Страница 170 из 291
На полпути до флотилии КНС, к республиканцам присоединился “Неустрашимый” - надоедливая заноза в боку сепаратистов на Эриаду, которую те так и не сумели вырвать за прошедшие дни. Воевать силами двух “щедрых” и четырех “непокорных” с кораблем, который в одиночку чуть не уничтожил эскадру куда сильнее, каэнэсовцы не решались. Попытавшись догнать его группой из легких кораблей и одного линкора, сепаратисты вынужденно прекратили погоню: “аккламатор” выпустил авиакрыло, которое обогнуло планету, уклоняясь от боя с преследователями, вышло им в тыл, и атаковало Порт-Фелар, лишенный большей части защитников. В-19, лидируемые джедайскими перехватчиками, легко отбились от МЛА, спешно выпущенных с одинокого “лукрехалка”. Полсотни АРК-170 сделали несколько заходов на город, превратив в оплавленные обломки тысячи дроидов, и успешно уклонившись от возмездия ракетоносных ИГ-227. А когда вернулись припозднившиеся корабли КНС, малая авиация республиканцев без малейшего труда ускользнула, вернувшись в ангары своего носителя. Сегодня, настырный враг солидно плыл сквозь космос в боевых порядках эскадры Республики, явно не намеренный больше отступать.
Сепаратисты ждали противника, оставаясь на месте. Манипуляторы дроидов-наводчиков лежали на спусковых клавишах орудий, а сенсоры старательно выцеливали стреловидные корпуса врагов. Вся флотилия КНС была готова к атаке, дожидаясь выхода республиканцев на дистанцию прицельного огня. За ним, по прогнозам дроидов-тактиков, должны были последовать остановка, разворот “венаторов” одним из бортов к противнику, и огневой контакт - стандартная линейная тактика. Ожидая ее, каэнэсовцы держали малую авиацию в ангарах: в прямом бою, линия на линию, “лукрехалки” были сильнее, и их командиры не желали усложнять себе боевую работу, забивая сектора обстрела дружественными целями.
Эскадра республиканцев шла к невидимому огневому рубежу полным ходом, не замедляясь ни на секунду, и вскоре, пересекла его. Пушки каэнэсовских кораблей немедленно исторгли ливень сгустков когерентного излучения, заполняя космос росчерками алого и зеленого - дроиды-стрелки спешили дотянуться до врага трассами импульсов. Внимание артиллеристов КНС почти поровну разделилось между двумя группами легких кораблей на флангах республиканской эскадры. “Щедрые”, “непокорные”, и оба “лукрехалка” напрягали реакторы кораблей и конденсаторы орудий, стремясь как можно скорее подавить относительно непрочные легкие крейсера. После них, пришла бы очередь толстошкурых “венаторов” и “аккламаторов”. Линия сепаратистов словно потянулась к республиканцам двумя сияющими руками, пытаясь обнять “венаторы” в центре строя.
Легкие “арквитенсы” не собирались безответно терпеть попадания. Ведя огонь из четырех башен главного калибра, они непрерывно маневрировали вокруг массивных тел “аккламаторов”, идущих чуть впереди. Небольшие и юркие крейсера прикрывались своими более прочными старшими товарищами, восстанавливая сбитые дефлекторы, и приводя в норму подсистемы, вырубленные ионными пушками “щедрых”. Тяжеловесные БДК, в свою очередь, непрерывно палили во врага из турболазеров, безропотно принимая на грудь ответные залпы.
Против ожидания каэнэсовских командиров, построение республиканцев не остановилось на оптимальной огневой дистанции. Его фланги замедлились лишь самую малость, продолжая сближаться с врагом, а два линкора, идущие в центре, и вовсе не сбавляли скорости. Две из восьми башен “венаторов”, способные вести фронтальный огонь, потихоньку постреливали во врага, но капитаны обоих линкоров не спешили разворачиваться для обстрела бортовыми залпами. Вместо этого они, не останавливаясь, неслись прямо на врага.
За их кормовыми дюзами, республиканские корабли слегка поджали свои боевые порядки: “аккламаторы” сблизились друг с другом, а их легкая поддержка эшелонировалась по высоте, устроившись под днищем или над корпусом лидирующего их БДК. Выпустив из своего строя двойную стрелу “венаторов”, республиканцы сомкнули ряды, готовые вместе встречать натиск каэнэсовцев.
