Страница 53 из 61
Да, жаль. Честно говоря, никогда не думал, что моя жизнь оборвется так бездарно». – Думал он, время от времени проваливаясь в бездну мучительной беспамятности.– «Понятно – если в бою. А так…. Пока я глазел на самолет, кто-то спокойно подошел сзади, и, пользуясь тем, что я не слышу его шагов, охлобучил меня чем-то тяжелым по голове. Фиговая ситуация. Подохнуть «с музыкой» не получилось. Что же…. Лишь бы скорее все это кончилось. А то терпеть уже сил никаких нет. Может, хотя бы их командир прибьет меня – одним выстрелом? Было бы неплохо….»
«Альбатрос» прошел над взлетным полем, сделал круг над развлекающимися пилотами, но не приземлился, завис чуть в стороне.
Летчики-палачи поняли его по-своему. Они отошли подальше, стали в сторонке, как бы предлагая командиру показать свое мастерство, из пушек расстрелять пленника, распятого в деревянном квадрате.
Кажется, шеф пилотов тоже понял их замысел. Машина отвалила в сторону, поднялась вверх. Засветились синим двигатели, «альбатрос» пошел на большой круг.
«Он хочет стрелять на скорости»! – догадался Заречнев, провожая взглядом удаляющийся истребитель. – Что же, для меня это не самый плохой исход. Если первым снарядом попадет в голову, то вообще ничего не почувствую. Все лучше, чем подыхать от болевого шока после выстрелов из их поганых бластеров».
Пилоты тоже поняли своего командира правильно. Они отошли от распятого человека еще дальше, собрались в плотную группу – метрах в тридцати от предполагаемой траектории полета снарядов.
Машина в паре километров от ВПП выполнила боевой разворот, как по струнке пошла на человека.
Заречнев закрыл глаза. Он весь сжался, напрягся…. По щекам потекли слезы. Умирать категорически не хотелось. Рев двигателей «альбатросов» стремительно приближался.
Раздалось громкое шипение. Сашка знал – это звук двигателей реактивных снарядов, выпушенных в него. Он успел даже удивиться, зачем это командир пилотов стреляет по нему НУРСами, ведь из пушек по одинокой фигуре пальнуть было бы проще? А потом сознание захлестнула последняя мысль – все, это конец!
Где-то очень близко громыхнул сдвоенный взрыв. В Сашкино израненное тело и лицо впились камешки и песок, выброшенные сильным ударом.
Рев двигателей стал ослабевать, он стал удаляться куда-то за спину прибитого к щиту человека. Александр открыл глаза.
На месте, где только что стояли его палачи, дымилась глубокая воронка. Куски тел в униформе были разбросаны на десятки метров…. Около ног человека валялась чья-то рука. Белела кость, из разорванной мышцы сочилась кровь. «Альбатрос» пошел на второй круг.
«Промахнулся»? – подумал Сашка, все еще не веря в сумасшедшую догадку, только что мелькнувшую у него в голове. – «Или это то, о чем я даже боюсь думать»?
Истребитель снова выпустил ракеты. Но теперь землянин не закрыл глаза, он увидел, что реактивные снаряды опять пошли в сторону.
Громыхнула казарма, разваливаясь на множество мелких частей, со скрипом повалилась вперед дозорная вышка.
«Альбатрос» приземлился недалеко от распятого человека. Поднялся темно-фиолетовый фонарь кабины, на бетон взлетно-посадочной полосы выпрыгнул зеленый верзила. Он рванулся к человеку, подбежал, увидел, что с ним сделали пилоты-палачи, растерянно остановился, не зная, как ему поступить. Чудовищные темно-коричневые отметины на теле его друга и две пары монументальных гвоздей, точащих из рук и ног бывшего гладиатора, казалось, отвергали саму мысль приблизиться к нему. Землянин увидел сомнения драка, одними губами прошептал:
– Тяни!
– Не могу! Тебе будет очень больно!
– Ага. А можно подумать, что только что мне было очень щекотно. Тяни! В самолет мне с этим щитом не пролезть… – Сашка попытался улыбнуться своей шутке. Зеленый верзила подошел, осторожно взялся за шляпку гвоздя.
– Нижние!
– Что?
– Сначала – нижние гвозди вытаскивай! Как ты думаешь, как я удержусь на щите, если ты вытащишь оба верхних гвоздя?
