Страница 77 из 194
Выжившие собрались и поплелись дальше. Это было все, что они могли сделать. Сеорл был таким же грязным, как Сидрок. “Ты, сын шлюхи, я думал, от тебя давным-давно избавились”, - сказал он. “Ты круче, чем я думал”.
“Спасибо, я полагаю”, - сказал Сидрок.
Выше по дороге был городок под названием Латерца. Ему был нанесен такой же ущерб, как и любому другому альгарвейскому городку недалеко от Трапани. Однако посреди главной улицы, как в обычный день, стоял капитан с эмблемой мага. “А, хорошо”, - сказал он, увидев, какими солдатами командовал лейтенант Пулиано. “Банда наемников и вспомогательных войск”. Сидроку не понравился его тон или насмешка на его лице. Я через слишком многое прошел, чтобы ему было какое-то дело так на меня смотреть, подумал он. Маг продолжил: “Ты предоставишь мне всех своих каунианцев сразу”.
Сидроку совсем не понравилось, как это прозвучало. Как, очевидно, и Пулиано, который сказал: “О, я буду, я буду? И почему это?”
“Потому что это поможет войне, и потому что я, ваш начальник, приказываю это”, - ответил капитан. Чтобы я мог убить их, перевел Сидрок про себя.
Он был не единственным, кто сделал тот же перевод. Судаку протолкался вперед. Человек из Фаланги Валмиеры ткнул своей палкой магу в лицо. “Вы хотите иметь какое-нибудь дело со мной или моими соотечественниками?” холодно спросил он.
“Арестуйте этого человека!” - бормотал маг.
“Зачем?” С улыбкой спросил лейтенант Пулиано. “Мне кажется, это довольно хороший вопрос. Может быть, вам лучше ответить на него”.
“Ты хочешь иметь что-нибудь общее со мной или моими?” Судаку повторил.
У мага были нервы. Чего бы ни не хватало альгарвейцам, этого редко хватало. Он долго думал, прежде чем, наконец, покачать головой. И даже после того, как он это сделал, он погрозил кулаком лейтенанту Пулиано. “Это из-за таких людей, как вы, наше королевство в том состоянии, в котором оно находится”, - сказал он с горечью.
“Из-за таких людей, как я?” Вернулся Пулиано. “Ты в последнее время хоть раз смотрелся в зеркало?”
“Что это должно означать?” - требовательно спросил маг. Он действительно не знал. Сидрок мог видеть это. Это было так же тревожно, как и все остальное, что случилось с ним в последнее время - довольно пугающая мысль, если разобраться.
Судаку сказал: “Я думаю, тебе лучше исчезнуть. Я думаю, что если ты не исчезнешь, с тобой случится что-то плохое”.
Снова, даже с палкой перед лицом, альгарвейский волшебник, казалось, был готов сказать "нет". Если бы он это сделал, блондин из Фаланги Валмиеры вышиб бы ему мозги. Сидрок был уверен в этом. Маг, очевидно, пришел к тому же выводу. Он развернулся на каблуках и зашагал прочь. Его напряженная спина излучала возмущение.
“Бедняга”, - сказал каунианин. “Он зол на меня, потому что я не собираюсь позволить ему убить меня. Что ж, очень жаль. ” Он повернулся к лейтенанту Пулиано. “Спасибо вам, сэр, за то, что считаете, что я ценнее для Алгарве живым”.
“Маги - это кучка проклятых дураков”, - сказала рыжая. “Если бы они были хотя бы наполовину так умны, как думают, они были бы вдвое умнее, чем есть на самом деле. Я знаю, чего стоит хороший солдат. Я понятия не имею, чего стоит этот ублюдок, и почему я должен тратить время на выяснение? Он оглядел своих разношерстных последователей. “Вперед, ребята. Давайте отправляться. Волшебники или не волшебники, нам все еще предстоит война”.
Сколько еще мы можем продолжать сражаться? Задумался Сидрок. Он понятия не имел. Но в палке в его руке все еще были заряды. Ункерлантцы еще не поймали его. Им тоже будет нелегко это сделать, сказал он себе и двинулся вглубь Алгарве, в сторону Трапани.