Этот неожиданный маневр навел в стане сепаратистов легкую панику. Корабли флотилии КНС поспешно перенацелили все орудия на вырвавшиеся вперед линкоры: не зная, чего ждать от их рывка, дроиды-тактики не хотели выяснять это на своей металлокомпозитной шкуре. К их несчастью, прилично разогнавшиеся “венаторы”, чьи дефлекторы были абсолютно целы, презрительно игнорировали все попытки их остановить. Два линкора республиканского флота рвались вперед сквозь беспорядочный огонь врага, и не собирались сбавлять ход.
Их соратники не преминули воспользоваться отсутствием вражеского огня: “аккламаторы” дали дорогу легким крейсерам, и те резво метнулись вперед, подбираясь поближе к фрегатам и эсминцам сепаратистов.
Проект “арквитенс” был похож на своих старших товарищей по классу не только внешним видом корпуса, подобного наконечнику стрелы. Их сходство проявлялось и в вооружении. Но там, где лёгкие турболазеры крейсера годились для космического боя чуть похуже орудий своих старших товарищей, другое оружие “арквитенса” отлично проявляло себя именно в сражении крупных кораблей. Это оружие было носовыми пусковыми установками. В отличие от огромных торпедных аппаратов “аккламаторов” с “венаторами”, каждый легкий крейсер нес в своем раздвоенном носу направляющие для пуска тяжелых противокорабельных ракет.
Легкий крейсер типа "арквитенс"
Сблизившись с “щедрыми” и “непокорными”, смешавшими строй, пятерка “арквитенсов” привычно отстрелялась из пушек, перегружая вражеские дефлекторы. Но на сей раз, крейсера не ограничились турболазерным огнем, сопроводив его дружными ракетными пусками.
Длинные тела противокорабельных снарядов, вырвавшихся на свободу, и на гиперзвуке метнувшихся к фрегатам и эсминцам КНС, не остались незамеченными. Противокосмические орудия сепаратистских кораблей захлебывались длинными очередями, что тянулись к летящим ракетам прерывистыми строчками трасс. Некоторые из “непокорных” начали поспешные маневры уклонения, но даже эти небольшие и сравнительно легкие корабли безнадежно опаздывали.
Часть ракет нашла свою бесславную кончину в плотном огне ПКО. Другие вспыхнули мощными взрывами на дефлекторах вражеских кораблей, изрядно их просадив, но так и не дорвавшись до уязвимых корпусов. Но несколько тяжелых противокорабельных снарядов все же настигли свою добычу.
Один из “щедрых”, ветеран обеих проигранных битв за космос над Эриаду, не смог толком выдержать турболазерный залп врага. Его носовые дефлекторы, потрепанные огнем старого знакомого “Неустрашимого” и двух его помощников, сдались за миг до того, как ракета, пущенная “Гневным”, вонзилась в его носовую оконечность. Заряд-пробойник на ее удлиненном носу исторг пучок сфокусированных протонов, уничтожая внешний слой брони на своем пути. Тело снаряда, предназначенного для убийства крупных кораблей, прорвалось на орудийную палубу фрегата, и сотрясло ее мощной детонацией. Первый взрыв тут же отозвался целой гроздью новых: густо натыканные в нос “щедрого” орудия не пережили этого наглого вторжения, и сдались, добавляя в симфонию разрушения новые драматичные аккорды. Корабль заполыхал, извергая снопы пламени из пробоин в корпусе.
Почти полностью потеряв носовую оконечность, искалеченный “щедрый” все еще жил. Его реактор остался в целости, и даже некоторые из орудий средней и кормовой секций могли вести огонь. Но без главного калибра и носовых дефлекторов, сепаратистский фрегат стал бы легкой добычей даже для одинокого “арквитенса”, что было ясно любому из дроидов-тактиков на мостике “щедрого”. Напрягая уцелевшие маневровые движки, избитый корабль потащился прочь, выходя их боя. Победоносные артиллеристы “Гневного” встретили это бегство воплями радости.