Счастье Ангела

Я еще подумала, наверное, забыл что — то ключи там или телефон. А тут прямо с двери на меня фурия в виде Еси. Чуть в глаз от нее не получила. Еще и волос чуть не лишилась. Даже не представляешь, каких мне сил стоило объяснить ей, что я его мама, а не девочка для утех.

Потом мы очень долго с ней смеялись. Я сразу решила для себя, что ни за что не приму другую невестку. Только Есению. Так это я еще не знала, кто ее мама.

Кстати, а где сама Еся? Я и Илью еще не видела.

При упоминании дочери в груди еще сильнее запекло. И это совсем не связано с ранением. Стараюсь дышать ровно, ничем не выдавать своей нервозности. Ксюше совсем не нужно знать, что произошло с нами.

Но если бы она только знала, что я и сама не видела дочь с того самого дня. Дня, когда она держала пистолет и хотела выстрелить себе в голову.

- Знаешь, Лин, я уже столько себе надумала пока летела в Россию. Меня Илья буквально выдернул, сказал, чтобы прилетела первым же рейсом и трубку положил, ничего не объяснил.

Он вообще какой — то странный стал за последние месяцы. Но это и понятно, учитывая все, что случилось. Просто он сам почти не звонил мне, а если я дозванивалась с сотого раза, то наши разговоры длились не больше минуты и это в самом лучшем случае.

Я чуть не поседела пока не увидела тебя сейчас. В голову такие мысли лезли от самых тревожных до самых радостных. И если с тревожными все уже понятно. В смысле с тобой все более менее в порядке, то значит… - Ксюша загадочно подмигивает.

- Вдруг наши дети, Лина, решили пожениться?

- Ксюш…

- Нет, но ты только подумай. Я вот была бы совсем не против, даже наоборот. На всякий случай я даже привезла новый наряд из Милана. Мы и тебя, как королеву, оденем. Если честно, я бы очень хотела их свадьбы.

А больше внуков. Понимаю, Еся еще слишком молода. Но мне так хочется понянчиться с малышами. Не знаю, как ты, а я еще той бабкой буду. Я только баловать, на большее и не гожусь. Я же всегда хотела много детей, но… - опускает Ксюша голову. - Прости, Лин. Я не хотела затрагивать эту тему.

- Все в порядке, Ксюш. Но я не думаю, что у них все идет к свадьбе. По крайней мере сейчас.

- Тебе что — то известно? - пристально вглядывается в мое лицо.

- Не больше твоего. - отвечаю честно. Я и понятия не имею, что происходит там снаружи. Все, что я успела узнать совсем немного касаемо дочери и больше ничего.

- Меня даже Илья не встретил в аэропорту, прислал водителя. А такое впервые. Сын всегда при любых обстоятельствах встречал меня лично. Мало того, снял мне квартиру. Но это все мелочи. Его телефон до сих пор не отвечает. И здесь их обоих тоже нет.

- Зато весь холодильник на квартире забит продуктами. Значит могу предположить, что здесь я нужна ни на один день. Так на скорую руку и приготовила еды, чтобы привезти Владу. Пусть поест и отдохнет. Еще и пару рубашек по пути в магазине купила. Ты только не ревнуй, Лин. Я все делаю от чистого сердца без каких — то там скрытых мотивов.

- Ксюш, я даже и не думала о таком. - честно признаюсь.

- Ну раз так, то давай тогда и тебя приведем в порядок. Сейчас я помогу тебе помыться, а потом… - Ксюша снова коварно улыбается. - А потом я причешу тебя, сделаем тебе прическу, оденем во что — то лучшее, чем это. - показывает она на мою больничную одежду.

- Ну и как же без легкого макияжа. Я же тоже к тебе не с пустыми руками.

Только сейчас замечаю, что и правда до сих пор возле двери стоят несколько больших пакетов, доверху чем — то набитыми.

- Ну так, что, давай по — тихоньку начнем и будем ждать долгожданных вестей от наших детей.

