Страница 32 из 44
меня она всегда останется Шарлоттой.
- А вы для нее – Чарли, хотя и подправляли ей не раз, что вас зовут Шарль, - усмехнулась
Тамуна.
- Она прекрасна даже в гневе, - констатировал Гурам, - остается только сожалеть о том, что я
не художник.
- Да, но, что толку от ее красоты с ее характером, - переспросила Тамуна. – Судьба человека
ведь в его характере?
- Нет, Тамуна, нет, характер человека формирует его судьбой. – Слышала небось выражение о
том, отчего собака бывает кусачей?
- Ага, - захихикала Тамуна, - от жизни собачей. Кстати, она у нас философ, в академическом
институте работала, но так как все институты у нас в стране упразднили, так она так же как и
многие научные сотрудники, осталась выброшенной на улицу, а к нам она попала по
объявлению, в поисках работы.
- Опять ты сплетничаешь за моей спиной, - прикрикнула вдруг вошедшая в зал Тина, - еще
подруга называется.
- Успокойся, Тина, мы говорим вовсе не о тебе.
- Да? Я все прекрасно слышала, - продолжала жаловаться Тина, едва успевая подтирать слезы
на глазах. – Верно говорят, что самые лучшие предатели – друзья.
- Уймись, подруга, - продолжала успокаивать Тамуна.
- Радуйтесь, добились своего, из-за вас меня теперь выгонят с работы, - залилась в плаче Тина.
- Как это? – почти в один голос запротестовали сотрудники минипекарни.
- Простите меня, пожалуйста, - виноватым голосом сказал Гурам, - я обещаю вам, что больше
никогда к вам не буду приходить.
Но обещания Гурама уже никто не слышал, все бросились утешать Тину, а огорченный Гурам
домой. Ему нужно было успеть приготовить себе еду и вернуться на работу, где его ждали кипа
дел, накопившихся еще с прошлой недели.
***
- Привет коллеги, - запыхалась в спешке Тина.
- Наконец-то, явилась не запылилась, - протянула Тамуна. - Где тебя носит? Предупреждали
ведь не раз на счет опозданий.
- Опять какие-нибудь проблемы? – спросила с перепугу Тинатин. – Я же не виновата, что из-за
такого большого числа эмигрантов в нашем городе возникли проблемы с передвижением. Вам
то что, живете почти рядом и в случае чего и пешком добраться сюда можете, а мне минимум
два транспорта менять нужно.
- Все в порядке, сестричка, - поспешил успокоить коллегу Мамука.
- Твое счастье, что наша директриса занята с утра, гости у нее, и ей нынче не до нас, - пояснила
Тамуна.
- Какие еще гости? – полюбопытствовала Тина.
- Поклонник твой и еще один дяденька вместе с ним.
- Какой еще поклонник? – изумилась Тина.
- Ну этот, твой Чарли, как ты его называешь, Гурам, с самого утра, заседают у Кетеван, -
пояснила Эка, продолжая мокрой тряпкой вытирать плиточный пол залы пекарни.
- Что им нужно? – со злобой спросила Тина.
- Что, что? Будто бы не знаешь? Руки твоей пришли просить у Кетеван Спиридоновны, -
съехидничала Тамуна.
- Да ну тебя, - бросила с обидой Тина, попутно переодеваясь в свою рабочую форму.
- Я слыхала, что жалоба на нас поступила, и параллельно нагрянула на проверку налоговая
служба, - пояснила уборщица, продолжая чистить пол.
- Интересно, все-таки, от кого? – поинтересовался в свою очередь Мамука.
- Да мало ли от кого, Мамука, - отозвалась Тамуна, - здесь столько народу наведывается к нам
ежедневно, да разве всем угодишь.
- Надеюсь, что мы сможем с вами договориться, батоно Гурам? – вежливо кивнула головой
директриса пекарни. – Мое почтение, батоно Гоча, - протянула она руку своим гостям, прощаясь с ними.
Гурам успел кинуть взгляд в сторону Тины, и взгляды их скрестились. Поединок выиграла Тина, и хотя Гурам первым отвел взгляд, Тина почувствовала, как его глаза вонзилось в ее душу.
