Страница 11 из 70
— Как вы вообще здесь застряли? И сколько уже сидите? — спросил я, начав откровенно тянуть время, чтобы просчитать варианты.
— Давно, — ответила демонесса, не верившая в мою способность противостоять целому Аду. Она щёлкнула пальцами, и рядом со мной появился стул. — Я попалась первой, через сто пятьдесят лет в круге призвания появилась Охарис, — она кивнула на ту, что хотела расплатиться со мной за услугу натурой. Я же сел на предложенный стул, закинул ногу на ногу и приготовился слушать занимательную историю. — После её появления наступил очень длительный перерыв. Почти восемьсот лет прошло, древняя ловушка снова стала активна, и в неё затащило Пхилу.
— Как интересно, — задумчиво проговорил я, проводя пальцем по губам. — И что, никто из Адской канцелярии не заметил вашего исчезновения? Довольно странно на самом деле. Ваша начальница, насколько мне известно, стоит стеной за каждую свою девочку, которую нужно очень долго растить и учить.
— Как видишь, — тряхнула головой Пхилу. — Эта ловушка не даёт нам ни единой возможности хотя бы связаться с Адом. И я сомневаюсь, что в бесчисленном количестве миров нас будет так просто найти. Она сжала кулаки. Видимо, не хотела принимать тот факт, что на них высшим суккубам благополучно плевать. Ну что ж, это приятный бонус, который даёт больше шансов провернуть задуманное.
— И вы разобрались с механизмом ловушки? — спросил я у находившихся в расстроенных чувствах демонесс. В комнате сразу стало холодно, и на меня повеяло смертельной тоской. И это явно не мои слова привели их в такой эмоциональный упадок. Благодаря той же Пхилу, я прекрасно знал, что суккубы могут не только соблазнять, но и привести свой объект к жуткой депрессии, которая обычно заканчивается пополнением в стенах Ада.
— Девочки, ну вы чего, серьёзно решили утопить меня в моих же собственных слезах? Я же демон. Если уж ваши чары обольщения на меня не действуют, хотя я скоро сдохну от неудовлетворённости, то подобные попытки проникнуться к вам точно не увенчаются успехом. Это и был твой изначальный план? Попросить о помощи, а потом смотреть, как я прыгаю с моста от неразделенной к вам любви? — я посмотрел в глаза Пхилу, которые светились от разочарования и нескрываемой ярости. Она промолчала и кивнула своим подругам, после чего воздух тут же очистился. — Так что там с механизмом ловушки? — вновь спросил я.
— Мы полностью обследовали замок, здесь много ценных вещей не только для человека, но и для демона. Помоги нам, Фурсамион, и всё это станет твоим, — горячо воскликнула Охарис.
— Механизм ловушки, дорогуша, — проворковал я, складывая руки на груди.
— Тот маг, который жил здесь когда-то, этот вонючий козёл, эта отрыжка серафимов, — Пхилу сжала кулаки, — был таким шалуном! Он где-то раздобыл наши имена, скотина, мелкотравчатая! Этот ублюдок изначально зарядил круг призыва, засунув наши имена по очереди. Сам понимаешь, когда в круг призыва призывают по имени, никто из демонов не может проигнорировать этот призыв.
— Да, знаю, — я кивнул. — Ловушка сломалась, или он хотел жить вечно, что так сильно растянул призыв по времени?
— Сломалась, — мрачно ответила Пхилу. — Я видела такие, и мы в своё время с сёстрами уничтожили эту дрянь в этом же самом мире, только далеко отсюда, спасая от незавидной участи ещё четверых ни в чём не повинных суккуб.
— Ни в чём не повинные суккубы? Это даже звучит странно, — пробормотал я. А вслух добавил: — Ловушку на воротах вы придумали?
— Нам нужно было что-то есть, — пожала плечами Охарис.
— Ловушка стандартная? — деловито поинтересовался я.
— Да, и даже не полностью магическая. От лестницы вторая дверь в правом коридоре. Там много чего можно найти, в том числе механизм ворот, — Пхилу напряжённо смотрела на меня. — Освободи нас, Фурсамион. И я даже твой выигрыш не буду делить, весь сумею тебе передать.
