Страница 13 из 67
Акане чуть наклонила голову, будто размышляя, и добавила с лёгкой насмешкой:
— Ну, если вдруг надумаешь бросить свою «любовь к одиночеству», зови меня.
Я усмехнулся, слегка покачав головой.
— Оставь двусмысленности, Акане.
Она игриво приподняла бровь, глаза блеснули искрой, которую я знал слишком хорошо.
— Какие ещё двусмысленности? Это ты не придумывай, — сказала она с легкой насмешкой в голосе. — Фантазия у тебя всегда была слишком бурной.
— Ты всё та же, — хмыкнул я. — Изворачиваешься, как рыба.
Она улыбнулась:
— Хотел сказать — как змея?
— В точку, — согласился я, выдержав паузу, а затем добавил с полуулыбкой: — Ох, уж это моё благородство — тонкий поводок. Не позволяет говорить такие вещи вслух, хотя иногда так и подмывает.
Её улыбка стала чуть шире, но при этом в глазах мелькнуло что-то непонятное — смесь забавы и размышления.
— Казума, ты действительно не изменился, — сказала она тихо, будто подводя итог разговора. — Всё так же скрываешь своё истинное лицо. В этот раз за маской хикки-задрота, — её глаза блеснули в свете фонарей. — Может, пора раскрыться окружающим? Или боишься, что отпугнёшь от себя всех?
Я улыбнулся улыбкой, что лишь однажды видела Харукой за школой и сказал спокойным, холодным тоном:
— Не твоё дело, Акане, — затем, после короткой паузы, добавил: — Что ж, на этом всё. Было увлекательно повстречать тебя, но, увы, есть куда более важные дела. Например, съесть рамен. Пока.
И, развернувшись, пошёл прочь, оставив её стоять на месте.
— Я жалею, что бросила тебя! — вдруг прозвучал её голос, отчётливо, как звон в пустой комнате.
Я не замедлил шаг, продолжая идти, будто ничего не слышал.
— Хоть бы ответил на эту шутку! — бросила она мне вдогонку, и в её голосе зазвучала едва уловимая горечь.
Ну её. Насвистывая незатейливый опенинг из Токийского гуля, я потопал домой, пока это чудовище в девичьем обличии не сожрала моё сердце, что теперь стучит для Рин…