на моём уровне понимания устройства психики, было бы слишком опасно. Зато, после «возвышения» Виктории, мне незачем беспокоиться, что воспоминания о смерти родителей вызовут у неё стресс.

- Думаешь, они ни о чём не догадывались? – с сомнением спросила я, сев рядом. – Судя по поведению мамы, она давно подозревала на твой счёт.

- Ты уверена? – беспокойно дёрнулась Вики. – Как думаешь, они бы признали наши отношения?

- Ну, трудно угадать, ведь не было сказано ни слова... Думаю, отец не стал бы нас осуждать. Вот насчёт мамы – не уверена. Мне кажется, она считала твою увлечённость мной, временной блажью, вроде гриппа.

- Да, ну!

- Ага, в её взгляде на нас, иногда чувствовалось напряжение. Если бы она осталась жива, тебе бы пришлось потратить немало нервов, отстаивая право на личную жизнь.

- А что насчёт тебя?

- Думаю, мне пришлось бы поддерживать тебя, потому, что моя позиция более выигрышна.

- Почему ты думаешь, что мама осуждала бы меня, в первую очередь? Потому, что у тебя уже были отношения с парнями?

- Нет. Я была бы главной мишенью, будь я чужой девочкой, но формально я член семьи. В то же время, мама не настолько сильно любила меня и, следовательно, не переживала за меня так, как на твой счёт.

- Надеюсь там, на небесах, она меня простит, - Вики опустила голову и сложила ладони в молитвенном жесте.

- Не кисни, - ободряюще потрепала я сестру за плечо, – после смерти душа не исчезает, я это точно знаю. Веришь мне?

- Ага… - сестра уткнулась в меня носом и на её ресницах блеснули слезинки.

Виктория была от природы толстокожей и обычно боролась с негативными эмоциями, вызывая у себя вспышки злости и агрессии. Но изредка, даже ей были свойственны проявления слабости. Происходящие изменения намекали, что горечь утраты со временем превратится в светлую грусть, как у меня с Райли.

Во время моего первого выхода в костюме, Лего заметил, что уровень целительства у меня выше заявленного. Он неглуп, и чтобы у него не возникли подозрения на счёт достоверности моей легенды, придётся постараться, «наводя тень на плетень». Собственно, я решила замылить ему глаза, демонстрируя свои отличия от Панацеи. Это согласовалось с более обширными планами по созданию нескольких личин, обладающих разными проявлениями силы. Я могла бы использовать их в своих целях, в зависимости от ситуации.

Так сошлось, что недавно я вернулась к планам создания химеры, отложенным на неопределённый срок. Это хороший шанс легализовать способности Властелина, которые было бы опасно связывать с Панацеей. Властелины биотехнологи, вроде Бласто, входят в группу потенциальных угроз S-класса. Для начала, в качестве миньона мне сойдёт что-то небольшое и полезное. Пришлось разломать негатор, пожертвовав удобством его использования, ради расширения функционала. Другого фрагмента мозга с работающей Короной Полентиа, у меня всё равно нет.

Форма миньона, согласно политике Протектората, должна быть эстетичной и внушать доверие гражданским. Краулер и псы Адской Гончей – яркий примеры того, как не должен выглядеть мой будущий конструкт. Прикинув ожидаемые параметры помощника и его внешность, я пришла к выводу, что собака намного предпочтительнее единорога. Признаться, о единороге я тоже подумывала: он бы подошёл к сказочному образу, который я в шутку решила отыгрывать для героев.