Вульф

Когда я вошел в часовню и увидел, что она стоит там, демонстрируя всем длинные загорелые ноги, открытую спину, густые волосы цвета воронова крыла, уложенные мягкими локонами, с одной стороны удерживаемые заколкой, я чуть не перегнул ее через одну из скамеек. Я открыто признаю, что глубины моих мыслей об этой женщине достаточно, чтобы заставить меня усомниться в собственном гребаном здравомыслии. Но я не думаю об этом. Я просто хочу ее, и мне все равно почему.

Глаза Бринли встречаются с моими, и улыбка исчезает с ее губ. Она тянется к центру стола, берет бутылку красного и наливает себе внушительный бокал, пока на стол выносят первые закуски.

— Делл такой милый, Лей. Я так счастлива работать с ним, — говорит Бринли, не отрываясь от своего бокала. Самодовольная ухмылка на ее лице — это игрушка, с которой я вот-вот начну играть.

— Вы двое так мило смотрелись, ты ему наверняка нравишься, — говорю я, и скрытый сарказм не остается незамеченным ею.

Я чувствую на себе взгляды моих парней, особенно Джейка, который сидит рядом со мной и внимательно слушает.

Лейла смеется.

— Нет, им просто комфортно вместе, они знают друг друга с самого детства, — говорит Лейла от имени Бринли, прежде чем повернуться, чтобы сказать что-то Аксу.

Я наклоняюсь так, чтобы меня слышала только Бринли.

— Если подумать, ты не совсем в его вкусе. — Мои губы касаются мочки ее уха. — Мы знаем все обо всех, помнишь? А чтобы быть в его вкусе, ты должна быть намного старше и готова отшлепать его, если он не будет выполнять все твои приказы.

Ухмылка на лице Бринли за секунду сменяется растерянностью, она смотрит на Делла, потом снова на меня. Я откидываюсь назад и потягиваю виски.

Ее самодовольная улыбка исчезает безвозвратно, сменившись смущенным румянцем на щеках.

Гораздо лучше.

Глава 21

Бринли

— Ты не голодна? — спрашивает Вульф, разделывая свой стейк.

Я двигаю еду по тарелке и слушаю, как все за столом обсуждают разные мелочи, что говорит о том, насколько хорошо они все друг друга знают.

— Просто интересно, почему я здесь, — говорю я, поднимая на него глаза. Каждая женщина в этом зале хотела бы быть на моем месте. И некоторые самые смелые уже подходили к нему, на что он отвечал «нет», а если они настаивали, то «отвали», но я не поднимаю эту тему.

Он жует и проглатывает кусочек, размышляя над моим вопросом.

— Ты когда-нибудь говоришь «нет», Бринли? — спрашивает Вульф, наблюдая за выражением моего лица, когда я растерянно моргаю в ответ на его вопрос.

— Ты когда-нибудь отвечаешь на вопрос, не задавая встречный? — спрашиваю я, откусывая кусочек салата.

— Да, — резко отвечает он. — Теперь твоя очередь. Ты когда-нибудь говоришь «нет»?

— Да, — отвечаю я не задумываясь.

— Ты либо неправильно меня понимаешь, либо отвечаешь не совсем честно, — со всезнающей ухмылкой говорит Вульф, придвигая к себе бутылку виски и наливая немного в мой бокал, а затем в свой.

— То есть? — Я делаю глоток, нуждаясь в чем-то — в чем угодно — чтобы снять напряжение.

— Когда важные для тебя люди — твои родители, друзья, возможно, парень, может быть, коллега — просят тебя сделать что-то, чего ты не очень хочешь. Что-то, что помогает им чувствовать себя счастливыми, но противоречит твоим желаниям, ты им отказываешь? Или соглашаешься только потому, что считаешь, что должна делать то, что тебе говорят?

Я смотрю в его гипнотизирующие глаза, свет свечей отражается в них серебристыми искорками, и почему-то отвечаю честно.

— Я, наверное, сделаю это, чтобы не разочаровать их, но… — Я начинаю защищаться. — Это то, что ты должен делать для людей, которые тебе небезразличны.