Маршал Ратхар пробормотал что-то мерзкое себе под нос. Его армия только что попыталась создать еще один плацдарм через Скамандро, и альгарвейцы только что сокрушили его. “Ничего не поделаешь”, - философски заметил генерал Ватран. “Мы все еще не собрали достаточно людей или припасов, чтобы выполнить надлежащую работу”.
Рассуждая логически, Ратарь знал, что это правда. Но логика имела к этому самое малое отношение. Он взглянул на портрет короля Свеммеля на стене. Должно быть, у него разыгралось воображение, но ему показалось, что король пристально смотрит именно на него. “Это могло бы сработать”, - сказал он. “Попробовать стоило”.
“О, да”. Ватран кивнул. “Вот почему мы устроили пожар. Но это не было чем-то определенным, и из этого ничего не вышло. Пройдет совсем немного времени, прежде чем мы сможем сделать это правильно ”.
“Я знаю”. Но Ратхар, все еще разглядывающий портрет Свеммеля, испытывал нехорошее предчувствие, что до того, как это произойдет, у него с королем состоятся неприятные разговоры. Он задавался вопросом, сможет ли он уйти, попросив кристалломантов передать Свеммелю, что ему нездоровится. Вероятно, нет, к несчастью.
Ватран порылся в листах бумаги. Он вытащил один и протянул Ратхару. “Вот, лорд-маршал. Вы сказали, что хотите посмотреть на это”.
“Мне нужно увидеть их, если это то, что я думаю. Это не то же самое, что хотеть”. Ратхар взял бумагу и просмотрел ее. Конечно же, это было то, что он думал. Он вернул это Ватрану. “Вонючие оборотни”.
Ватран скорчил кислую гримасу. “Доверяю альгарвейцам придумать такое название”.
“Мне все равно, как ты их называешь”, - сказал Ратхар. “Они - сборище проклятых зануд, и ошибки быть не может”.
Он осознал иронию в своих словах. В то время как люди Мезенцио занимали огромные территории Ункерланта, его собственные соотечественники делали их жизни невыносимыми, совершая набеги на их гарнизоны, саботируя лей-линии и делая все, что было в их силах, чтобы навредить врагу. Теперь, когда силы ункерлантцев оказались внутри Алгарве, удар пришелся по другой ноге. Рыжеволосые в тылу его войск делали все возможное, чтобы сорвать его операции. "Оборотни " было более причудливым, более грандиозным названием, чем "иррегулярные", но они выполняли ту же работу.
Пожав плечами, Ватран сказал: “Когда мы их ловим, мы их вешаем, или запекаем, или варим. Таким образом, они не превращаются ни во что худшее, чем досадная помеха ”.
Пару лет назад альгарвейские генералы, должно быть, говорили то же самое о ункерлантских иррегулярных войсках. Ратхар ответил так же, как, должно быть, ответили они: “Как только мы выиграем войну, неприятности уйдут”. Люди Мезенцио не выиграли войну. Если он не выиграет это сейчас, он заслужит все, что Свеммель решит с ним сделать.
Ватран перетасовал еще несколько бумаг. “В герцогстве Грелз тоже все еще проблемы с бандитами”.
Бандиты, конечно, было другим названием для нерегулярных войск и оборотней. Некоторые грельзеры, объединившиеся с Мезенцио и выступившие против Свеммеля, были настроены крайне серьезно и продолжали сражаться с Ункерлантом даже после того, как альгарвейцы были изгнаны на восток и из их герцогства. Но на эту проблему был тот же ответ, что и на другую: “Если мы победим здесь, бандиты успокоятся, а если нет, мы уничтожим их по одному, если потребуется”.
“Да ... имеет смысл”, - согласился Ватран.
“Теперь следующий вопрос, и тот, из-за которого потеря плацдарма действительно причиняет боль”, - сказал Ратхар. “Как далеко на запад продвинулись островитяне и как близко они подошли к Трапани?”