Страница 85 из 93
Кроме женщин остался в столице и Черников. Он с Поповым работает над усовершенствованием радио. Император заинтересовался этой темой и отдал распоряжение строить радиозавод. Я, в своё время, предложил царю переманить Генриха Герца в Россию и подлечить его с помощью Савватеевны. Я не знаю чем Герц болен, но в моём мире он умер, где то в середине девяностых годов. Жалко если и здесь он помрёт так рано. Но это уже не моя забота.
И пока я лениво размышлял о всяком разном, на палубу посмотреть на солнышко вышел худой и весьма примечательный персонаж моих столичных приключений. История его появления на пароходе была довольно проста и незатейлива. Он пробился ко мне в гостиницу с чем-то тяжелым, завёрнутым в кусок полотна и представился оружейным мастером Антоном Дмитриевичем Шустровым. В доказательство развернул и показал мне какую-то железную конструкцию.
Так - то мне оружейный мастер нужен: одно дело, когда обычные слесаря будут пулемёт к самолёту прикручивать, и совсем другое дело, когда мастер из Санкт — Петербурга с оружейного завода со всем уважением закрепит 70 кг веса на лёгкой машине из фанеры и парусины. С другой стороны смущало, что мастеру было всего 25 лет.
- Вы, любезный, Антон Дмитриевич, как о нас узнали?
- Так через Шуля и прознал. О той фотографии с пилотессой многие охотники прознали.
- Без обид, но в вас трудно признать охотника, да и вряд ли такое барское удовольствие будет вам по карману в окрестностях столицы.
- Так — то оно верно вы говорите, только я помимо берданок на казённом заводе ещё для господ охотников всякий мелкий ремонт делаю, от того с ними и знаком. Ещё у меня своя затея была — делал ручные прессы для снаряжения патронов. Это значит, чтобы они могли пули по весу одинаковые отбирать и вес пороха точно вымерять. Стрелять получается значительно метче.
- И где пресс? – спросил я
- Так вот он! – указал на железяку мастер.
Точно пресс. Теперь и я, всмотревшись в конструкцию, опознал железку. Я ещё раз оглядел стоящего передо мной мастерового. Пожалуй, можно его к делу приспособить. Тем более сам напрашивается и человек похоже умелый, инициативный и изобретательный. Пригодится.
- Ежели у вас всё налажено, зачем со мной поехать хотите? В Сибирь обычно от голода едут или в ссылку, - продолжил допытываться я.
- Так я подрабатывал тем, что на казённом заводе всё делал, хозяину платил положенное. А теперь завод занят выделкой винтовок господин Мосина. Свободного времени за станками совсем нет. Приходиться одно и тоже делать. А я хочу что-нибудь новое придумывать. Потом вон у вас какие интересные машины, которые ещё и летают. А ещё вы пулемёт купили.
- А пулемёт-то тут причём? – не понял я.
- Очень хочется посмотреть, как он устроен, но господин Шуль не разрешает его трогать.
- Понятно! – протянул я раздумывая.
Опытный мастер, молодой, рукастый и головастый, раз выполнял дополнительные работы при оружейном магазине. Опять же жена и пара детей у него, что будет дополнительным якорем от загулов.
- Хорошо! Нам ты подходишь. Сколько ты на заводе получаешь за работу?
- Сорок пять рублей и ещё от охотников имел рублей пятнадцать – двадцать в месяц, - ответил тот, не задумываясь.
- Буду для начала платить тебе семьдесят рублей в месяц, а там как себя покажешь.
- Согласен я.
Так и появился на пароходе мастер Шустров с семьёй. Работы у меня задумано много, так что и этот лишним не будет.
В Барнауле после непременной бани и отдыха, пошёл к Саре-Серафиме. Она ведь здесь всеми моими делами рулила в моё отсутствие. Да и просто соскучился. Сара встретила меня несколько нервозно, хотя по делам дала полный расклад. И дела шли очень даже неплохо. Я даже засомневался в том, что сам бы справился лучше. А вот насчёт соскучился, получил полный отлуп. Ситуация случилась прямо классическая.