— Возможно, — говорит Вульф, поднимая мой неиспользованный столовый нож и поигрывая острым концом.

— Иногда можно сказать «да», чтобы помочь, я полагаю. Но если ты всегда так поступаешь, то начинаешь терять себя и жить ради них. Ты перестаешь быть собой, ты становишься тем, кем они хотят тебя видеть.

— И что ты хочешь этим сказать? Мне нравится быть милой, — парирую я, выпитый бокал вина и полстакана виски придают мне храбрости.

Я откидываюсь в кресле, скрещиваю лодыжки и складываю руки на коленях. Я вижу, что его глаза следят за моими действиями.

— Когда ты поняла, что я хочу, чтобы ты села здесь, то без колебаний отказала, — говорит Вульф, направляя острие ножа в стол из необработанного дерева, и свет отражается от лезвия, пока он говорит. — Хотя, я уверен, ты знала, что я хочу этого. — Он откладывает нож и ждет, что я отвечу.

Я сглатываю и задумываюсь на мгновение, пытаясь понять, к чему он клонит, чтобы предугадать его ответ.

— Я тебя не знаю, поэтому не чувствую, что чем-то обязана, — смело говорю я. Оторвав взгляд от ножа, я вздергиваю подбородок.

Вульф ухмыляется, и его глаза не отрываются от моих, когда он обеими руками берется за ножки моего стула и одним движением притягивает меня к себе. У меня перехватывает дыхание, когда наши колени соприкасаются.

Он наклоняется вперед и кладет свои широкие ладони мне на колени поверх моих соединенных рук, не отрывая взгляда от моего лица, он разводит их, оставляя лежать на каждом бедре по отдельности. Не задумываясь, я делаю глубокий вдох.

— Или… может быть, со мной ты просто не боишься быть собой, даже если это выглядит немного иначе, чем ожидают остальные.

Я опускаю взгляд, чувствуя себя неловко, а затем снова смотрю на него.

— Ладно… и что? Даже если ты прав, что тебе с того, что я веду себя так, как от меня ожидают? Почему тебя это волнует? — Спрашиваю я, поднимая на него глаза, а затем неожиданно выпаливаю то, что на самом деле хочу знать. — Почему я?

Он улыбается, как будто знает какой-то секрет, которого не знаю я. Кажется, он только собирается что-то сказать, как Джейк хлопает его по плечу и что-то тихо шепчет ему на ухо.

Вульф кивает, но ничего не говорит. Я наблюдаю, как Джейк выпрямляется и показывает Каю и Робби в сторону двери.

Вульф пристально смотрит на меня, словно тщательно обдумывая свои следующие слова, а затем наклоняется ко мне. Мое сердце бешено стучит, и я задаюсь вопросом, будет ли оно когда-нибудь биться спокойно, когда он так близко. Он накрывает мои руки своими, и у меня сводит живот.

— Я хочу узнать, кто такая Бринли Роуз Бомонт, когда она, наконец, выберет себя. Я хочу быть рядом, когда она позволит себе быть такой порочной, какой ей хочется.

Я моргаю и у меня открывается рот, когда я понимаю, что он знает мое полное имя, хотя, наверное, мне не стоит удивляться. Он сказал, что знает все обо всех, очевидно, это касается и меня. Вульф отпускает мои руки и встает, а шум в зале становится громче по мере того, как ужин подходит к концу. Он смотрит на меня, прежде чем покинуть комнату вместе с большинством своих людей.

Шон что-то шепчет Лейле, пока диджей включает музыку.

— Он скоро вернется, — объясняет она мне.

Я киваю, все еще обдумывая весь этот разговор.

Прав ли он? Неужели я не живу своей жизнью, потому что в первую очередь стремлюсь сделать счастливыми всех остальных?

Лейла делает движение, чтобы вытащить меня на танцпол, и вместо того, чтобы задаваться вопросом о смысле своей жизни, я наливаю себе еще одну порцию виски из бутылки, все еще стоящей перед креслом Вульфа, выпиваю залпом и иду за ней. На мгновение я задумываюсь, куда в такой спешке направилась половина клуба. Но также быстро я напоминаю себе, что это не мое дело, это не мой мир, я здесь просто в гостях.