Страница 61 из 83
Пораженная изобретательностью Рафа, Лизл оглядела холл, чтобы удостовериться, что никто их не видит, потом отперла дверь квартиры Эва и шмыгнула внутрь. Дверь за ними закрылась, и она позволила себе расслабиться чуть-чуть.
Раф нашел выключатель, потом телефон; поднял трубку, а когда звонки прекратились, положил ее на место.
Тишина.
- Ну, - сказал он, - с чего начнем?
Лизл осмотрелась вокруг. По первому впечатлению можно было заключить, что тут никто не живет. Единственной вещью, способной сказать что-то о личности хозяина, был компьютерный терминал, точная копия ее собственного. Убери его - и квартира станет полным подобием гостиничного номера, по которому только что прошлась бригада уборщиков, приведя его снова в порядок и подготовив к прибытию следующего постояльца. В отличие от принятой в номерах отелей обстановки, здесь стояла разношерстная мебель, но все было таким свежевычищенным, и казалось, что каждый предмет лишь секунду назад был положен или поставлен на подобающее ему место. Она невольно подумала, не заклеена ли крышка унитаза предохранительной бумажной полоской после чистки и дезинфекции.
- Пошли отсюда, - сказала она.
- Мы же только вошли. - Раф прошелся из гостиной в кабинет, в спальню и назад. - Он живет как монах, монашек-аккуратист, давший обет хранить чистоту и порядок.
- В этом нет ничего, что опровергло бы его принадлежность к Высшим, заметила Лизл.
- Нет, есть. Это свидетельствует об одержимости и насилии над личностью. Высший должен уметь бороться с этим.
- Может быть, он неполноценный Высший, вроде меня.
Раф окинул ее долгим взглядом.
- Возможно. Но я приберегу свое заключение, пока мы не закончим обыск.
- Ладно, только скорей. Я не хочу, чтобы он вернулся и застал нас.
- Не вернется. Проследи только, чтобы все оставалось на месте так, как было. И дай мне знать, если наткнешься на что-нибудь вроде чековой книжки. Мы оба хорошо представляем, сколько ему платят в Дарнелле, и хорошо знаем, что он мог бы жить и получше. Куда деваются эти деньги? - Улыбка его стала похожа на волчью. - Может, его кто-нибудь шантажирует?
Лизл распахнула холодильник. Жалкое зрелище - обезжиренный йогурт, апельсиновый сок, фрукты, маргарин на кукурузном масле, немного салата, красный перец и небольшой кусочек обезжиренного швейцарского сыра.
Раф заглянул через ее плечо.
- Питается вроде тебя.
- Может быть, он помешан на своем здоровье или ему вреден холестерин.
Но Раф уже шарил вокруг компьютерного терминала.
- Ну и ну, - бормотал он, листая блокнот на столе. - Тут все коды доступа к его файлам. Наш дорогой Эв убежден в полной надежности своего жилища.
Они принялись осматривать ящики шкафов. Их было в квартире немного, так что Раф вскоре обнаружил финансовые документы Эва. Он покачал головой и присвистнул, перебирая бумаги.
- Квартирная плата, коммунальные услуги, продукты~ квартирная плата, коммунальные услуги, продукты~ вот куда идут деньги. Все остальное на депозите и в облигациях. Он копит.
Лизл не могла сдержать довольной усмешки.
- Ну вот. Я же тебе говорю. Он Высший. Лет через десять сможет выйти в отставку.
- Мы кое-что упускаем, - напомнил Раф.
- Например? - Ее начинало охватывать раздражение. - Что можно тут упустить? Здесь нет ни наркотиков, ни спиртного - даже бутылки шерри, - ни журналов для "голубых", ни детского порно, ни записок от шантажистов. Хватит, Раф. Он чист. И он Высший.
- Мы все еще не знаем, где он находится нынче вечером и куда ходит по вечерам каждую среду. Когда узнаем, я все докажу~ или склоню пред тобою повинную голову.
- Как же мы это узнаем?
- Очень просто. В следующую среду мы его выследим.
Игра~ Раф любит игры. Но слежка за Эвом, по крайней мере, не будет противозаконной - не то, что обыск его квартиры.
- Хорошо. Мы это сделаем. Но давай выйдем отсюда. Вернемся ко мне. - В ней разгоралось страстное желание. - Я знаю, чем можно заняться и получить гораздо больше удовольствие. И не нарушить закон.