- Алексей, нам надо расстаться! – сказала она, комкая в руках платок.
Похоже, она меня всё-таки побаивалась. Я ведь не один раз изображал из себя в её присутствии полного отморозка.
- Отчего так? – как можно спокойнее спросил я.
- Я выхожу замуж!
Не сказать, что меня это слишком нахлобучило. Я ведь прекрасно понимал, что рано или поздно нам придётся расстаться. Но, тем не менее, новость для меня была из разряда неожиданных, и я не сразу сообразил, как на это реагировать.
- Кто? – спокойно спросил я.
- Что кто? – задала она нелепый вопрос.
- Жених кто?
Мой спокойный и холодный тон пугал её и она торопливо произнесла:
- Бусыгин Павел Никодимович.
Бусыгина я знал. Этот сорокалетний вдовец был довольно состоятельным купцом. Ничего плохого я о нем не слышал и дел с ним не имел. Ладно, Бусыгин так Бусыгин!
- Надеюсь, ты не собираешься отдавать ему все свои деньги, - произнёс я. – А впрочем, это твоё дело. Только предупреди его - если я узнаю, что он тебя обижает, то очень сильно рассержусь. А ты видела, что бывает, когда я сержусь. И кстати, кто будет руководить нашим шоу?
- Мы это с ним обговаривали. Он согласен, чтобы я после свадьбы занималась «Кафе шантаном», - проговорила она.
- Хорошо! Тогда я жду подробный письменный отчёт по всем нашим делам, - произнёс я и вышел из комнаты.
Я шёл по улице, обуреваемый самыми противоречивыми чувствами. С одной стороны мне было досадно и даже обидно, а с другой присутствовало некое облегчение, что не я был инициатором расставания. Плюнув на все эти самокопательские изыски, решил, что надо это дело немного размочить порцией хорошего алкоголя. Ноги сами понесли меня в ресторан, где я к своему удивлению увидел сидящего в одиночестве Ивана Сухова. Тот вяло копался вилкой в тарелке и мрачно посматривал, то на бутылку водки стоящую на столе, то на немногочисленных посетителей.
Увидев меня, он махнул рукой, призывая за свой столик. Похоже не у одного меня проблемы. Я не стал привередничать и уселся напротив ещё вполне трезвого Сухова. Он щёлкнул пальцами, призывая официанта. Подлетевшему официанту указал на рюмку и велел принести ещё одну. Тот было кинулся выполнять, но я остановил:
- Любезный! Принеси ещё бутылку коньяку и закуску.
Когда заказанное появилось на столе, я набулькал в рюмашки коньячку и спросил у Сухова:
- Мы празднуем или с горя пьём?
Тот вяло махнул рукой и без слов опрокинул рюмку. Я, не задерживаясь, повторил за ним и, зажевывая выпитое, полюбопытствовал:
- А всё-таки, что случилось?
Иван схватил бутылку с водкой, налил себе и попытался плеснуть водки и в мою рюмку, но я его остановил, сказав, что пропущу. Кивнув, он выпил водку и сказал:
- Отец, пока я был в Петербурге, мне невесту нашёл. Хочет, чтобы я женился.
- А ты женится не хочешь! – догадался я.
- Не хочу! – подтвердил Иван.
- А что так? Невеста некрасивая?
- Да нет! Девка справная. Молодая только.
- Ну не хочешь жениться – не женись! В чём проблема-то? – не понял я его страданий.
- Отец говорит, что если не женюсь, то денег не даст и наследства лишит. А я собрался автомобили делать.
- Тогда женись! Наследство это серьёзно! -глубокомысленно заметил я.
- Да сам знаю! – досадливо заметил он. – Только не хочу, чтобы меня как бычка за верёвочку на случку водили.