Ты не такая! Да, я майор спецназа

— Не знаю, но не хотелось бы. Да, кстати, ты помнишь девушку-Космияна, что была с тобой на празднике, когда ты выбрала мой браслет? — спросил Мор.

— Маленькая поправочка: я не выбирала, я на них просто упала, и они сами прицепились. Ну да, помню девушку — она была с очень маленьким даром, а что? — странно, зачем он об этом вспомнил.

— Да то, что ее семья была в сговоре по поводу двух женихов, одним был Лисьэн, другим был я. Сейчас мы пока пытаемся тихо узнать, что им, кроме денег, пообещали за это. То, что хотела семья Лисьэна, еще понятно — им нужен был хоть какой-то брак для сына, хоть он и был бы сильно неравным по магическим силам. Вот только со мной брак-то точно не мог стать простым, даже если бы был зарегистрирован по кому. Активировать амулет они бы без меня не смогли, и как это сделать — не знаю даже я, потому что этого не знал и мой отец. Поэтому эта затея уже была какая-то неправильная, и нелогичная, — сказал Мор.

— Или было еще что-то, чего мы не знаем, — такой вариант я тоже предполагала.

Наши разговоры мне нравились: он не пытался меня спрятать от всего, как это делали отцы, проводя расследование за моей спиной. Мор разговаривал со мной на равных, и то, что он делился информацией, меня успокаивало — ведь когда женщина чего-то не знает, она прекрасно это может додумать. Вот только то, что она додумает, будет кардинально отличаться от реальности и обязательно будет иметь трагический конец.

Глава 72

Все дни на корабле мы дружно, всей семьей, проводили тренировки. Отцы занимались с мужьями, и их спарринги были действительно захватывающими. Сила и опыт отцов против силы и нахальства молодого поколения. Самым страшным было попасть в захват Гараха, так как выйти из него был практически невозможным. И если кто-то из мужчин попадал в него и признавал, что не может выбраться — отец отвешивал подзатыльник и отпускал, а точнее, пойманный улетал от совсем не мягкого подзатыльника. На свой вопрос «Зачем он это делает?» получила ответ «Буду просто отпускать, как детей — не поймут, а так, пристыдил — они запомнят навсегда». Прав он или нет, судить я не могла, хоть результат из этого был. Но то, что они с каждым днем становились ближе, и уже мы напоминали большую семью — это нельзя было не заметить.

Наш полет занял почти четыре дня, и каждый раз мужья, что летели со мной прижимались все теснее, и их случайные прикосновения продолжались дольше. Но терпение заканчивалось и у мужа, который был пока еще не рядом, тем более, сейчас перед ним я появлялась в полупрозрачном пеньюаре, накинутым поверх шёлковой сорочки. Но его выдержке позавидовала даже я, ведь я чувствовала и видела, как оттопыриваются его штаны. И каждый раз лицо Мора совершенно ничего не выражало, будто стоячий член в моем присутствие было нормой, с такой выдержкой я его уже начала бояться. Если я думала, что моя игра сделает так, что он потеряет голову, в итоге голову теряла сама, и эротичная одежда играла со мной же злую шутку. А его шепот каждый раз на прощание, на ухо: «Я все ближе…» подливал масла в уже и без того полыхающий огонь.

К концу четвертого дня мы наконец-то прибыли к планете, где жили власть имущие мира сего, а точнее, Совет и их семьи. В панорамном окне корабля, стоя на капитанском мостике, я видела удивительно красивую планету Аурис. Она была огромной, голубого и зелёного цвета. Так же на ней было несколько материков, и, что самое интересное, эта планета имела свое Солнце, как наша, только оно было оранжевым. Это напомнило мне о моей планете, Земле, я думала, что меня сейчас затопят эмоции, но нет, внутри ничего не дрогнуло, просто будто воспоминание какое-то очень далекое и не имеющее сильной эмоциональной связи.