– Да, действительно! – согласился драк. Он обошел щит, проверил, насколько прочно он крепится к столбам, врытым в землю. Присел около ног Заречнева, взялся за гвоздь. Боль была адская.
Александр стиснул зубы, он завыл, замычал он непереносимой волны страдания, скрутившей израненное тело. К счастью, могучий молодой охотник вырвал стальной костыль всего за два-три движения. А потом невыносимая пытка повторилась еще трижды.
Когда последний окровавленный кусок металла звонко ударился о те, которые уже валялись в пыли под ногами Заречнева, силы и мужество оставили землянина. Он понял, что теряет сознание, повалился вперед, почувствовал, как его принимают могучие лапы молодого охотника. Громадным усилием воли он удержал ускользающий рассудок, прошептал:
– Сколько времени осталось?
– Сорок две минуты! – ответил драк, стараясь не смотреть в искаженное болью лицо друга. – Все равно не успеем. До космолета лететь – часа два, не меньше.
– Успеем! – шепотом возразил ему человек. – Там, в казармах, которые ты не уничтожил, должны быть костюмы для полетов на больших скоростях и высотах. Иди, принеси два. Для тебя и для меня. Только быстро….
Ар'рахх бережно опустил Сашку на траву, рванул к единственному уцелевшему зданию. Обратно он вернулся минуты через две. В клешнях он нес по голубому костюму, обильно оплетенному шнуровками со всех сторон.
– Как мне его одеть? – на ходу, еще не добежав, крикнул он.
– Прорежь отверстие для хвоста. Только точно по шву, не повреди ткань….
Он попробовал взять в руки высотный костюм, но руки слушались плохо, разрывающей болью отзывались на любое, даже самое незначительно движение. Пришлось просить помощи у драка.
Затолкав человека в костюм, зеленый верзила кое-как напялил «свой», поднял на руки землянина, бегом помчался к «альбатросу»
– Ты куда дел хозяина самолета? – слабым голосом спросил Сашка, пытаясь удержать на весу голову, болтающуюся в такт Ар'рахховым шагам. Каждое движение могучих конечностей драка отзывались нестерпимой болью в руках и ногах.
– Никуда не дел. Щас, выкину его из машины.
– А что с ним произошло?
– А что с ним произошло? Умер он.
– Как так?
– А вот так – взял, и умер. У них в самолетах кабина – одна; места пилотов между собой перегородкой не разделены. Я, когда в сознание пришел, на это сразу обратил внимание. Тихонечко прополз к сиденью пилота, просунул руку….
– И тихонечко его так удавил….
– Типа того. Ну, вот, добежали. Погоди, я выкину этого…. Из кабины. Молодой охотник заскочил на крыло, наклонился внутрь…. Выпрямился.
– Убег! Вот паскуда! Живуч, однако! Убег! Впрочем, на наши планы это никак не влияет.
Он затащил друга наверх, посадил его на заднее сиденье, тщательно привязал всем, что смог найти в кабине машины.
– Думаешь, будет погоня? – Сашка его манипуляции с собственным израненным телом терпел стоически, хотя несколько раз с большим трудом сдержал стон.
– Будет…. Не будет…. Надо быть готовым ко всему. Как у вас, на Земле, говорят? На алаха надейся, а верблюда привязывай? Вот я и привязываю верблюда….
Обессиленный Заречнев не смог возразить даже насчет верблюда. Главное сейчас было – добраться вовремя до космолета. И конечно – остаться при этом в живых.
– Погоди, я – на секундочку! – зеленый верзила лихо спрыгнул на бетонку прямо из кабины, кинулся в сторону щита, где на земле остались его верный стреломет и колчан со стрелами. Бросать свое оружие, которое не одну дюжину раз спасало ему жизнь, драк не мог – это было выше его сил и понимания.
Александр проводил взглядом зеленого верзилу, неожиданно заметил слабое движение в стороне от «пыточного» щита. Он повернул голову, чтобы лучше рассмотреть – что же там такое движется за спиной у Ар'рахха.
И похолодел. Из развалин торчала башка сбежавшего шефа пилотов. Голова немного приподнялась, показалась плечи и рука местного «начальника аэродрома». Он целился из бластера в спину зеленого чудовища.