Жестоко и прекрасно

В тот вечер Дрю пригласил меня на ужин. Мы оказываемся в стейк-хаусе по его настоянию. Я чувствую себя виноватой, потому что это большие деньги.

— Ты позволишь мне хотя бы немного произвести на тебя впечатление? — Спрашивает он, повращав свое вино в бокале, прежде чем выпить его. Я делаю глоток, и это восхитительно. Он заказал его для меня, потому что я ничего не смыслю в выборе вина.

— Хорошо. Но тебе не нужно пытаться. Ты и так произвел на меня впечатление, когда впервые вошел в мою дверь.

— Ах, хорошо, что я узнал об этом. Тогда отныне для тебя будут гамбургеры и фаст-фуд.

Я прикусываю губу, чтобы подавить смех. Мне нужно, чтобы он кое-что знал.

— Дрю, мне не нужно много, чтобы быть счастливой.

Его улыбка исчезает, и он берет меня за руку.

— Я вижу это. Я хочу сделать тебя счастливой, Кейт.

— Ты делаешь. Я счастлива, когда я с тобой.

Ухмылка расплывается по его лицу.

— Я хочу у тебя кое-что спросить. Хочешь приехать в Инди на следующих выходных?

— Ты хочешь терпеть меня все выходные?

Мне интересно, где он живет, с кем тусуется. Конечно, я хотела бы приехать.

— Я хочу тебе признаться. У меня короткая смена в субботу. С шести до полудня. Будет ли это проблемой для тебя?

— Нисколько. Я могла бы немного поучиться.

Он улыбается мне мегаваттной улыбкой.

— Да? На самом деле?

— Да.

Я улыбаюсь ему в ответ.

— Есть еще кое-что. В субботу днем у меня хоккейный матч.

Мой лоб морщится, когда он говорит это. Хоккей. Я ничего не знаю о спорте. Где, черт возьми, он научился играть?

— Я могу предположить, что тебе это не интересно, не так ли?

Он неверно истолковал мое молчание.

— О нет, это совсем не так. Я пыталась выяснить, где ты научился играть. Я выросла в Чарльстоне, в смысле, катание на коньках было не совсем обычным явлением.

— Ты права. Я не занимался им до Пердью. Обещай, что не будешь смеяться, когда я тебе это скажу. — У него самое серьезное выражение лица.

— Обещаю.

— Я брал уроки фигурного катания, когда поступил в колледж. Я очень любил хоккей и хотел научиться играть, но знал, что сначала мне нужно научиться кататься на коньках. Так что я смирился с этим и взял уроки. Это было ужасно. Куча маленьких девочек, и я на фигурных коньках. Учился делать сальхов, лутц, тулуп и аксель. Веселые времена. Я рвал свою жопу так, как ты не поверишь. Но я научился. И когда я стал опытнее, я присоединился к хоккейной лиге. Я все еще был дерьмом, но со временем я стал лучше, и теперь я довольно приличный игрок.

— Хоккей.

Я поражена тем, что он играет.

— Итак, ты думаешь, что хочешь прийти на мою игру?

Когда я думаю о Дрю, одетом в форму, я хватаю его за руку и говорю:

— Я ни за что не пропущу этого. Но должна тебе сказать, я ничего не смыслю в хоккее.

— Я могу научить тебя. Это довольно просто. Очень похоже на футбол, только быстрее.

— Ага. Хорошо, тогда в следующие выходные. Я подъеду в пятницу.

— Идеально.

Приносят нашу еду, и она восхитительна. Стейки идеальны. Неудивительно, что он хотел есть здесь. Десертное меню вызывает слюноотделение, и мы оба заказываем шоколадное суфле, которое тает во рту.

Мы заканчиваем вечер у меня дома. Он выходит, чтобы выпустить меня из машины, и, помогая мне, наклоняется, чтобы поцеловать меня.

— Я не могу вспомнить, чтобы когда-нибудь так развлекался, Кейт.

— Я тоже не могу.

