Вещий сон

Толстяк ели встал и усмехнулся.
– Сень, не надо! Ты на ногах ели стоишь! – Такой же голос в хлам, послышался сзади. Это был администратор.
– Не надо мне тут! Я этого сопляка на раз два! – заорал он так, что голос раздался эхом по всему заведению.

«Ого, а ты смелый» Подумала я, наблюдая за озверевшим взглядом Косарёва.
Где-то в кабинете упал бухущий дядечка в костюме, а эти двое вышли на улицу.

Я подглядывала за ними через окно, прикрывшись за какой-то пальмой в горшке. Те болтали возле пожарной лестницы. Точнее, лысина орала, а Влас молчал. Я уже думала, что серьёзно будут только беседовать, но когда услышала свою фамилию с парой непечатных слов рядом, Влас не задумываясь замахнулся и со всей дури вмазал тому по челюсти, от чего зашипела даже я. И это было настолько сильно, что Арсений Витальевич просто шариком свалился на асфальт, явно без сознания. Я закрыла рот рукой и выбежала на улицу.
– Миленькая, ты не будешь против, если мы проведем твой день в другом месте? – поймал меня на крыльце Косарёв.
– С радостью, миленький, – не задумываясь ответила я. А из ресторана стали выходить недовольные посетители.
Парень схватил мою руку и повёл за угол здания. Он стал звонить Диме, но тот охотно сбрасывал звонки. Да... Посидели в ресторанчике. И шампанское на столе забыла... Эх!

Пока Влас отправлял другу голосовые сообщения о срочной просьбе забрать нас, я чуть отошла и осматривала улицу. Старые, уже закрытые на ночь ларьки с разноцветной подсветкой, через дорогу художественная школа, расписанная милыми граффити. Не была здесь раньше, и очень жаль. Я повернулась и увидела сзади автобусную остановку. В ней ожидали автобуса лишь несколько человек. Почти спящая бабулька в прикольной голубой панаме, какой-то мальчик с рюкзаком больше него самого, и милая пара подростков, нежно целующиеся под вечерним фонарём. Хотелось улыбнуться от всей этой атмосферы, но я лишь поморщилась, ведь каблуки очень уж натёрли мне ступни. Да и платье жмёт, и тушь наверняка потекла...
Из-за угла начал выезжать автобус, которого ждёт вся эта свора. Я прищурилась и зачем-то позарилась на список остановок на нём, и, увидев в этом списке «Центральная набережная», сорвалась с места и потянула, ругающегося по телефону с таксистом Власа, к остановке.
Через десять вопросов «Зачем нам в автобус?», мне удалось затащить его в салон.
Мы встали у окна и оплатили за проезд.
– До набережной доедем, а там и до дома догребём, – пояснила я, шмыгая носом от холода.