Есения.

Уже пару дней, как меня перевезли в очередное новое для меня место. Они еще не оставляют надежды вытащить меня. Только вот к их несчастью вытаскивать уже некого. Я ни раз и ни два пыталась прекратить свое жалкое существование.

И каждый раз меня снова и снова возвращали обратно. Назад в этот нескончаемый кошмар. Кошмар из множества голосов, боли и непроглядной темноты. Если бы мне дали нож, бритву, лезвие, стекло…

Мне плевать каким именно способом уйти. Главное больше никогда не просыпаться.

- Ты уже познакомилась с врачом? - присаживается рядом с кроватью на корточки брат. Ему только и позволили меня сопровождать и попрощаться.

Я видела какого — то мужчину, но совсем не помню его лица. Абсолютно никаких воспоминаний. Помню он со мной даже разговаривал, что — то спрашивал, сам проводил до своей камеры.

Да именно камеры и это моя новая тюрьма. И мне все равно, кто меня будет охранять и какие еще методы применять в надежде вернуть меня к жизни. Я не только лица, я и голоса не помню этого врача.

Для меня давно уже все безликие, а мир окрасился в серый цвет, других красок в нем больше нет. Я не слышу пение птиц, смеха детей, ничего. Я в своем котле, в своем собственном аду и каждый день пребывания в нем уничтожает и разрывает меня все сильнее.

Но зато не знаю как, но за несколько недель впервые я спала эту ночь без кошмаров. Может быть мне снова что — то вкололи? Наверное, так и есть.

- Сестренка! - гладит меня брат по голове. - Я пришел попрощаться.

- Попрощаться? - если были бы силы, я бы устроила ему настоящий допрос, но их нет даже на то, чтобы просто удивиться. - Ты возвращаешься в Лондон?

- Нет! Я, как и ты, взял отпуск на год. Я улетаю, Есь. В Тибет. На сколько, не знаю. Мама пришла в себя, она с Владом. Ты, я уверен, тоже в надежных руках. Феликс — лучший в своем деле, он точно тебе поможет. Я даже не сомневаюсь.

- Феликс?

- Твой лечащий врач, Есь.

- Понятно. - равнодушно отвечаю я. Феликс так Феликс, мне без разницы. Все равно ни он, ни кто — то другой мне не поможет. Оптимизм брата совсем не разделяю, но ему об этом не говорю. Но зато единственная хорошая новость, что мама наконец пришла в себя.

Руслан очень кратко и поверхностно рассказал о ее самочувствии. Самое главное, что маме предстоит очень длительная и тяжелая реабилитация, которая неизвестно сколько займет по времени. И что Влад ее собирается увозить из города, как только ей разрешат перелеты.

- Почему Тибет?

- Сам не знаю, Есь. Душа туда тянется. Хочу что — то изменить в себе. Больше в нашем городе не могу оставаться, не вынесу там находиться. Все и так напоминает о ней.

- Ты об Але? - можно было и не спрашивать. Брат так и не рассказал, что еще успел тогда натворить, когда узнал свою правду.

- Руслан, ты же знаешь, что всегда можешь мне все рассказать. Я всегда на твоей стороне. Хотя сейчас из меня еще тот слушатель. - странно, но я пытаюсь изобразить подобие улыбки, но выходит совсем обратное.

- Что ты сделал тогда, брат?

- Ничего особенного? - подрывается с места брат и прикрывает глаза. - Ничего особенного. Просто доказал, что я всего лишь сын своего отца.

- Ты… - запинаюсь. - Ты Але доказал? Ты ее…? - не могу и не хочу вслух это произнести, тем более поверить, что мой братик, любимый, добрый, младший брат способен на такое, особенно в отношении Али, той, которую любит с самого детства.

- Все, Есь, не бери в голову, я разберусь. Думай только за себя, и сама быстрей возвращайся к нам. Феликс обещал, что тебя точно можно будет забрать через год. Я думаю, к тому времени уже смогу вернуться обратно.