Ждать на орбите, пока нам дадут разрешение на посадку, не потребовалась — под наш кораблик уже было выделенно место и нас уже ждали. Аразар хотел так же пролететь над имеющимися тут материками, вот только наш манёвр сразу пресекли, и пришлось лететь в космопорт на посадку. Когда мы вышли из корабля, разница между обычной планетой, с которой мы прибыли, и Аурис была не огромной, а просто громадной.

В космопорте стояли только дорогие корабли, которые блестели так, что в них можно было видеть, как в зеркале, пролетающий рядом корабль. Так же, оказывается, так как Аразар — брат члена Совета, то он имел не просто место для посадки корабля, а целый ангар, куда и корабль помещается, и может проходить ремонт. Сейчас мы подлетали к этому огромному ангару, крыша которого раскрылась, чтобы корабль мог совершить посадку. И, когда мы подлетели, внизу для удобства посадки светился большой круг, и он был золотого цвета, я даже с удивлением посмотрела на Аразара.

— Что тебя так впечатлило? — моя реакция не прошла не замеченной.

— Это что, золотая посадочная площадка? — они же говорили, что золото дорого и уже тут практически не встречается, и что я вижу?

— Выглядит как золотая, но это просто специальное покрытие, когда выйдем из ангара, ты его увидишь много где, — и дракон продолжил уже вручную производить посадку, отключив автопилот.

Мой шок так же не остался не замеченным для команды корабля, но я решила не фокусировать на этом внимание. Так же я заметила, что, после того, как мы взяли курс на эту планету, настроение команды очень поменялось в лучшую строну. Видимо, тут мужичкам будет где оторваться и на что посмотреть после длительных полетов в космосе. И вот это меня больше всего заинтересовало, правда мой отрыв, если таковой и случится, будет проходить под надзором отцов и мужей, как-то грустненько.

Когда уже произошла посадка, то по коридорам стали раздаваться быстрые мужские шаги, и многие даже бежали, чтобы насладиться отдыхом. Мы собрались всем семейством, и, когда уже подходили к выходу, сработал сигнал тревоги, и двери закрылись прямо у меня перед носом. Я было уже начала материться, что не долго продолжался наш покой, и ожидала всего, чего угодно, вот только не того, что случилось на самом деле.

Оказалось, что сигнал тревоги, предупреждающий о нападении, сработал на портал Мора, которым он появился рядом с нашим кораблем — отцы ржали долго. Ларан и Лисьэн обещали потом откорректировать это оповещение специально на троих жнецов смерти, раз мы имеемся в наличии. Пару минут они ржали, потом столько же разбирались с системой тревоги, чтобы объяснить ей, что Мор — не угроза. Наконец-то, они договорились с системой, я смогла выйти с корабля и, бросив сумки, влетела в объятия мужа. Когда я бросилась к нему, Мор очень широко мне улыбнулся, что совершенно поменяло и преобразило его лицо. То, что он рад меня видеть и улыбается, видела только я и отец Вилейн, так как видеть, что происходит и какое лицо под капюшоном мантии жнеца, может видеть только другой жнец.

— Мор-р-р!! — одновременно прокричали Алекс и отец Вилейн, только вложили в это они разную информацию.

Сразу в ангаре, где до этого был шум, наступила гробовая тишина. Вокруг все замерло, даже члены команды зависли на месте, и было это по трем причинам. Первой причиной было то, что имя Мора знали все, и оно не сулило никому ничего хорошего, но я была с этим в корне не согласна. Вторая причина — еще никогда не видели, чтобы один жнец смерти радостно бросался на шею другого. И третья причина — у одного корабля собралось сразу три жнеца, это не предвещало никому ничего хорошего. Вот все и замерли в ожидании, что делать и куда бежать прятаться от происходящих аномалий.

— Ты же на другом конце Содружества должен быть? — как всегда первым свой вопрос задал Алекс.

— Ну, никому я ничего не должен, я вас тут уже заждался, с утра сам прилетел. Правда, моему прилету тут не были рады, а, точнее, меня не ждали и хотели послать на еще одно очень важное задание, только у них ничего не получилось — я же жену ждал, — после этих слов Мор поцеловал меня сквозь наши капюшоны в нос.