Счастье Ангела

Об упоминании о Владе резко сжимается в груди. Марк и эти еле заметные изменения ловит на раз.

- Не переживай, Лин. Ваша встреча с ним ровняется нулю. Особенно сейчас.

- Почему? - не могу не спросить.

- Вчера вечером на имя Влада Белова был куплен билет в Штаты на частном рейсе.

- В Штаты? - переспрашиваю я. Я помню, как Ксюша говорила о Швейцарии. Значит Влад не поехал к ней? Надеюсь, вслух я не озвучила свои мысли.

- Да, Лин. Стопроцентно, железобетонно он улетел в Штаты. И он же на полпути к своему новому дому. Мои люди пасли его почти до самой посадки. Думаю, если бы его голова была не забита, сама понимаешь чем, он бы на раз определил, что за ним хвост.

Парни особо и не шифровались. Так что сейчас Белов на другом континенте и между нами тысячи километров. Чему я лично безумно рад. Но вернемся к нашим делам. Об этом месте я ранее уже слышал.

Лично не был здесь никогда. Надобности просто не было. Но общие сведения есть. Чем — то напоминает нашу десятку. Только в другом совсем формате. Так называемое закрытое учреждение.

Здесь нет насилия. Но есть и другие, не менее ужасные вещи, которые с тобой сделают, стоит только здесь оказаться. Ад тебе устраивают с первых минут, как только ты переступил порог этого…

Даже и не знаю, как правильно его назвать. Могу сказать точно, кто придумал все это, настоящий гений своего дела. Безумный, но гений. И если честно, уверен на сто процентов, был бы жив твой отец, никогда бы не отдал Лику именно сюда.

Куда угодно, но не в это место. Не смотри на все так, как будто это обычное дошкольное учреждение. Отсюда невозможно сбежать. Ты уже через месяц станешь совсем другим человеком. Полностью потеряешь себя.

Хорошо, если вспомнишь, как тебя зовут. К каждому, скажем так подопечному, свой индивидуальный подход. Здесь быстро ломают даже самых стойких. Не знаю, как и чем. Но инфа точная.

Захочешь быстрее помереть, хрен кто даст. Будешь доживать и мечтать, чтобы этот день стал последним в твоей жизни. Смотри, даже решеток здесь нет. С каждого заключенного делают просто овощ.

Причем не именно благодаря всякой химической дряни. Здесь работают не качки. Здесь работают сверхумы. Мать их, на хрен. Про их работы ты нигде не прочитаешь. И ни в одном мединституте такому не научат.

Насколько я знаю, здесь собраны мозги со всего мира, Лин. Кого здесь только нет. И кто здесь уже не побывал. Пациенты, как понимаешь, здесь не простые смертные. В обычной жизни их считают мертвыми.

Родственники их всех похоронили. Правда в закрытых гробах, но это и неважно. Давно уже оплакали и сто раз успели их и забыть. А они здесь. Не знаю хорошо Лику, как ты, но и ей здесь будет не сладко.

- Так это место приготовил для нее Влад?

- Естественно. Он же не ваш отец. Зачем ему жалеть эту суку? Могу признаться. Это тот единственный случай, с которым у нас с ним полное понимание.

- Но как давно Лика здесь? И как они ее упекли сюда? - в голове столько вопросов. - Лику просто так не поймать. Ее не достанешь, если и захочешь.

- Лин, ну и Влад и его вся контора тоже не обычные мальчики. К тому же, не забывай, вашего отца нет в живых. За ее спиной никого… Понимаешь никого нет. Кому она сдалась. Ваша вся семейная охрана сама с удовольствием поможет такому благому делу.

Как я понял, все парни, которые еще работали со времен твоего деда, ее терпеть не могут. Они нормально так сгруппировались с людьми Влада. И знаешь, какой бы ты не был не уловимый, но стоит тебе потерять бдительность…

И все. Ты попал. Хлоп и ловушка закрылась навсегда.

Марк одел свои солнцезащитные очки. В любой фразе, в каждом даже таком сравнении он все равно возвращается к брату.