Он берет меня за руку, и мы поднимаемся наверх. Дженны нет дома, поэтому мы плюхаемся на диван. Я поворачиваюсь к нему и говорю:

— Я хочу, чтобы ты сегодня спал со мной.

— Это может быть слишком большим искушением.

Он серьезно? Что за парень говорит такие вещи? Большинство из них делают все возможное, чтобы залезть вам в штаны.

— Обещаю, что буду хорошей девочкой, — говорю я, подмигивая. — Кроме того, если Дженна приведет кого-нибудь домой, тебе будет не так неловко.

— Она часто так делает?

— Не скажу.

Я протягиваю ему руку, и он берет ее. Мы идем в мою комнату. Она не очень большая, но вмещает двуспальную кровать. По общему признанию, моя комната выглядит довольно девчачьей. Я указываю на ванную, чтобы он мог почистить зубы и сходить в туалет, если захочет. Он входит внутрь и закрывает дверь. Пока он там, я раздеваюсь и надеваю футболку и боксеры, мою обычную одежду для сна. Когда он появляется, я меняюсь с ним местами. Я быстро умываюсь, чищу зубы и пользуюсь зубной нитью. Закончив, я присоединяюсь к нему под одеялом.

— Сколько чертовых подушек у тебя?

Смеясь, я говорю:

— Понятия не имею. Десять?

— Восемнадцать. Я и не думал, что смогу скинуть их с кровати.

— Обычно я отодвигаю их в сторону.

Я ныряю под одеяло и нахожу его без рубашки. Прекрасно.

— Кейт, ты принимаешь какие-либо противозачаточные?

Я поражена его вопросом.

— Нет. Я никогда не принимала таблетки, если ты об этом спрашиваешь.

— Да, это то, о чем я спрашиваю. Если мы дойдем до близости в наших отношениях, ты будешь против?

— Нисколько. Почему?

— Любопытство. У меня никогда не было секса без презерватива, но я бы очень хотел с тобой.

Я нахожу странным, что он был с одной и той же девушкой все это время, и они никогда не доходили до того момента в своих отношениях, когда доверяли друг другу настолько, чтобы он обходился без презерватива. Я смотрю на него и вижу, что он смотрит на меня. Я думала, что он будет улыбаться, но это не так.

Мой глупый рот выпаливает вопрос, который у меня в голове.

— Да, полагаю, это должно было сказать мне больше о том, что она чувствовала. Она единственная, кто не хотел, чтобы я был без него, а я был ей верен.

— Ой. Мне жаль.

— Не надо. Это старые новости.

Мой рот решает, что хочет извергнуть еще более интимную информацию обо мне.

— Дрю, у меня никогда раньше не было секса. Не весь секс.

Я думала, что это будет неловко, но это не так.

Он — смесь сбитых с толку жестов. Он кивает, качает головой и, наконец, говорит:

— Я не совсем понимаю, что это значит.

Так я объясняю о мудаке.

— Думаю, в конце концов, он так и не смог по-настоящему проникнуть. Это было не из-за отсутствия попыток. Он был… действительно ужасен… винил во всем, что пошло не так, меня, и это был плохой опыт. — Я вздрагиваю при воспоминании. — Он был просто мудаком.

Он придвигается ближе и гладит меня по руке. Мягким тоном он говорит:

— Если тебя это утешит, я рад не тому, что он так плохо с тобой обращался, а тому, что ты никогда не занималась с ним сексом. Если мы в конце концов займемся сексом, я обещаю, что не буду мудаком, Кейт, и сделаю это так хорошо, насколько это возможно в первый раз. — Он понимающе кивает мне.

Какие еще милые штучки у этого парня в рукаве?

— Ты серьезно?

— Я не понимаю.

— Все о тебе. Большинство парней сорвали бы с меня одежду, но ты больше беспокоишься о том, чтобы мне было хорошо, когда мы это сделаем. Я никогда раньше не встречала таких, как ты.

Я кладу руку ему на грудь, надеясь, что он не возражает, потому что у меня есть острая потребность прикоснуться к нему.