Страница 64 из 93
- Вы знакомы? - насторожился Плотников.
- Заочно, только заочно, - ответил молодой человек, не отрывая от Фрола Никитича, холодного и пристального взгляда, от чего Хрунов живо представил на месте толпы медведей себя с охранниками.
Поймав себя на том, что его несколько настораживает этот взгляд, Хрунов также пристально и внимательно стал разглядывать стоящего перед ним очень молодого парня.
- Так вы молодой человек - изобретатель? – наконец прервал, чуть затянувшуюся, игру в гляделки, Хрунов. – И что же вы, позвольте полюбопытствовать, изобретаете?
- Нельзя сказать, что я изобретатель. Я подаю идеи и финансирую, а основную работу делают барнаульские инженеры, - неожиданно улыбнулся парень. – А изобрели мы пока только две стоящие вещи. Кстати, вам как хозяину приисков они могут очень пригодиться.
- И что же это за вещи? – спросил Хрунов.
- Мотор и беспроводной телеграф, - всё с той же обескураживающей улыбкой ответил тот.
- И чем же они мне могут помочь в добыче золота? – недоумевающе спросил золотопромышленник.
- Мотор – вещь универсальная. Его много куда можно приспособить. Вон тот господин, его фамилия Сухов, приспособил его на телегу и у него получился автомобиль. На прииске можно с его помощью подавать воду в нужное место. Да мало ли что ещё можно придумать! А беспроводной телеграф можно использовать на любом даже далёком прииске, чтобы передавать сообщения или приказы.
- Да как же бес проводов-то? – удивился Фрол Никитич.
- С помощью радиоволн, - ещё более непонятно объяснил этот странный парень. – Да что это мы в магазине об этом разговариваем. Вот возьмите! – протянул он визитку и добавил:
- Если надумаете со мной встретиться, то Иван Николаевич вам поможет найти меня. А сейчас прошу извинить. Дела, знаете ли.
Он обозначил поклон и, кликнув своих друзей, отправился на выход. Хрунов смотрел вслед этой странной компании и старался понять, чем же зацепил его этот еще, по сути, зелёный юнец. Ничего не придумав, махнул на все эти непонятки рукой и отправился туда, куда и собирался до посещения магазина.
Следующие два дня слились для Хрунова в одну грандиозную пьянку с походами по борделям, плясками голых девок на столах и прочими излишествами, которыми он вознаграждал себя за московскую отсидку в камере с уголовниками. Приятель Сан Саныч пытался за ним всюду поспевать, но потерялся в каком-то кабаке или борделе.
Однако утро третьего дня встретил Фрол Никитич у себя в номере. И утро было тяжелым, ну то есть утро-то было вполне прекрасным, солнышко светило и птички чирикали за окнами, но голову оторвать от подушки было очень тяжело. Вставать не хотелось, а вставать было нужно. А тут еще Ванька ввалился к нему с телеграфным бланком. Хотел было прогнать его, но тот запричитал:
- Фрол Никитич вы же сами приказали телеграммы из Томска немедля вам подавать.
- Давай сюда!
Но взяв бланк, он понял, что прочитать текст не сможет: дрожали руки и буквы расплывались в одну нечеткую линию.
- Ладно, читай! Сукин ты сын! – слабо махнув рукой, приказал Хрунов и вернул листок прислужнику.
Тот подчинился и Фрол Никитич узнал, что сегодня ему предстоит встретиться с человеком, которого Золкин прочил на место покойного Голубцова. А тот должен был прибыть в столицу с важными вестями.
- Ванька, давай рассол!
- Может опохмелиться?
- К чёрту! Голову свежей иметь надо. Рассолу, живо!
- Сей секунд, - Ванька шмелём вылетел из комнаты и появился со стеклянной банкой свежего огуречного рассола.
Хрунов активно задвигал кадыком, стремясь восстановить водно - солевой баланс в организме. Чуть подправив здоровье, пошёл в ванную где довольно долго лил себе на голову холодную воду, умывался и разглядывал в зеркало свою помятую и заросшую неопрятной бородой, физиономию.
