Страница 37 из 75
В очередной раз Агар уклонился от летящего в него огненного снаряда Малдуста и, перекинув через бедро Прекхарда, швырнув его об землю, яростный берсерк обрушил свои топоры в грубой атаке на Грома.
'Все кончено, щенок! Ни тебе, ни твоим дружкам не справится со мной! — брызжа слюной, ревел Агар. Гром уклонялся от опасных ударов, шаг за шагом продвигаясь к стене, понимая, что любой его удар позволит Агару успешно контратаковать, а потому выжидал подходящего момента. Но казалось, ярость даровала его противнику неисчерпаемую выносливость.
Собрав последние силы, Прекхард снова встал на ноги и с криком бросился на Агара, на этот раз намереваясь устоять на ногах и одолеть противника. Агар устоял, но и Прекхард не отступал, оставив на земле свою саблю и щит, вступая в отчаянный клинч.
Эта борьба позволила Грому обойти Агара сзади. Не желая убивать своего соперника, Гром ударил рукоятью своего клинка по голове Агара, лишив его сознания.
«Нет, старый волк, еще ничего не кончено…» — произнес Гром, удостоверившись, что Агар все еще жив, и отнял драгоценный топор. — «Занятная вещица. Ставлю на кон все, что у меня в закромах, ты будешь в недоумении, когда обнаружишь ее пропажу. Ох, поскорее бы увидеть твое лицо при нашей следующей встрече. Ну что, полагаю, на этом мы закончили? Пора возвращаться!» — закончил Гром, направляясь в ту сторону, откуда они пришли.
«Да, пора. Только перережу этому уроду глотку и пойдем!» — вытирая остатки крови со своего носа, произнес Прекхард, вновь обнажив джамбию и подойдя к Агару.
«Нет! Не смей! Не убивай его!» — грозно потребовал Гром.
«Почему? Он бы тебя вряд ли пощадил» — ответил Прекхард.
«Старый пес вечно лает. Да, порой кусает больно, не спорю, но… Я уверен, он еще сыграет свою роль» — задумчиво сказал Гром. Что-то в глубине души останавливало его от такого поступка.
«Ну ладно, как скажешь. Пусть живет» — сказал Прекхард, направив свою джамбию к ушам Агара, намереваясь их отрезать.
«Да твою мать, Прекхард! Что ты творишь? Оставь его в покое, я тебе сказал!» еще более грозно произнес Гром.
«Ну хотя бы одно ухо! Он, в конце концов, нас чуть не убил» не унимался Прекхард.
«Я сказал нет!» — не уступал Гром. С разочарованным вздохом Прекхард поднялся, убрал джамбию и направился к своему оружию, которое бросил в суматохе драки.
«Да-а, южане, конечно, те еще варвары» — сказал Малдуст и подошел к Агару. — «Но наказания этот человек определенно заслуживает. Думаю, глаза будет достаточно» — прошептал себе под нос старик и голыми руками начал выковыривать один из глаз Агара.
Малдуст, с невозмутимым лицом, наклонился над Агаром. Его костлявые пальцы, подобные когтям хищной птицы, впились в кожу вокруг глаза поверженного пирата.
С хрустом и хлюпаньем Малдуст начал вырывать глаз из его глазницы. Кровь брызнула на его руки и бороду. С каждым вытягивающим движением глаз Агара выскакивал из своей орбиты, обнажая пульсирующую плоть и перерезанные нервы. Наконец, с последним рывком, глаз был вырван, оставив зияющую дыру в лице Агара.
Малдуст отбросил глаз в свою поясную сумку, словно срезанный гриб, а из пустой глазницы продолжала сочиться кровь. Гром заметил, что натворил Малдуст, лишь после его манипуляций.
«О-о, куда ты, Малдуст? Я до последнего надеялся, что хотя бы ты здесь адекватен» — разочарованно произнес Гром.
«Что? Он заслужил наказание, а глаз мне еще пригодится, не спрашивай зачем» — ответил Малдуст.
«Просто… пойдемте уже отсюда» — устало сказал Гром.