— Ну хорошо, — я с видимой неохотой встал. — Я очень добрый демон. У меня такое отзывчивое сердце. Почти такое же, как у невинных суккубов. Давайте подытожим, что я получу за ваше освобождение?
— Ты торгуешься? — у Охарис глаза сузились. — Мы можем тебя убить…
— Если только залюбите до смерти, — я гадко улыбнулся, — но в этом случае вы останетесь здесь навечно. На мгновение задумавшись, добавил: — А это очень долго. Вы двое и так за эти столетия растеряли почти все свои силы, раз уж Пхилу стала среди вас главной. Дорогая, вот положа руку на сердце, ты не самая сильная демонесса, — и я прижал ладонь к груди. — Меня же вам достать будет проблематично, потому что даже очень сильные суккубы мало что могут противопоставить демону третьего уровня, и вы в этом только что убедились. Но это так, о птичках.
— Чего ты хочешь? — спросила третья, чьего имени я не знал.
— Мне нужна сделка, что же ещё? — я развёл руками. — Я демон перекрёстка, и сделки составляют часть моей сущности.
— Ты лишён поддержки Ада, как ты собираешься это провернуть? — спросила Охарис нахмурившись.
— Это тебя не касается. А если ты попытаешься выведать мои секреты, то мне проще будет оставить тебя здесь, чтобы ничего не разболтала своим подружкам в Аду, — резко проговорил я. — Но если вы категорически против заключения сделки, не разузнав подробностей, то пора мне с вами попрощаться.
— Ты не назвал условий, — напряжённо произнесла Пхилу, не отводя от меня пристального взгляда.
— Как только сделка будет заключена, я получаю все ваши знания о замке. Мне некогда будет обшаривать его полностью, но в особо интересные места заглянуть охота. Плюс наше с тобой пока что устное соглашение о ставке, — я повернулся к Пхилу.
— Это всё? — она заметно расслабилась и уже улыбалась своей обольстительной улыбкой. Ну ещё бы, условия сделки просто шикарные! Им они почти ничего не будут стоить. Для меня же важен сам факт её заключения. Что-то мне подсказывает, что хватит и этого, чтобы мои силы ещё чуть-чуть возросли.
— Да, то есть, нет, — я даже руками замахал. Внезапно мне на ум пришла одна идея. — В общем, у меня в этом мире есть сестра. И я о ней забочусь и даже в какой-то мере переживаю.
— Ну, семейные связи — это всегда важно, — ответила Пхилу, переглянувшись с подругами по несчастью.
— Это да, — я потёр шею. — И всё у неё, возможно, будет прекрасно, и даже замуж она выйдет за цесаревича, если мы с ним, конечно, выберемся отсюда.
— О-о-о, — протянула Охарис. — Молодец девочка.
— Да, она у меня умненькая и в меру подленькая, просто загляденье, — и я тепло улыбнулся, вспоминая об Ольге. — Вот только её будущий жених… Как бы сказать-то? Он просто совершенен. Настолько совершенен во всех отношениях, что мне становится противно, а ещё сильно растёт беспокойство за сестрёнку. Потому что представить его в обществе парочки шлюх, которые научили бы его всему, у меня фантазии не хватает. А ты должна подтвердить, Пхилу, что с фантазией у меня всё в порядке.
— Это действительно ужасно, — фальшиво посочувствовала моя бывшая подружка, с которой мы даже жили вместе целых два месяца. — Но какое мы имеем отношение к скорому разочарованию в сексуальной жизни у твоей сестры?
— Прямое, — резко ответил я. — Цесаревич сидит сейчас в машине под охраной моего фамильяра. Я хочу, чтобы вы занялись его просвещением, не подвергая опасности жизнь и здоровье, в том числе магическое. А он очень сильный маг, насколько я понял.
— Хм, — все трое задумались, но отвечала мне Пхилу. — Мы его даже не почуяли, надо же! Твоя аура почти всё заглушила. Он действительно так хорош, как ты его описываешь?