Все темные создания

— Я предупрежу Нириду и подготовлю наших людей, — решительно говорит он, направляясь к двери.

— Нет. — Останавливает его Эдит. — Лира уйдёт одна.

Кириан быстро возвращается к нам.

— Я её охранник, и я провожу её.

— Уже нет, — резко отвечает она. — Ты хочешь ещё больше его разозлить? Отступи и молись, чтобы он забыл, что ты существуешь.

— Я не собираюсь делать этого, — возражает он, не раздумывая.

Горечь подступает к моему горлу.

— Эдит права, — вмешиваюсь я. Трое оборачиваются ко мне. — Нам обоим не пойдёт на пользу, если тебя увидят слишком близко ко мне и готовым изменить свои планы ради моих. Возьми несколько дней, найди ещё соргинак, проведи время с сёстрами… В любом случае, скоро я вернусь на юг, и у нас с тобой не будет общих дел.

Эдит хмурится. Я сосредотачиваюсь на ней, чтобы не смотреть на её брата — на то, как он смотрит на меня, с замешательством на лице.

— Вы не нашли то, что искали? — осторожно спрашивает она.

— Нашли, но ответы оказались не теми, что мы ожидали. — Я изображаю улыбку и поворачиваюсь к Кириану. — По крайней мере, мы попытались.

Я протягиваю ему руку, и он спустя долгие, мучительно долгие секунды протягивает свою в ответ. Я сжимаю её, словно завершаем сделку.

— Пожелайте мне удачи в пути, — прошу я. — И попрощайтесь с Ниридой за меня.

— Удачного пути, — серьёзно говорит Эдит. — Вы приняли самое благородное решение.

Я киваю и ухожу, не оглядываясь назад, прежде чем успею передумать.

Солдаты охраны Эриса сопровождают нас обратно во дворец Эрея, где нас встречают, как встречают королей. Сегодня вечером в его честь устраивают банкет. Герцогиня Зания устроила игры и представления, чтобы развлечь гостей, и я сижу рядом с Эрисом как его спутница.

К счастью, он не уделяет мне слишком много внимания.

Эрис просто сидит рядом, время от времени бросая на меня взгляд, особенно под конец вечера, когда вино струится по его венам, а развлечения начинают затягиваться.

Я извиняюсь, прежде чем ему придёт в голову предложить уйти вместе, сославшись на усталость после путешествия, и ухожу в свои покои.

С окна я вижу тусклый свет, удаляющийся в небе. Теперь я понимаю, что это всего лишь угасающие искры от яркого пламени, и что-то в моём сердце содрогается, хотя я не хочу знать, что это.

Когда я собираюсь раздеться, слышу шум в прихожей. Моя рука тут же тянется к кинжалу на бедре, я уже собираюсь прижаться к стене и приготовиться к нападению, как вдруг в дверном проёме появляется знакомое лицо.

— Дана! — восклицаю я, сердце подступает к горлу. — Что ты здесь делаешь?

Дана кладёт руку на грудь, смущённая.

— О, принцесса, простите меня. Я не хотела вас напугать.

Её глаза следуют за моими пальцами к кинжалу, который я сжимаю.

Я устало вздыхаю и кладу его на туалетный столик.

— Всё в порядке, — говорю я. — Просто я не услышала, как ты вошла. Я даже не знала, что ты здесь. Что ты делаешь в Эрея?

Дана дарит мне мягкую улыбку.

— Её величество Моргана подумала, что вам может понадобиться моя помощь.

Я опираюсь на столик и склоняю голову вперёд, пока волосы не скрывают моё лицо.

— Она отправила тебя следить за мной, — понимаю я. — Она должно быть в отчаянии, если послала тебя, зная, что ты предана мне. У неё для тебя какое-то поручение?

— Нет, моя госпожа, — отвечает она.

Это странно, но, возможно, её прибытие связано с Эрисом. Может, Моргана знала, что её сын приедет, и захотела, чтобы рядом был кто-то из её двора… даже если это моя служанка.