- Мы постараемся все уладить, калбатоно Кетино, - пообещал директрисе Гурам, и вскоре
вместе со своим сотрудником поспешил удалиться из здания пекарни.
- Девочки, продолжаем работать, - скомандовала Кетеван Спиридоновна, - ничего не
происходит, а ты, Мамука, зайди ко не в кабинет.
- Слушаю вас, - покорно произнес Мамука, присаживаясь в мягкое кресло возле стола
директрисы.
- Прикури, если хочешь. – подвинула она к нему пачку импортных сигарет с зажигалкой.
- Нет, спасибо.
- Дела у нас, как ты догадываешься, наверное, оставляют желать лучшего. Прорыв в бюджете, полный подрыв дисциплины, клиенты жалуются на качество нашей продукции.
- Эти претензии не ко мне, Кетеван Спиридоновна.
- И к тебе в том числе тоже, - встряхнула она пепел с сигареты в хрустальную пепельницу. -
Значит так Мамука, тесто для лаваша готовим вечером для следующего дня и никаких
утренних двойных порций дрожжей, чтобы не калечить здоровье наших клиентов, ясно?
- Да что вы, калбатоно Кетино, - начал противиться пекарь.
- Это за счет того времени, которое у тебя уходит на то, чтобы тискать Тамуну по вечерам в
кладовке, ясно? – злобно выронила директриса, после долгого терпения, выслушивая
оправдания сотрудника.
- Кто вам сказал? Это ведь не правда. (Неужели Тина? – подумал он про себя.)
- Я все сказала, - строго отрезала директриса, - попроси, пусть ко мне зайдет Тина.
Вскоре Тина, как провинившийся школьник, стояла напротив директрисы с приспущенной
головой.
- Тина, присаживайся, - предложила она вскоре. – Ты ведь знаешь, как я к тебе отношусь.
- Да, конечно же, спасибо вам за это.
- Ты, наверное, прекрасно знаешь и то, что другой начальник не стал бы от тебя терпеть все
твои выходки и давно бы уволил бы.
- Я не буду больше опаздывать, калбатоно Кетино, - поспешила защититься Тина.
- Дело не только в этом.
А в чем же еще?
- Ты легкомысленно относишься к моим просьбам и совершенно их в расчет не берешь.
- Как нет, калбатоно Кетино, – начал заплетаться язык у Тины.
- Как я, просила тебя не соблюдать строго дозировку компонентов нашей продукции, а мне
сказали, что ты даже переусердствуешь в этом.
- Так это ведь только потому, чтобы держать марку и не терять наших клиентов, на фоне столь
сильной конкуренции и роста цен. Ведь рядом с нами столько мини-пекарен, Кетеван
Спиридоновна.
- Отставить, Тина, - строго прервала директриса. – Сейчас не время этим заниматься, видишь, даже налоговая уже на нас вышла.
После недолгих поучений директриса разрешила Тине покинуть ее кабинет с просьбой вызвать
к ней уборщицу.
- Да, и еще, - кинулась она вдогонку Тине, - мне известно о симпатиях господина Гурама к тебе, прошу тебя быть по отношению к нему вежливее. Тем более, что сейчас дело нашей пекарни в
его руках. Надеюсь, ты меня хорошо поняла?
- Да, но…
- Я не прошу тебя выходить за него замуж и прочее… - прервала директриса, - свободна.
Расплаканная Тина вышла в зал, где ее уже встречала подруга.
- Что случилось, Тина, что она тебе такого наговорила, - полюбопытствовала та.
- Ничего, ничего, - отстранилась от нее Тина, - за что боролись, на то и напоролись. Работала
бы сейчас в своем институте и не видела бы печали, - пробубнила она чуть слышно себе под
нос.
- Зато мы сейчас свободны, - словно подслушала ее подруга.
- Ничего, девчата, не расстраивайтесь, - успокаивал Мамука, отрезая куски теста резаком и
взвешивая их поочередно на весах. – Буду после этого недовешивать, а что будет оставаться, пустим на наш магарыч, кто об этом догадается.