Обещание Серебряной Крови

По двору прокатился смех.

— Оно светился, ваше величество, — ответил Лукан, — малиновым светом. На самом деле это был не волк, а просто колдовское создание, принявшее облик волка. Я собственными глазами видел, как оно обретало форму.

— И как далеко это существо гналось за вами?

— Я не могу сказать, Величество... — Лукан замолчал, вспомнив свое отчаянное бегство. Страх. Панику. Предсмертный крик человека, на которого напал волк. — Но погоня началась довольно далеко от катакомб.

— Значит, волк далеко ушел от своего создателя? — спросил Скорпион. Его тон был мягким, но в его словах чувствовался острый наконечник. Этот наконечник искал свою цель.

— Да, Величество.

— Как любопытно. — Скорпион улыбнулся, готовясь вонзить свой метафорический кинжал в цель. — Видишь ли, в этом городе известно о шести парах мерцателей, и только одна из них может обладать способностью создать такое существо. Но я сомневаюсь, что даже они смогли бы управлять им на таком расстоянии.

— Волк не был создан мерцателями, Величество.

При других обстоятельствах Лукан, возможно, насладился бы удивлением, промелькнувшим на лице Скорпиона. Как бы то ни было, он понимал, что в следующей части этого разговора его вполне может постигнуть та же участь, что и Рейнхардта.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Скорпион, и его маска веселого безразличия вернулась на прежнее место. — Если не мерцатели создали твоего колдовского волка, то кто же тогда это сделал?

Вот оно. Вопрос, который мог решить его судьбу более определенно, чем любой другой.

Лукан перевел дыхание:

— Безликие, ваше Величество.

Воцарилась тишина.

Скорпион издал пронзительный смешок.

— Безликие? — повторил он под неуверенный смех придворных. — Страшилища из мифов? — Он снова усмехнулся и посмотрел на своего близнеца. — Мы должны оставить его, брат. Я всегда хотел иметь шута.

Змей не разделял веселья своего близнеца и нахмурился, глядя на Лукана. «Ты смеешься над своим королем», — прохрипел он.

— Ваше Величество, я говорю правду, — ответил Лукан, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. — Клянусь, я видел их собственными глазами...

— Прикуси язык, иначе я его вырву. — Во взгляде Змеи тлела ярость. — Ты лжешь своему королю.

— Нет, я...

— Стража, — рявкнул Змей, — схватите его. Черный лабиринт ждет.

Стражники бросились к нему, и раздались радостные крики, слившиеся в уже знакомый припев.

— Заплыв, заплыв, заплыв...

— Ваше Величество, — воскликнул Лукан, и паника едва не лишила его дара речи. — Я должен вам еще кое-что сказать. — Он почувствовал руку на своем плече и отреагировал тем, что толкнул локтем ее владельца. Рука упала. — Ваше Величество... — Он уклонился от удара дубинкой и нанес нападавшему удар кулаком. Мужчина отшатнулся, пытаясь нащупать только что сломанный нос, но его место занял другой стражник. Их было слишком много. Лукану удалось увернуться от еще одного удара, но что-то ударило его по черепу сзади. Он пошатнулся, мир закружился, перед глазами заплясали черные звезды. Он почувствовал под собой каменный пол, затем чей-то ботинок врезался ему в бок, выбивая воздух из легких. Нет, подумал он, чувствуя, как нарастает отчаяние по мере того, как на него обрушиваются новые удары, я должен сказать. Он знал, что его следующие слова могут оказаться самыми важными из всех, что когда-либо слетали с его губ. — Ваше Величество, — крикнул он, собрав остатки сил, — я знаю, кто на самом деле украл Клинок Сандино. — Он едва слышал собственный голос из-за грохота в ушах. Они меня не услышали, подумал он, и страх пронзил его насквозь вместе с ударами, которые продолжали сыпаться градом.

— Стойте. — Голос Змея был похож на скрежет стали, но для Лукана это был самый приятный звук, который он когда-либо слышал. — Поднимите его.

Грубые руки подняли Лукана на ноги, и мир снова закружился вокруг него. Он закашлялся, почувствовал кровь на языке и губах. Темнота и свет поплыли у него перед глазами. Он моргнул, зрение медленно прояснилось, и он увидел Змея и Скорпиона, которые пристально наблюдали за ним.

— Ты сказал, — спросил Скорпион, — что знаешь, кто на самом деле украл Клинок Сандино?

— Да, — выдохнул Лукан. — Знаю...

— Мы уже знаем, кто его украл, — вмешался Змей. — Только Леди Полночь могла осмелиться оскорбить своего короля, нарушив Полуночную хартию.

— Это была не Леди Полночь, — ответил Лукан, — клянусь...

По залу прокатился шепот, пока он пытался отдышаться, найти в себе силы произнести следующие слова.

— Но я знаю, кто его украл, — продолжил он. — И я знаю почему. Все это связано. Волк, Безликие, Клинок Сандино... Здесь заговор, который... начнет войну...

— Хватит, — рявкнул Змей, глядя на своего близнеца. — Это дурак и лжец. Трус, который так отчаянно пытается избежать своей участи, что придумал нелепую фантазию.

— Возможно, брат, — ответил Скорпион, задумчиво нахмурив лоб и глядя на Лукана. — Или, возможно, это человек, которому есть что рассказать. — Он ответил брату пристальным взглядом. — Я считаю, что мы должны выслушать то, что он хочет сказать. В конце концов, если нам это придется не по вкусу, мы всегда сможем отправить его в Лабиринт.

Змей нахмурился еще больше. Момент тянулся, а вместе с ним и надежда Лукана.

— Ладно, — проворчал Змей. — Давайте послушаем, что скажет этот дурак.

— Сципион, отведи его во внешнее святилище, — добавил Скорпион. — Нам нужно немного поговорить наедине.

Лукан с облегчением вздохнул, когда охранники потащили его прочь. Буквально отсрочка казни, подумал он, и с его губ сорвался сдавленный смешок. На данный момент.

Глава

28

СМЕЛЫЕ ЗАЯВЛЕНИЯ

Шум двора стих, когда похитители Лукана протащили его по освещенным факелами коридорам, но он слышал, как снова заиграли барабаны, неистовый бой которых возвещал о возвращении придворных к погоне за удовольствиями. Как будто человека только что не приговорили к смерти у них на глазах. При других обстоятельствах он, возможно, почувствовал бы отвращение или даже гнев, но в тот момент он чувствовал только облегчение от того, что ему не предстоит Долгий заплыв, — и страх, что это может случиться очень скоро.

— Да ты счастливчик — твоя дерзость не стоила тебе жизни, — сказал Сципион, словно прочитав мысли Лукана. Крошечные драгоценные камни сверкнули на его зубах, когда он оглянулся на Лукана и холодно улыбнулся. — Пока, во всяком случае.

— Я не чувствую себя счастливчиком, — пробормотал Лукан, морщась от боли в ребрах. По его телу прокатывались волны боли, но, насколько он мог судить, ничего не было сломано.

— Какая наглость, — ответил похожий на труп мужчина, покачивая головой и позвякивая цепочкой в носу. — Если ты хочешь снова увидеть дневной свет, советую тебе говорить правду, когда король спросит в следующий раз.

— Я уже сказал.

— Что? Безликие? Колдовской волк? — Сципион издал пронзительный смешок. — Ты, должно быть, считаешь меня дураком.

— Я всегда считал.

Это вызвало смешок у одного из стражников, стоявших рядом с Луканом, но тот замолчал, когда Сципион бросил на него мрачный взгляд через плечо.