Страница 166 из 196
— Вроде того.
— Если вкратце, то мы подруги Кэтрин. Она обратилась к нам, потому что в госпитале тебе не смогли помочь. Ты сейчас в Сан-Франциско в нашем поместье.
— Теперь понял, — сказал Кинг, стараясь подняться с места. Выходило паршиво, но он потихоньку встал с кровати. — Спасибо за заботу. Я вам очень благодарен, однако не хочу вас обременять. Если у вас есть контакты Кэтрин или её секретаря, то…
— Никуда ты не пойдёшь, — строго заключила Пайпер, уложив его обратно на кровать. — Во-первых, ты ещё слишком слаб. Во-вторых, самые большие твои проблемы начнутся завтра. И только у нас есть соответствующие заговоры, алхимические зелья и сдерживающие артефакты, чтобы облегчить твою трансформацию... погоди, что на кровати делает наше фото? Фибс? Когда я укладывала Седрика, его здесь точно не было.
— Я не знаю, — отозвалась Фиби и поставила фото обратно на комод.
— Трансформацию? — быстро перевёл тему Кинг.
— Да... Тебя укусил оборотень, — Пайпер прочла какое-то короткое заклинание, и над Кингом начали кружиться белые кристаллы. Они мигали в определённом ритме, девушка не сводила с них взгляда, при этом не забывая освещать Кингу всю тяжесть ситуации: — Из-за очень развитого ядра и хорошего магического потенциала, твоё первое обращение в полнолуние будет… очень болезненным. А ещё опасным. Причем опасным в первую очередь для тебя.
— Понятно. И каковы шансы моего выживания? — Кинг понял, к чему ведёт Пайпер. Он может помереть. Насколько он помнил, перед его отключкой система оценивала шанс смертельного исхода в девяносто пять процентов. «Очень оптимистично», — подумал Кинг.
Сёстры многозначительно переглянулись.
— Шансы очень хорошие, — преувеличенно бодро заявила Фиби, шагнув вперёд. — Всё должно пройти без…
— Врать не буду, как и давать ложные надежды, — перебила Пайпер сестру. — Шансы, что ты справишься — процентов десять. Максимум — двадцать, и то — они увеличились лишь с нашей помощью.
Кинг покивал, Он не мог сейчас подтвердить слова Пайпер, ибо система «спала», но это было похоже на правду. Всё же его должны были подлатать как в госпитале, так и в доме этих Холливеллов.
— Что же… не так уж и плохо, — заключил он. Ему в который раз придется уповать на свою удачу. — У меня будет только один важный вопрос…
— Конечно.
— Где у вас здесь… туалет?..
***
Утро следующего дня,
Дом Холливеллов
Вечер и ночь прошли, мягко говоря, так себе. Кинга вновь охватила лихорадка, суставы крутило, а мышцы дёргало. Тело выгибало дугой, ему буквально хотелось разодрать себе кожу и выцарапать глаза. Пайпер произнесла какое-то длинное парализующее заклинание, затем влила в горло особо мерзкий на вкус отвар для релаксации.
В первое время стало легче, но Пайпер предположила, что это временное явление. Потом появилась старшая сестра — кажется, её звали Прю — и его перенесли телекинезом в подвал, где сестры сковали его крепкими ремнями и втроём в придачу наложили мощный парализующий наговор. Сделали они это, чтобы Кинг сам себе впоследствии не навредил.
Полночи с ним сидела Фиби, охлаждала тело компрессами, растирала особыми отварами, дабы снизить температуру и судороги. Помогало лишь отчасти. А во второй половине ночи на Кинга начали находить вспышки гнева. Особо сильный приступ, как он понял, сопровождался мощным ментальным выбросом, отчего младшая Холливелл буквально застыла на месте и так и стояла в течение нескольких минут, глядя на него, как кролик на удава.
В конце концов, Кингу это надоело, и он послал её нахер. В итоге Фиби убежала из подвала прочь, а всю оставшуюся ночь он провёл в одиночестве.
— Седрик, ты… ты как? — отвлекла его от воспоминаний Фиби. К его удивлению, никакой видимой обиды или страха она не испытывала. На её лице читалось лишь сочувствие.
Они стояли в коридоре. Младшая Холливелл бросала на него странные взгляды.
— По сравнению с тем, что было ночью… отлично, — сказал Кинг.
Сейчас действительно было относительно хорошо. Однако ночью, особенно при приближении луны, всё меняется. «В меня будто демона подселяют, и он пытается управлять моим телом», — подумал Кинг.
Из побочных эффектов: ночью в разы усилились все ощущения. Тиканье настенных часов набатом било по ушам, а от сирен скорой помощи в паре кварталов отсюда хотелось проткнуть себе барабанные перепонки. Голосов сестёр он почти не слышал, видимо, на их комнатах стояла защита в виде заклинаний-заглушек.
Зрение стало острее, а нюх улавливал самые тонкие ароматы и запахи.
Даже сейчас, кажется, все органы чувств работают чуть лучше, чем раньше, хотя и не настолько мощно, как в тёмное время суток.
— Это хорошо, — робко улыбнулась Фиби. — Ты… можешь идти в душ. Он уже освободился.
Кинг заметил, что Фиби прихорошилась. Подвела глаза, подкрасила губы, и вместо хвоста волосы теперь спадали к плечам волнистым водопадом. Причины такого марафета, тем более для раннего утра, его не интересовали. Возможно, ей нужно идти на работу, или что-то в этом духе.
— Я понял, — кивнул он. — Спасибо…
Кинг для себя определил, что поместье сестёр Холливелл мало чем отличается от домов в его прошлой жизни. То есть домик вообще не выглядел хоть сколь-нибудь волшебным. Вполне магловский, впрочем, не без антиквариата и довольно дорогих по меркам Кинга вещей.
Он зашёл в ванную комнату. Разделся до трусов.
«Чёрт возьми, — подумал он. — Если ночью было так хреново, что будет сегодня в полнолуние?»
Болевой порог здесь вообще не спасал. Боли как таковой Кинг не испытывал, однако крайне неприятные ощущения оставались.
Робкий стук и глухой голос Фиби прервали его размышления:
— Седрик, мы забыли положить полотенца. Ещё я принесла сменные вещи. Ты уже залез?
— Нет ещё. Заходи.
Фиби зашла в комнату и на некоторое время застыла, окинув Кинга странным взглядом. Он простояла так несколько секунд, пока Кинг не прокашлялся:
— Кхем… ты вроде хотела дать полотенца.
— А? Да, точно, — улыбнулась она, сложив белые банные полотенца на полку, а на стиралку кинула клетчатую рубашку и джинсовые бриджи. — А ты… ты, наверное, много тренируешься. Любишь ходить в спортзал?
— Не сказал бы, что много тренируюсь. Но в спортзал и бассейн ходил недавно, это да.
— Ясно, — глаза Фиби подозрительно увлажнились и заблестели.
— Эм… что-то ещё?
— Да?
— Фиби… мне можно уже помыться?
— Да, конечно, извини. Задумалась просто. Если что — я буду внизу.
— Чудесно.
Младшая Холливелл упорхнула, и Кинг на всякий случай закрыл дверь на защёлку. В прошлой жизни он обычно этого не делал, поскольку жил один. Однако, как показывает практика, иногда делать это необходимо. Опыт с мамой и нарезанием собственной руки кухонным ножом тому яркий пример.