Небесный странник

За всем этим цирком не без интереса смотрели все, начиная от уже упомянутой прекрасной тогруты Шаак-Ти и королевы Падме в образе служанки и заканчивая подобревшим после суровых возлияний Панакой и остальной свитой. Сама же лжекоролева, с нанесёнными на лицо тоннами ритуального грима и косметики, изображала из себя памятник и даже не дышала в нашу веселящуюся сторону.

«Нет, ну как играет то! У них там на Набу что, всех служанок её величества готовят круче, чем „Черную Вдову“ из Марвела⁈ Хотя не… Та мадам и её стреляющий из лука дружок Робин-Гад, в паре были способны на гораздо более крутые вещи. Но всё равно! Как играет! Как играет-то!», — пронеслись мысли в голове пока перед нами опускался трап.

— Шаттл канцлера Валорума прибыл, — доложил один из гвардейцев.

— Все займите свои места, — властно распорядилась лжекоролева.

— Чего это она такая серьёзная и манерная? — тихонько спросил меня брат.

— Скорее всего, дело в стрессах, нервах и отсутствии галонета, — чуть прикрыв рот, так же тихо ответил ему. — Ну, ещё может и потому, что ест мало сладкого наверно, — последнее замечание вызвало смешки Шаак Ти и стоящего рядом Квай-Гона. — Она же королева, а они, королевы, за фигурой следят со стадии пелёнок.

И вот настал момент, которого я ждал — встреча с Палпи! Не сказал бы, что я прям жаждал её, скорее наоборот, но посмотреть на главного махинатора саги было не только интересно, но и крайне полезно.

(«Палпи» глазами одного из авторов. Простите, не удержался. Алибек (с.)

Как и в фильме, к, парящей высоко над поверхностью планеты, посадочной платформе, на которую только-только приземлилась яхта королевы, уже был пристыкован дорогой многоместный флаер Шива Палпатина, а также правительственный шаттл канцлера Валорума. Из последнего неторопливо, в колонну по двое, вышли, одетые в легко узнаваемые в любой точке галактики одежды — Стражи Сената.

(Стражи Сената)

Восемь рослых фигур были в форменной броне, укрытой красивыми, тёмно-синими плащами и шлемами, отдалённо похожими по своей форме на шлемы земных центурионов с длинным плюмажем и такой же защитой лица в области щёк и носа. Четверо из них были вооружены силовыми пиками, с которыми, по слухам, эти товарищи умели весьма неплохо обращаться благодаря хиджката — боевому искусству стражей. Оставшиеся же несли на плечах массивные плазменные винтовки. Древние настолько, что я даже фирмы производителя не знал. Но опять же, исходя из тех же самых слухов, эти бандуры, висящие на ремнях за спинами плащеносцев, были крайне точными и очень тяжелыми. Получишь удар такой хреновиной в голову и о общественных протестах текущей власти, демонстрациях или, не приведи Сила, бунтах — можно забыть надолго. Борис Бритва бы высоко оценил такой подход в выборе арсенала для столь элитного подразделения как сенатская стража.

В середине охранного построения всех этих сурово-вооруженных мужчин и парочки женщин, шёл среднего роста седой, человеческий мужчина, в мантии канцлера Республики. Это был никто иной как Финис Валорум — довольно успешный в своё время политик и дипломат, а ныне «главный по тарелочкам» в Сенате Республики.

(Финис Валорум)

Исходя из внешности, этого мужчину можно было назвать суровым и опытным. Об этом говорили упрямый и одновременно с этим умный взгляд серых глаз, средней длины седые волосы, уложенные назад, которые открывали вид на его высокий лоб с тройкой глубоких морщин. Морщины также можно было разглядеть в уголках его тонких губ. Образ обличенного верховной властью человека дополняли тёмно-синие, сшитые по поджарой фигуре и дорогие на вид, чёрные одеяния. Выражение лица канцлера было сосредоточенным и внимательным. В сопровождении стражей он неторопливо поравнялся с последним участником встречи.

И вот мой взгляд прицелом сошёлся на улыбчивом дядьке пятидесяти двух лет от роду. Что я могу сказать о главном манипуляторе и мегамозге ДДГ? Сенатор Шив Палпатин, он же хитропопый и безжалостный ситх Дарт Сидиус, внушал… внушал… Да нихрена, кроме симпатии, он не внушал! Я не понимаю как, но глядя в его честные-пречестные васильковые глаза, хотелось разом расстаться с самым дорогими сбережениями, поддержать страдающих, дать кров обездоленным и вообще быть просто ангелом во плоти. Удивительно, но факт — Шив, не применяя Силы, умел располагать к себе на очень приличном уровне. Образ «надёжного парня» и честного политика прослеживался в каждой его черте и действии.

(Шив на встрече)

Палпатин, так же, как и Валорум, был человеком среднего роста с вьющимися волосами средней длины, среди которых легко угадывались ярко-рыжие, редкие пряди. Сами волосы были собраны в простую на вид причёску, открывающую его высокий лоб. Его голубые глаза были наполнены вселенской любовью, пониманием и всепрощением. Образ «душка на выезде» дополнялся неглубокими мимическими морщинами на открытом, благодаря прическе, лбу, а также в уголках глаз и рта, делая внешний вид набуанского политика более располагающим к себе. Как вишенка на торте: Палпатин сверкал широкой, облегчённой от «долгожданной» встречи с королевой улыбкой, которую подчёркивал сдержанной жестикуляцией ухоженных рук.

В выборе одежды ситх был куда как скромнее канцлера, предпочитая качество и стиль соответствующие его положению, «брендовости» и кричащим ценам нарядов. Тёмный камзол, тёмные же брюки, кожаные туфли на устойчивом каблуке и распахнутый плащ-мантия довершали его образ «слуги народа». Все предметы гардероба Сидиуса были тщательно подобраны. Они подчёркивали скромность и самоотверженность Шива как политика в глазах всей прибывшей делегации.

Честно говоря, не знаю, как там будет всё в будущем, но сейчас нам с братом лучше было не отсвечивать и держаться поближе к джедаям. Мы ещё пока маленькие несмышлёные дети на фоне этого мастодонта от политики. И вызывать его интерес ни мне, ни брату пока не нужно. Как и кричать о том, что мне таки известно грязное бельишко этого с виду добряка. Толку ноль, а уж проблемы…

Наша процессия двинулась в сторону ожидающих нас политиков. Каждый, кроме лжекоролевы, по приближению глубоко поклонился канцлеру Валоруму, выражая тем самым уважение его положению и статусу. Эта же мадам (лжекоролева) лишь надменно кивнула, мол, приветики и всё такое, и продолжила смотреть куда-то в сторону.

— Какое счастье, вы невредимы, Ваше Величество, — с заметным облегчением в голосе и взгляде произнёс Палпатин. — Когда связь с вами прервалась, мы все изрядно напугались. Мне не терпится услышать ваш рассказ о случившемся, — продолжил он, и, словно вспомнив о присутствии поблизости «главного по тарелочкам», добавил. — Позвольте представить вам — Канцлер Валорум.

— Добро пожаловать на Корусант. Видеть вас — это большая честь для меня, — спокойно глядя на «королеву» Набу, степенно сказал Финис.

— Благодарю, господин канцлер, — ответила та тоном, говорящем о том, что «благодарностью» в её словах даже и не пахнет.

(Лжекоролева, она же Сабе)