Убийство Короля Нага

Он передвигался и разговаривал с каждым по очереди.

Бледно-зеленая девушка-наг с длинными клыками и мягкими круглыми глазами одернула тунику:

— Это происходит и там, где ты находишься?

— Что-то вроде этого. Мой народ тоже работает над решением, — сказала она, заставляя себя не отстраняться. Черты лица девушки были гораздо более змееподобными, возможно, потому, что она была гораздо моложе перевертыша и еще не обладала навыками Тенгрия, чтобы приспособить форму.

— Мы не хотели доставлять столько хлопот, — сказал из-за колонны юноша постарше. — Похоже, ситуация ухудшается. Мы просто… мы слышали, что все больше людей хотят закончить то, что начали Даары.

— Даары? — Она подняла глаза, когда к ней подошел Тенгрий.

Он положил руку на плечо девушки.

— Небольшая фракция. Когда появилась точка формирования Туэ-Ра, это вызвало тревогу во всем королевстве. Одни хотели бежать. Другие — подавать прошения. А некоторые решили, что все нужно уладить с помощью насилия. Мы не хотим, чтобы нас здесь беспокоили. Они попытались запечатать Туэ-Ра на месте и не дать ему сформировать точку доступа в то самое время, когда эти молодые люди предприняли свою собственную попытку.

— Запечатать? — удивленно спросила Рея.

— Нет. — Девушка покачала головой. Она уставилась на землю. — Мы хотели проверить, сможем ли мы проскользнуть через него и посетить один из других миров, а потом вернуться обратно. Это должно было сработать в обе стороны. Даары уже начали что-то делать.

— Что именно они делали? Может, что-то из Запретных Искусств?

Остальные тоже собрались вокруг.

— Никто не знает, что это было, — сказал один из взрослых, минотавр с темно-рыжим мехом. — Дети не знают достаточно, чтобы узнать это. Но, насколько мы можем судить, Даары находились в середине какого-то процесса. Какого-то ритуала.

Тенгрий провел тыльной стороной костяшки пальца по щеке.

— Мы пытались проскользнуть, — сказал меньший ребенок-минотавр. Его уши дернулись. — А потом… потом все изменилось… — Он пригнул голову.

— Было светло, — сказал другой маленький голос, — и воздух как будто разрывался.

— Часть земли провалилась, — сказал ребенок, больше похожий на птицу ужаса, чем на человека. — Вся земля просто провалилась. И два Даара упали внутрь.

Трое детей начали плакать.

Одна из женщин, возможно, их мать, отвела их в сторону.

— Тише, — прошептала она.

Другая женщина посмотрела на Рею.

— Им так трудно, — тихо сказала она. — Они стараются изо всех сил, но даже здесь они страдают.

— Надеюсь, это ненадолго, — сказал Тенгрий, его голос был необычайно тяжелым. — Скоро у нас будут новости. Спасибо, что уделили нам время.

Когда они прощались, Рея перебирала в уме новую информацию. Здесь был ответ. Это было то, что нужно знать Парам и другим людям на ее стороне. Когда она сунула руку в карман, ее пальцы коснулись медиумических камней. Надежда пронзила ее, а затем угасла, когда Тенгрий вывел ее наружу.

Психические камни можно было научить хранить другое послание. Тиеро и Саланка показали ей, как это сделать, а Киллот научил ее некоторым трюкам. Проблема заключалась в том, что у нее не было возможности передать камни Киллоту или кому-либо еще, кто мог бы принять послание.

— Ты в порядке? — спросил Тенгрий, когда они продолжили путь по проходу.

— Я думаю о том, что произошло. С моей стороны главная проблема заключалась в том, что они никак не могли понять, что стало причиной случившегося. Но ты можешь рассказать мне что-нибудь еще об этом? — Она остановилась, взяв его за руку. — Покажи мне, пожалуйста, где Туэ-Ра пытался появиться.

Его взгляд упал на ее руку, брови нахмурились.

— Да, думаю, у меня достаточно времени для этого.

25. Появление

Пока Тенгрий вел ее по лабиринту переходов, разум Реи был быстрее. Ощущение было такое, будто она стоит на пороге великого открытия, и она перебирала мысли и идеи, пытаясь их упорядочить.

К тому времени как они добрались до неровного прохода и неравномерной каменной пещеры, где она впервые столкнулась с Тенгрием, в ее голове уже сложилась примерная картина.

— Значит, если я правильно понимаю, Разлом — это взаимодействие между двумя событиями? То, что сделали дети, а затем Даары? — спросила Рея.

Тенгрий замедлился, чтобы соответствовать ее шагу.

— Да, насколько мы понимаем.

— Почему некоторые из ваших людей считают, что детей нужно принести в жертву Разлому? Не просто потому, что это единственное, что осталось.

Мышцы на его челюсти подскочили.

— Даары убили одного из своих членов. Мы нашли его тело, когда пришли расследовать. Из него выкачали кровь. Дети, к счастью, не видели его в темноте, но есть версия, что они не смогли завершить ритуал. А поскольку дети помешали, их или других избранных, возможно, использовали для завершения ритуала и защиты нас. Это чудовищно. Но мы не нашли никаких причин считать, что это так, кроме мертвого тела.

— И никто из Дааров не выжил, чтобы ты мог их допросить?

Он покачал головой.

— Они все погибли, прежде чем мы смогли что-то узнать, а потом образовалось пятно. — Он жестом указал вперед, когда они вошли в камеру.

Теперь, когда здесь больше никого не было, она казалась гораздо больше. Уступ, по которому она карабкалась, огибал левую сторону, а затем уходил вперед. Справа через определенные промежутки появлялись еще одни зазубренные выступы. Море фиолетового и голубого газа на краю обрыва медленно перемещалось. От него поднимался мягкий свет, а к поверхности прилипал слабый туман.

Они остановились на краю обрыва возле большого черного пятна, похожего на смолу. Он был слишком велик, чтобы она могла перепрыгнуть через него, хотя Тенгрий, как она подозревала, не сочтет это сложным.

— Когда кто-то из слухачей и интриганов впервые предложил принести в жертву молодых, потому что они вмешались и теперь нужны Разлому, почти все пришли в ужас. — Тенгрий скрестил руки, глядя на пятно. — Я до сих пор не знаю, кто пустил эти слухи. Им хватило ума промолчать. Ларкин, тот, кто освободил тебя, в конце концов согласился с этим мнением, как и некоторые другие. Я никогда бы не подумал, что такое возможно. Для некоторых это кажется единственным вариантом. Если бы мы могли дать им альтернативу, они могли бы полностью прекратить свои требования. Но… — Он постучал тыльной стороной костяшки пальца по щеке.

Она остановилась, поняв источник его неуверенности. Он действительно не знал, что принесение детей в жертву не сработает.

— Ты думаешь, это может быть реальностью?

Он огляделся по сторонам, затем понизил голос.

— Я не практик магии, как бы ни выглядела моя форма и что бы ни говорили мифы. Но то, что пришло из этого Разлома, заставило всех нас так или иначе пережить то, чего мы больше всего боимся. Если Даары совершили что-то злое, то и завершить это должно быть злое. В таком случае мы обречены. — Его взгляд устремился в пурпурное море света и тумана. — Психи погибнут либо от Ки, либо от испуга или голода. Элементалисты распадутся. Перевертыши одичают и уничтожат сами себя. А люди — нам остается только молиться, чтобы они нашли выход, иначе ничего не останется. Для многих из моего народа завершение ритуала и жертвоприношения — это все, что осталось.