Страница 20 из 36
34
Неделя длится кк месяц.
Когда кто-то говорит о таком однообразии, то обычно сравнивает это с самым настоящим «днем сурка», но я не соглашусь. Каждый новый день мне приходится мучиться иначе, чем вчера. В этих переживаниях нет стабильности, нет границ.
Мне постоянно звонит Ким. Я разговариваю с ней, стараюсь шутить и смеяться, как всегда. Но мы обе понимаем: как всегда не выходит, скорее вяло, без особого энтузиазма, хотя, быть может, это мне все равно. Я не могу ей рассказать правду, и она это понимает, видит, что я что-то недоговариваю и все равно не давит. Мы просто делаем вид, что у нас все по-прежнему, хотя обе понимаем, что между нами уже успела образоваться такая плотная стена из недосказанности.
Недавно, когда мы встретились в местном кафе, я не удержалась и съела круассан с горчицей. Не знаю даже, каким образом, прийти в себя не успела. А ведь раньше я такое не могла себе позволить, это вредно для фигуры. Ким поглядывала на меня косо и даже пошутила о том, что это она беременна, и это у нее должны быть такие странные вкусы. Я поперхнулась чаем, и клянусь, минута отделяла меня от того, чтобы ей признаться. В глубине души я хотела, чтобы она помогла мне. Она бы посоветовала мне оставить ребенка, и сквозь тернии долгих сомнений мы в конце концов снова воссоединились бы, разбивая плотный забор из недосказанности, и позже мы бы вместе крестили моего ребенка в местной церкви.
Но жизнь — это не хорошая сказка, а я не ангел, чтобы оставлять все как есть. Уж в очень сложной ситуации я оказалась, где любой выбор повлечет последствия.
У Ким с Кейном все вышло. Им понадобилось целых пять лет, чтобы воссоединиться, выяснить все обстоятельства развода и простить друг другу прошлые обиды, и в конце концов они смогли прийти к полному пониманию и доверию. Не знаю, готова ли я ждать еще пять лет, чтобы Блейк растаял, но история с Ким ничему меня не научила. Только показала, что у каждого бывают черные полосы в жизни, независимо от того, любит тебя удача или нет. Однако я не отношусь к тому типу людей, которым от этого легче.
Вечером, когда на меня обрушились эмоции, я позвонила Кейну. Признаться, это было спонтанным решением, мне захотелось просто кому-нибудь выговориться, хотя и я даже не знала, что ему сказать. Он единственный, кто знает мой секрет, к тому же близкий друг Блейка, даже мои родители еще не в курсе. Если быть честной, именно это и сподвигло меня на звонок, ведь в глубине души я надеялась, что Кейн каким-то образом повлияет на Блейка и тот передумает.
— Алло, — монотонно выдыхаю в трубку, когда мне ответили.
— Элайна? Что-нибудь случилось? Ты почему так поздно? — я слышу тихое копошение и скрип кровати, а потом шаги и понимаю, что невовремя. — Не пойми меня неправильно, но у нас с Ким только все наладилось, я не хочу, чтобы она начала думать, будто у меня есть кто-то на стороне.
Я различаю, как он закрывает дверь и бросаю взгляд наискось, замечая, что на часах сейчас действительно позднее время.
— Извини, — я чувствую себя неудобно. — Ким рядом?
— Да, спит, — и голос его становится громче и выразительнее. — Я уже вышел, так что могу поговорить.
Несмотря на это заверение, я вдруг почувствовала себя максимально неправильно, словно не в своей тарелке.
— Извини, что побеспокоила. Я лучше завтра тебя наберу.
Я уже опустила телефон, повиснув пальцем над кнопкой, но вдруг из трубки раздалось взволнованное:
— Элайна, подожди! — Кейн резко перевел дыхание, сменив тон на более сдержанный. — Что-нибудь случилось?
— Нет, я просто… — закусываю в сомнениях губу, размышляя о том, стоит ли ему все выкладывать. — Я не знаю, что мне делать, Кейн.
