Страница 89 из 543
Моя первая жертва. С виду обычный полутораметровый крокодил, по инерции врезался в камень и затих, с пулей в голове не побегаешь. Тварь хоть и большая, а сдохла на удивление быстро. Впрочем, сейчас не до мыслей. Словно дождавшись моих выводов, грохнуло ещё раз. Пропустив перед собой Еву, я выстрелил дважды и оба раза попал. Резко повернул ствол вправо, к бабуле подбирались сразу три каймана, понимая, что она никак не успеет, выстрелил дважды и рванул, чуть вперёд выцеливая третьего, самый хитрый и жирный прятался за силуэтом хозяйки. Покончив с ним, метнулся было к девушке, но та и сама справилась, причём с помощью копья.
Тут до меня дошло, что носится туда-сюда, не обязательно, нужно лишь точку их появления засечь. Отправил светляка на десяток метров дальше, так и оказалось. Кайманы выползали из небольшой щели в стене, должно быть про неё говорила Клуша. Выкарабкивались, шустро перебирая лапами, а уже потом разбегались по всей площади, огибая нас с трёх сторон. Всё что мне нужно было делать, стоять на месте и не промахиваться. Что я и сделал, стрелял и стрелял, стрелял и стрелял, до тех пор, пока у прохода не образовался приличный завал из зелёных тел и поток кайманов, в конце концов, не иссяк.
— Надо было раньше тебя позвать, озолотилась бы, — выдала бабуля.
А я только сейчас понял, что последние несколько минут, грохота дробовика неслышно. Матёрая бабка стояла, закинув его на плечо, в общем ничего не делала, как и Ева.
— Это и есть край, дальше я не ходила, — добавила бабушка чуть тише.
Мне было интересно, как она раньше тут охотилась, кайманов много, а дробовик не пулемёт. Бегала, что ли? Я такое даже представить не мог. Загадка.
Хозяйка тем временем двинулась к настрелянной мною куче, и дорогу особо не выбирала, прям по телам топала, пришлось нагонять, мало ли, выжил кто или из ниши выскочит. Той, кстати, практически не было видно, каймановы туши перекрыли.
— Вот, видишь? — Клуша ткнула в скальную поверхность.
— Трещина вроде⁈
— Она самая, расширяется, удлиняется… Я досюда неделю назад доходила, боязно мне. Она больше стала.
— Погоди, — не понял я. — Трещина сама по себе расширяется?
Бабуля открыла рот для ответа, но в этот момент скала содрогнулась от удара. По-другому это не назвать, кто-то большой и злой находящийся по ту сторону, шарахнул вдруг по скале. С чего я это взял? Да с того, что с прохода донёсся злобный рык и клацанье огромных челюстей, именно так рисовало моё воображение.
— Понял теперь? Кто сюда рвётся, я не знаю, да и знать не хочу… Если прорвётся, плохо будет всем!
— Не прорвётся, — сказала Ева. — Клановые раньше засекут, вышлют консту под таких тварей заточенную…
— Вот потому и не хотела я, с бесами этими связываться, да тут даже по разговору понятно, что за людишки. Тьфу! Поможете? Не знаю я, к кому ещё обратиться, нету доверия, а система эта бесова, говорит, что мы пограничники тут все! Сдурела совсем, какой из бабки пограничник?
Я посмотрел на Еву, она на меня. Глаза девушки горели одним-единственным словом, «ДА!»
Ева:
* Это же заводь! Наша, личная! Никаких кланов! Я даже не представляю, в какой из миров она ведёт, вдруг неземной⁉ Соглашайся!
Переждав очередное сотрясение скалы, обратился к Клуше:
— Поможем. Только сначала дорогу надо почистить, — пнул тушу, у которой стоял.
— Тю, — довольно выдала бабка. — Тут завтра одни кости останутся, быстро схомячат! — А вы у меня оставайтесь, — не растерялась хозяйка. — Дом большой, комнату выделю, комната душевая есть, тьфу, кабинка. Накормлю, напою, спать уложу!
Мы опять переглянулись, теперь уже с улыбками.
— Дело молодое, любовь целыми днями крутить можно, — продолжала Клуша, двигаясь на выход.
Предложение, конечно, заманчивое, но у бабушки мы не остались. Есть такое выражение дома и стены греют, к тому же надо прикупить что-то убойное, для того друга за скалой, не из пистолета же его валить. Пообещав вернуться через день полтора, мы ушли порталом.