Они убедились, что все лежит точно так, как раньше, а потом поспешили к машине Рафа. Лизл шла впереди.
Билл вывел свою старенькую "импалу" со стоянки и влился в транспортный поток на Конвей-стрит. Поток был невелик, и он не спешил. Он только что в третий раз посмотрел "Кролика Роджера" и находился в приподнятом настроении. Каждый раз он подмечал нечто новое, неизменно вызывающее у него восхищение. Как-то попробовал посмотреть дома, взяв напрокат кассету, но это оказалось не то, и, прочтя, что фильм идет в "Стрэнде" на большом экране, он воспользовался возможностью еще разок получить удовольствие.
Остановившись у светофора, он заметил справа на боковой улице знакомый спортивный автомобиль, поджидающий знака, разрешающего левый поворот. "Мазерати". В ярком рассеянном персиковом свете ртутных фонарей, окаймлявших Конвей, Билл узнал за рулем Рафа Лосмару, который оживленно беседовал с кем-то, кто сидел рядом. И вновь Билла пронзило ощущение, что они раньше встречались. Что-то мучительно знакомое было в его лице.
Он полюбопытствовал, с кем это едет Раф. Понадеявшись втайне, что не с Лизл. Ему не хотелось ее огорчать, но он убежден, что Раф Лосмара не принесет ей добра, что это его ложные ценности произвели в душе и в натуре Лизл столь поразительное опустошение.
Может, Раф нынче вечером едет с кем-то другим. Если так, может, Билл умудрится использовать это как повод, чтобы рассорить с ним Лизл. В голове у него закрутились и понеслись общеизвестные возражения - не твое это дело, она большая девочка, взрослая женщина, ты ей не отец, и даже не дядя, и даже если бы был дядей или отцом, она имеет полное право сама выбирать и любовников, и моральные ценности, - но он отогнал сомнения прочь. Все это правильно, но сильнее всего его чувства, его отношение к Лизл. Лизл катится в пропасть - Билл знает это так же точно, как свое настоящее имя, - и он хочет перехватить ее, пока она не скатилась. Ибо от этого падения ей не оправиться. А если Билл не сумеет спасти единственного друга, который остается у него в целом мире, ему тоже от этого не оправиться.
"Мазерати" свернул, вынырнул перед машиной Билла, и он разглядел Лизл на переднем сиденье. Выругался с досады и бросил последний взгляд на Рафа.
Безмолвный вопль вырвался у Билла, а дорога под колесами автомобиля встала дыбом. Вблизи, в причудливом ртутном свете, растворенном в воздухе, усики Рафа вроде бы расплылись, и лицо его~ стало похожим~ в точности~
Сара!
А потом он проехал, исчез, скрылся из виду, красные огоньки машины растаяли. Но виденье осталось и плавало перед глазами Билла.
Сара!
Как он раньше этого не заметил? Сходство безошибочное. Может быть, он ее брат!
Что, если он в самом деле ее брат?
Но как это может быть? И почему он здесь? Возможно, с какой-то целью?
Лизл! Он собирается истерзать Лизл так же, как сестра его истерзала Дэнни?
Хор гудков сзади привел Билла в чувство, и он глянул вперед. На светофоре горел зеленый. Потные ладони скользили на рулевом колесе, он притерся к бровке тротуара и заглушил мотор.
Он сидел за рулем, дрожа, весь в поту, пытаясь взять себя в руки, и дикие мысли плясали в его голове.
"Обожди. Постой. Это безумие".
Раф на миг стал похож на Сару. Ну и что? Это жутко, но он ведь не Сара, а шанс, что какой-то родственник Сары окажется аспирантом в том самом университете, где под вымышленным именем работает Билл, просто астрономически мал.
И все же~
Билл не мог отделаться от ощущения, что покров на мгновение разошелся и позволил увидеть смертельную тайну. Он не может выкинуть это из головы. Он должен все выяснить. Сейчас же. Но сам сделать это не в состоянии. Ему нельзя высунуть нос. Ему нужна помощь. Но какая?
И от кого? Он поразмыслил о помощи и о человеке. И понял - Ник.
Он вытащил из пепельницы кучку монет, тронул Машину и ехал, пока не увидел телефонную будку; остановился, вышел и снял трубку.