— Так, понятно. Это касается Блейка?
Я зачем-то киваю, хоть и знаю, что он этого не увидит.
— Он говорил с тобой обо мне? Может, спрашивал? Хотя бы что-то, — понимаю, что если сейчас Кейн мне ответит положительно, то зернышко надежды во мне снова разрастется с новой силой. Честное слово, я даже готова простить грубость Блейка и попытаться еще раз до него достучаться.
— Нет, Элайна, — немного грустно выдыхает Кейн, уловив мое настроение. — Но он какой-то не такой. Мрачный и часто уходит у себя на работе.
— Он все еще убежден в том, что ребенок не от него, — совсем слабо улыбаюсь я. — Наверное, я сама виновата. Я никогда раньше не была серьезной, а теперь мне приходится доказывать свою правду.
Кейн ничего не ответил, понятно, что это уже не нужно ни ему, ни мне.
— Что ты решила? — спустя какое-то время тишины наконец-то раздался его голос, и я ответила так, будто была готова к этому вопросу уже очень давно.
— Я… Наверное, я сделаю аборт.
35
Я приехала почему-то раньше.
Рука сама тянется к телефону, но это не снимает собравшееся в кончиках пальцев напряжение, только делает его более рассеянным, хаотичным.
«Я в больнице. Если тебе хотя бы капельку не плевать, пожалуйста, приезжай…»
Сердце стучит где-то на уровне горла. Смотрю на сообщение и понимаю, что хочу удалить, но уже поздно: внизу высвечивается одна галочка, хотя абонент не в сети.
Не прочитано. Главный страх и крах моих надежд осуществились, — я понимаю, что это конец.
Все бесполезно, он не придет.
«Кейн, мне страшно. Скоро моя очередь.»
Не знаю, зачем написала Кейну. Я понимаю, что не должна, но ничего не могу с собой поделать: я чувствую себя растерянной и брошенной, и мне ни откуда ждать утешения. Несколько минут я сижу в мучительной тишине и все-таки Кейн мне отвечает.
«Он придет»
«Вот увидишь.»
Я не успеваю толком понять, что он мне написал, потому что телефон сразу загорается входящим.
— Алло, — звук моего голоса мне незнаком, он будто совсем изменился до неузнаваемости.
— Элайна…
Кейн говорит это с настолько очевидным сожалением, что мне на глаза навертываются слезы. Я вытираю капельку упавшей на щеку слезинки.
— Если ты собираешься отговорить меня, это бесполезно, Кейн.
— Ты собираешься сейчас сделать то, о чем можешь потом жалеть всю жизнь.
— Я знаю одно: я уже жалею, что это произошло. И о том, что связалась с Блейком тоже жалею. Ты не сказал Ким? — я так быстро перевожу тему, потому что попросту боюсь, что не выдержу.
— Нет, Элайна, — тон его голоса серый и тусклый, как и моя душа. — Хоть и не понимаю, зачем скрывать. Она знает, что ты беременна и поверь, она бы точно нашла для тебя нужные слова.
И позже, сидя на пустой скамейке, я понимаю, что Кейн прав. Ким всегда находила нужные слова, когда требовалось. Она так обрадовалась, когда все-таки узнала о моей беременности. Наверное, бессмысленно об этом говорить, но мне совсем было нерадостно, хотя и я пыталась сделать вид, что все хорошо.
Не время жалеть об ошибках.
Шум работающих вентиляторов и запах свежих лекарств становятся значительно ощутимее. Я сижу на скамейке за дверью кабинета в пустом коридоре, уставившись взглядом в красный педикюр на ногах.
Вечер. Людей в больнице все реже и реже.
Скоро моя очередь.
Поджимаются кончики пальцев, замирает тоскливое сердце.
Скоро моя очередь.
Мне кажется, что мое сердце не бьется уже несколько минут. Я потеряла счет времени, мне больше не хочется ничего.
Открывается дверь, появляется он.