— Позвольте мне помочь вам с волосами, — предлагает она, и прежде чем я успеваю ответить, у неё уже в руках расчёска. — Кажется, они сильно запутались.

Я сажусь перед туалетным столиком, смирившись, и закрываю глаза, когда она начинает бережно расчёсывать мои волосы.

— Путешествие было продуктивным? — спрашивает она.

— Не особо, — отвечаю я.

— О, это большая жалость, — вздыхает она. — И всё же, когда я разбирала ваш багаж, то заметила, что вы были заняты новыми книгами.

Я открываю глаза.

— Это тебя не касается, — резко говорю я. — Не трогай мои вещи без моего разрешения.

— Простите, я не думала… что вам это будет важно.

Её пальцы продолжают расчёсывать мои волосы, хотя на её лице виден страх, а в её карих глазах растёт беспокойство.

Я снова вздыхаю.

— Не важно. Ты ведь просто выполняла свою работу, — устало говорю я.

— Да. Выполняла, — признаёт она, уже немного расслабившись. — И я много работаю, знаете ли? Иногда стараюсь и стараюсь, а этого даже не замечают…

Я приподнимаю бровь.

— Что черт возьми с тобой, Дана?

Она качает головой, словно её что-то глубоко задело, и она пытается сдержаться.

— Просто… поездка была долгой, и её величество Моргана не оставила мне выбора. Я не могла решить ничего сама, и я… Ох, я снова перегибаю.

— Всё в порядке. Я понимаю. Ты устала. Я тоже. Давай я закончу переодеваться сама, а ты иди спать.

Несмотря на мои слова, Дана не выпускает расчёску из рук. Её пальцы продолжают держать прядь моих тёмных волос, пока она мягко проводит по ним расчёской.

— Как думаете, я хорошо справляюсь с работой? — спрашивает она.

— Да, справляешься, — отвечаю я быстро, желая поскорее закончить этот разговор. — А теперь ты можешь идти…

— Но почему же вы не заметили изменений? — настаивает она.

— Что?

— Изменений, госпожа, — шепчет она с мягкой улыбкой. — Я использовала такой замечательный тоник и старалась так сильно, что шрам на моей щеке исчез, но вы этого не заметили.

Её улыбка появляется ровно в тот момент, когда до меня наконец доходит.

Я пытаюсь встать, но она оказывается быстрее. Её руки погружаются в мои волосы, и она резко тянет меня назад. Она прижимает своё лицо к моему и улыбается мне через зеркало.

— Глупая беспечная ворона, — мурлычет она. — Разве ты уже меня не помнишь?

Я пытаюсь вырваться, протянуть руку к кинжалу, который оставила на туалетном столике, но она не даёт мне этого сделать.

— Подожди. Может, это освежит твою память.

Её лицо начинает меняться у меня на глазах: нос, подбородок, брови, губы… Я наблюдаю за этой трансформацией, сердце колотится в груди, пока зеркало не показывает нам два одинаковых лица.

Хотя внешне нет никаких различий, ничего, что выдало бы её, я вижу в её выражении и в её самодовольной ухмылке то, что не оставляет сомнений.

— Алия.

Только она могла быть такой гордой и самоуверенной, чтобы принять миссию, которая должна была испортить её лицо, и при этом отказалась это сделать. Только она могла бы поставить под угрозу существование всех Ворон, превратившись в Лиру в том же помещении, где нахожусь я.

— Рада тебя снова видеть, Бреннан.

Имя моего наставника касается какой-то глубокой струны внутри меня, возвращает в Орден, к нашей болезненной соперничести и навязчивому стремлению угодить человеку, для которого мы обе были лишь активами.

Он был бы очень разочарован, узнав, что Алия так легко обманула меня.

Прежде чем я успеваю что-то сказать, Алия отталкивает меня, и я тут же встаю.

Алия уже сделала шаг назад, подняв руки, когда я хватаю свой кинжал и направляю его на неё. Она спокойно принимает облик Даны, не моргнув и глазом.