- Ванька, готовь бритву! – крикнул он, выходя из ванной.
Но тот уже зная свои обязанности, дожидался его с приготовленными принадлежностями для бритья. Увидев это, Фрол Никитич привычно хмыкнул и уселся на приготовленный расторопным прислужником стул.
Умытый, побритый и щедро обрызганный французским одеколоном, Фрол Никитич потребовал одеваться, но поглядев на принесённый Ванькой костюм, нашёл его не пригодным и приказал вынуть из карманов все находившееся там безделушки, костюм отдать в чистку, а ему принести другой.
Выполняя приказ хозяина Ванька стал выкладывать на стол различные мелочи нашедшиеся в карманах. Вытащив из нагрудного кармана бумажник, уронил на пол картонный прямоугольник – визитку. Подняв, прочитал вслух фамилию:
- Щербаков Алексей Софронович.
После чего протянул визитку хозяину. Тот машинально взял и несколько секунд с недоумением смотрел на неё. Наконец вспомнил о встрече в охотничьем магазине с молодым сибиряком-изобретателем.
- Щербаков? Щербаков? – пробормотал он, вспоминая, где ещё он мог слышать эту фамилию.
- Вам довелось с самим Щербаковым познакомиться? – неожиданно встрял Ванька.
- Ты-то откуда про него слышал? - в раздражении пробурчал Хрунов.
- Так о нём все газеты пишут. Изобретатель летательного аппарата! Покоритель воздушного океана. Со своими друзьями совершил показательный полёт в присутствии государя - императора, а так же спустился вместе с двумя «аэронавтами» с огромной высоты на приспособлениях называемых «парашютами» и ведь не убились, - восторженно прокомментировал данное событие Ванька.
- Газету мне и быстро! - Хрунов даже о болезнях своих забыл.
Принесённую Иваном газету сначала быстро просмотрел, потом внимательно прочитал все, что там было написано об этом парне и его друзьях. Поразило то, что великий князь Георгий Александрович мало того, того что совершил полёт на «паралёте», которым управляла девка, так ещё и вознамерился сам стать пилотом.
- Ох, ты! Тудыть тебя в качель! Пилотесса! – пробормотал Фрол Никитич, рассматривая нечёткие газетные фотографии и раздумывая о знакомстве с этим ловким парнем Алексеем Щербаковым.
- Что вы сказали, Фрол Никитич? – влез с вопросом прислужник, про которого он позабыл.
- Пошёл вон, мне подумать надо!
С похмелья, мыслительный процесс давался с большим трудом, но вспомнил, почему фамилия Щербаков ему показалась знакомой. Томский сыщик Павел Кондратьевич Жернаков рассказывал о каком-то кержаке с такой фамилией, якобы тот был в Барнауле, когда Ефима обнесли. А этот бойкий малый, по словам Прудникова, тоже оттуда же. Что там говорил ещё Жернаков? Жаль, что сам не слишком вникал в это дело, положившись на Ефима.
«А не этот ли малый Ефима на тот свет отправил?» - вдруг пришла ему в голову мыслишка. Вспомнился также пристальный и очень нехороший взгляд этого молодца, там в магазине. «Да вряд ли, молод больно» - успокоил себя Хрунов. Так ничего особенного не надумав, решил дождаться томского посланца, который возможно прояснит дело с насильственной смертью Ефима. А теперь, пожалуй, надо позавтракать. Хотя какой завтрак, посмотрел он на часы, время как раз обедать.
Отобедав в ресторане, он вернулся в номер и потребовал у Ивана добыть газеты, где говорилось о его новом нечаянном знакомце. Расторопный прислужник приказ выполнил и принес несколько разных газет. Ничего нового о Щербакове он из газет не вычитал. Все газеты сообщали о барнаульском изобретателе и его друзьях одно и то же, по разному расцвечивая и трактуя те или иные стороны их полётов и общения с августейшим семейством.