Страница 13 из 87
— Я слышу тебя. Ладно, — вздохнул Джордж. — Я знаю, что ей сказать.
Мои губы дрогнули.
— Я твой должник.
— Ты мне ничего не должен. Скоро увидимся.
— Буду ждать.
Звонок завершился, и я вернулся к маме. Мы говорили о Бекки, как тяжело ей было смириться с тем фактом, что ее отец жив. Пойманная в ловушку известиями из Итана, она не разговаривала с Еленой последние две недели.
— Это был тяжелый удар для всех нас, Блейк. Бекки придет в себя.
— Ей лучше бы это сделать, потому что через две недели все будет по-другому.
— Твои тетя и кузина возвращаются. Констанс хочет создать пункты спасения, чтобы помочь. Она хочет использовать поместье для своих встреч.
— Что ты собираешься делать?
— Я — Ласточкокрылая, Блейк. Я помогу в одном из этих моментов.
— Держи Энни подальше от всего этого. Она достаточно настрадалась, мама.
Мама улыбнулась и кивнула.
— На днях она изменилась. Это были всего лишь чешуйки, но, по крайней мере, она старается. В последнее время без помощи Эмануэля ей помогают Чарльз, Констанс и Дэвиду.
— Она это сделала?
Мама кивнула.
— Констанс сказала, что это была кроваво-красная чешуя. Энни разразилась слезами.
— Она вернет своего дракона. Я знаю, она может это сделать.
Часы шли, пока мы говорили о миссии. Чарльз и другие обитатели охотничьего домика направлялись во дворец в Тите, чтобы помочь защитить детей. Академия Дракония будет еще одним надежным местом.
Я чувствовал, как напугана мама, хотя она и не хотела мне этого показывать.
Когда взошло солнце, мы поговорили о встрече. К ее удивлению добавился шок от того, что Юрий не хотел драться.
И удивление тому, что Айзек так рвался в бой, и что он наконец-то восстал против отца, и не тому, что Юрий был тираном. На самом деле, он был любящим отцом.
Она улыбнулась, когда я рассказал ей, как Елена остановила все это. Я мог бы переубедить его. Я рассказал маме, как Елена объяснила, что не хотела никого заставлять бороться за дело, в которое они не верят.
— Она так похожа на своего отца.
— Но она до мозга костей напоминает королеву Катрину, когда противостоит людям.
Мама рассмеялась, так как знала, как сильно я боялся мамы Елены.
Я тоже усмехнулся.
— Юрий просто напуган, Блейк.
— Мы все напуганы, мама.
— Знаю, но он забыл, что значит храбрость, как твой отец на протяжении многих лет.
— Не знаю. Сегодня вечером я чувствую себя так, словно предал Айзека.
— О, моя голова, что, черт возьми, произошло? — Елена, наконец, вошла на кухню.
Я посмотрел на маму, и мы рассмеялись. Мама встала со стула и прикоснулась к лицу Елены.
— Держу пари, у тебя чертовски болит голова.
Елена надулась и кивнула, когда мама коснулась ее висков, и я мог видеть, как Елена тает в ее ладонях.
— Это так приятно, — прохрипела она.
Они простояли так еще несколько минут.
— Лучше?
— Намного. — Елена улыбнулась. — Так рада знать, что мне больше никогда не придется принимать Адвил.
Мама рассмеялась, когда я улыбнулся, потягивая кофе. Елена плюхнулась на стул рядом со мной.
— Так что, черт возьми, произошло прошлой ночью? Я даже не помню, как сюда добралась.
— Как там было в волшебной стране?
— Фу, что я наделала?
Я рассмеялся.
Мама ударила меня тряпкой.
— Нехорошо смеяться, Блейк.
— Единороги и лягушачьи королевы, — ответил я.
— Не надо, — Елена коснулась лица и потерла его. — Что это было? И ты сказал, что я должна выпить все, что мне предложат.
— Нет, я сказал, что тебе не следует пить. Прошлой ночью Тим был в фургоне. Я не смог бы объяснить тебе это по буквам.
— О, и ты не мог сказать мне до того, как мы туда добрались?
Я улыбнулся.
— Извини, честно говоря, я забыл. Я должен был заставить Тима забыть, что я велел тебе выплюнуть это. Если бы он сказал Юрию, что я больше это не пью, тот никогда больше не сел бы со мной за стол.
— В следующий раз, пожалуйста, убедись, что я понимаю, о чем ты говоришь. Это было ужасно в очень хорошем смысле. — Она рассмеялась.
Я притянул ее ближе к себе и поцеловал в макушку.
— Извини за это. После этого я чувствовал себя ужасно и должен был как можно скорее отнести тебя к моей маме.
Мама приготовила завтрак, и мы остались.
Это было похоже на старые добрые времена.
Я скучал по нашему старому дому.
В этом доме всегда было так много людей.
В поместье было так тихо. Папа редко бывал дома. Мама была единственной, и я мог себе представить, как ей, должно быть, было одиноко.
Мы снова поговорили об этой встрече. Это был первый опыт Елены с оборотнями и их формальностями.
— Я мог бы переубедить его. — Я посмотрел на Елену.
— Я же сказала тебе, я никого не буду заставлять сражаться. Это должно исходить от оборотней, Блейк.
Мои губы дрогнули.
— Мисси стала огромной. — Я попытался сменить тему.
— Да? — Мама улыбнулась. — Я помню, когда она впервые преобразилась. Юрий хотел, чтобы это был еще один Орел Соверенхайт. Он был так разочарован, когда обнаружил еще одну химеру. — Она рассмеялась. — Он ужасно напился, и твоему отцу пришлось снимать его с дерева, на котором он каким-то образом застрял. Это было весело. — Мама рассмеялась этому воспоминанию и попыталась изобразить картину. — На этой ветке было два крючка. Когда твой отец добрался туда, его крыло застряло в этой ветке. Его задница свисала ему на лицо, — объяснила она, но смеялась так сильно, что было трудно представит эту картинку. Ее смех вызывал привыкание, и я не мог вспомнить, когда она так смеялась. — Он так много ругался из-за своего пьянства, что я не могла удержаться и продолжала смеяться. Твой отец на самом деле очень расстроился из-за меня, так как продолжал падать, пытаясь помочь Юрию слезть с дерева.
Елена представила картину и согнулась пополам, и я наслаждался тем, что две женщины в моей жизни наслаждаются этим моментом.
Потом мама наконец успокоилась. Она рассказала о друзьях-оборотнях, которых она когда-то знала.
О Калее, маме Айзека. Какой свирепой была ее орлиная фигура. Но потом она заболела, когда родилась Мисси, и у нее ничего не получилось. Даже прикосновение Ласточкокрылого. Она перепробовала с Калеей все. Она была одной из лучших маминых подруг.
Она также рассказала нам о Дандилии, которая была ястребом. Она знала многих оборотней, так как женщины общины любили помогать, когда могли. Королева Катрина тоже питала к ним слабость. В те времена виверны нападали на многие из их сообществ. Они не знали, что это были виверны. После нападения несколько детей остались без родителей. Королева всегда принимала их, заботилась о них, как о своих собственных. Затем она поговорила с оборотнями, надеясь, что они заберут их, чтобы они выросли со своим народом.
— Эти женщины ни разу не разочаровали меня. Они нашли для детей замечательных родителей, любящих родителей. Они воспитывали их в соответствии со своими традициями.
Было удивительно слушать мамины истории. Честно говоря, у нее были замечательные друзья.
— Во сколько у тебя встреча с королем Калебом? — Мама хотела знать.