- Здесь нет ничего к чему ты привык. Ты не слышишь других голосов, с тобой никто не общается. - продолжил рассказывать Марк. - Про еду я молчу. Просто немного калорий, чтобы ты не спустил дух раньше времени.

Никаких гаджетов, выходов на улицу. Нет у тебя ни книг, ни журналов, ни посетителей, никого. Зато есть специальные комнаты, где жуткое творят с твоим сознанием. Ты и твой разум тебе потом уже не принадлежат.

Да ты и собственное тело перестаешь чувствовать. Даже не ощущаешь, что стал ходить под себя. Жуть, Лин, если честно. И это я так. Только поверхностно все знаю. И нет никакого желания копаться дальше в этом дерьме.

Только сейчас к нам вышли двое среднего роста мужчин. Судя по виду они, наверное, и есть эти гении. На них нет ожидаемых белых халатов. Да и вид у них действительно довольно таки жуткий.

Даже спрашивать у них ничего не хочется. Хорошо, что Марк сам с ними общается. Вернее общением это тяжело назвать. Весь разговор сводится к паре слов, понятные только им.

- Пошли, Лин. Я проведу тебя. Если хочешь, зайду вместе с тобой?

- Нет, спасибо. Но дальше я сама. - голос почти не дрожит. Для меня очень важно преодолеть этот путь самостоятельно.

- Но я все равно буду за дверью, рядом.

- Ты же сказал, отсюда невозможно сбежать, и мне нечего бояться.

- Так то оно так. Но все равно, это же твоя чокнутая сестрица.

- Я справлюсь, Марк. - уверенно заявляю, больше ему, чем себе. - И ты не ответил, как давно Лика здесь уже находится?

- Не поверишь, сучка здесь уже почти сутки. Как я понял по словам этих зомби — врачей, Лика для них очень интересный экземпляр. Думаю, они на ней испробуют много чего интересного.

Марк говорит ровно, даже улыбается. Но мне почему — то так жутко от его слов. Где — то в подсознании испытываю… Нечто, похожее на жалость. Нет, не сочувствие, а именно жалость. Зная Лику прежней, не могу представить ее здесь.

Для ее характера это будет хуже и страшнее смерти. Намного страшнее. Я должна наконец радоваться, но не испытываю ничего похожего на это чувство. Марк сам берется за ручку двери и открывает ее мне.

Захожу внутрь и сразу улавливаю ее запах. Давно забытый, но который ни с чем не спутаешь. Не оцениваю обстановку вокруг, не до этого совсем. Лика стоит спиной ко мне, в какой то не понятной робе, по ощущению снятую с кого — то.

Волосы у нее тоже отрасли, стали намного длиннее, чем раньше. Но все такого же цвета, не крашенные. Даже сейчас, стоя почти на коленях, она не выглядит проигравшей. Стоит ровно, даже не оборачивается.

Не просит ее выпустить, помочь. Не предлагает денег, не кричит, не орет, не пытается выбить двери. А просто стоит спиной и смотрит только в одну точку.

- Знаешь. - начинает она первой говорить, даже не оборачиваясь. Ее голос, он все такой же властный, не сломленный, непоколебимый, стальной. - Я уже заждалась тебя. Все думала, кто же мог это провернуть, с чьей подачи.

Разгадка пришла быстро. Я могу даже не поворачиваться и точно знать, что это именно ты стоишь сзади. Могу даже с точностью определить, сколько шагов нас разделяет. Ты по ходу и не изменилась за эти годы.

Тебя выдает походка, твои шаги. Я всегда знала, когда ты приближалась ко мне. Я и сейчас слышу, как ты сглатываешь. А еще ты очень нервничаешь и перебираешь пальцами туда — сюда.

Ты не представляешь, как меня бесила эта твоя идиотская привычка, как собственно и ты сама.

Лика неожиданно резко разворачивается. И на ее лице я четко улавливаю звериный, не человеческий оскал. С виду она почти такая же. Старше, взрослее, это да. Но лицо скорее напоминает дикого животного, загнанного в угол.