Как только компания собралась покинуть этот переулок, со стороны главной улицы, из-за здания донесся чей-то марш. На слух, не менее десяти человек в тяжелых доспехах приближались.
«Ну вот, еще один стимул поторопиться всем нам» — заметил Гром.
«Погоди, Гром, давай лучше посмотрим, кто это» — сказал Прекхард и полез на крышу соседнего здания. К нему с любопытством присоединился Малдуст.
«Вы издеваетесь? Если вас заметят, я свалю отсюда, так и знайте!» — гневно шепнул Гром, оставаясь внизу, готовый к бегству.
Малдуст и Прекхард прижались вплотную к сплошному парапету, выглядывая из мелких щелей. Они увидели, как, с одной стороны, маршировал отряд черных нуменорцев из пятнадцати человек, направляясь к храму. Возле самого храма суетилась небольшая и причудливая группа пиратов, которой руководила женская фигура. Примечателен был гном, у которого на плечах расположилась черная кошка.
«Обалдеть, Гром, представляешь, тут какая-то пиратка, она, видимо, капитан, и отряд тех латников, которых мы встретили в таверне» — шептал с восторгом Прекхард.
«Что ты несешь? Женщин-капитанов среди пиратов не бывает. Пираты вообще не допускают к своему ремеслу женщин! А вот отряд латников — это повод, чтобы вы спустили свои задницы с этой чертовой крыши!» — резко ответил Гром.
§2. Любопытству сопутствует риск
Отряд латников уверенно направлялся к храму, где группа пиратов неторопливо грузила награбленные сокровища на повозки, уже изрядно перегруженные. Сокровища включали в себя разнообразные браслеты, кольца, серьги и ожерелья, а также кубки, тарелки, вазы и подсвечники. Среди них выделялось ритуальное оружие вариагов, украшенное драгоценными металлами и камнями. Мечи, кинжалы, щиты и копья были особенно заметны, а композитные луки, некогда смертоносные орудия, теперь служили лишь ценным декором.
Но самые ценные трофеи были связаны с культурой Кханда. Ковры, расшитые яркими узорами, рассказывали о древних героях и богах местного степного народа. Эти сказания и легенды постепенно теряли свою культурную значимость под давлением влияния Саурона, который затмевал собой всё, что было дорого народу Кханда. Культурные реликвии дополняли разнообразные музыкальные инструменты, изготовленные из редких пород дерева и украшенные перламутром и слоновой костью.
«Хотелось бы знать, что эта делегация не по нашу душу» — мрачно произнес Дуф, обращая внимание на движущийся в их сторону отряд, и перекинул очередную веревку, чтобы укрепить гору драгоценностей на повозке.
«Что-то мне подсказывает, твоя надежда тщетна. Похоже, мы немного отстали от графика. Агандаур дал мне три часа на наши дела, а затем потребовал, чтобы я явилась во дворец хана» — ответила Шани.
«И что ему от тебя нужно? Меня тревожит его активное внимание к тебе, особенно после того, как я узнал, что ты рыскала в его шатре несколько дней назад» — сказал Дуф.
«Это меня тоже беспокоит. Поскорее бы покинуть этот город. Но сейчас стоит разобраться с этими ребятами, оставь это мне, Дуф. А ты позаботься о наших трофеях. Задерживаться здесь не будем, двинем при первой возможности» — заявила Шани, направляясь навстречу латникам.
Отряд черных нуменорцев возглавлял высокий рыцарь, выделяющийся среди остальных сложной и изысканной формой шлема, а также щитом с дополнительными выпирающими ребрами жесткости.
«Малантур, даже с опущенным забралом я узнаю твою походку. Чем обязана такой чести? Ты ведь не за моей душой движешься?» — произнесла Шани, приближаясь.
Офицер черных нуменорцев приподнял сжатый кулак, и отряд резко остановился в один такт.
«Наемница… У Темной Гвардии нет имен, пора бы тебе это запомнить» — раздался мрачный голос черного нуменорца.
«Вы ведь не рождаетесь в этих доспехах. Впрочем, не мое дело, если ты распрощался со своим именем» — ответила Шани.