Страница 80 из 256
– Господин Лавров, – улыбнулся мне главнокомандующий вооруженными силами Земной Федерации, – рад новой встрече с Вами.
– Взаимно, господин президент, – ответил я, пожимая руку главы государства и принимая стиль его обращения ко мне без упоминания воинского звания.
– Ваша последняя операция произвела на всех нас глубокое впечатление, – негромко произнес Тобольский, – давайте присядем к столу. Сейчас нам принесут чай с моим любимым имбирным печеньем. Нам есть о чем поговорить, господин Лавров.
Я молча последовал за единственным маршалом в армии Земной Федерации. Печенье действительно оказалось вкусным, да и чай из высокогорных трав оказался неожиданно приятен.
– Чабрец, рододендрон и цветки боярышника, – пояснил президент, довольный моим выражением лица после первого глотка, – еще немного душицы и чаги. Вкусно, полезно и неплохо тонизирует.
Я с удовольствием пил чай и слушал главу государства, не торопившегося переходить к серьезному разговору. Президент мало спал и сильно уставал в последнее время. Это было заметно, и я поддерживал легкую беседу, не мешая Тобольскому немного расслабиться перед серьезным разговором.
– Господин Лавров, – наконец перешел к делу президент, – за последний год вы сделали для Земной Федерации больше, чем кто-либо еще. Вы офицер, который не боится риска и находит выход из кажущихся безнадежными ситуаций. И вы же владелец частной компании, но и я, и все мое окружение отчетливо видим, что прибыль для вас вторична и важна лишь в той мере, в какой она способствует достижению ваших целей. К чему вы стремитесь, господин Лавров?
– Некоторое время назад, – чуть улыбнувшись, ответил я, – мне уже задавали похожий вопрос. Это было на Ганимеде, когда я поступал в училище планетарного десанта. Тогда я ответил полковнику, возглавлявшему комиссию, что хочу увидеть своими глазами нашу победу и возглавить десант на материнскую планету кваргов. С тех пор кое-что изменилось. Я стал старше и мои аппетиты выросли. Я хочу не просто победить в этой войне, господин президент. Я хочу сделать так, чтобы Земная Федерация оказалась способна не только разгромить кваргов, но и победить в будущих более страшных конфликтах.
Такого заявления Тобольский точно не ожидал. Он удивленно посмотрел на меня и спросил:
– Вы считаете, что нас ждет что-то еще более страшное, чем вторжение кваргов?
– Я в этом уверен, господин президент. Не могу назвать точные сроки, но ведь после победы наша экспансия не остановится, а значит, мы будем двигаться все глубже в неосвоенный космос. Мы уже встретили одних чужих. До зубов вооруженных чужих, заметьте. А сами мы были тогда очень слабы. Мы оказались не готовы к встрече с таким врагом, а враг почему-то оказался готов. Как вы думаете, почему? Ведь наша встреча была для кваргов такой же неожиданностью, как и для нас.
– Вы говорите о нашей победе, как о свершившемся факте…
– Мы сделаем ее фактом, господин президент, иначе нет смысла обсуждать что-то еще.
– Ваша уверенность заразительна, господин Лавров… Так вы считаете, что до встречи с нами кварги сталкивались в войне с кем-то еще?
– Я в этом практически уверен, господин президент. И еще я всерьез опасаюсь, что кварги вторглись к нам не просто потому, что мы встали на пути их экспансии. Кто-то вытесняет их с ранее освоенных территорий или они живут под постоянной угрозой нападения более сильного противника. У меня нет твердых доказательств этой гипотезы, но мы не можем не учитывать такую возможность и должны быть готовы к любому повороту событий.
Президент надолго задумался. На его лице сейчас отражалась вся накопившаяся усталость и напряжение последних месяцев.
– Вы ведь не видели мирной жизни, господин Лавров, – вдруг сменил тему президент, – вы родились и выросли в условиях войны. Вы не знаете, что жизнь может быть устроена совершенно иначе. А я это помню. Я ненавижу войну, господин Лавров. Ненавижу, понимаете. А вы сейчас сказали мне, что победа над кваргами это еще не конец, а, возможно, только начало новой большой войны…
Наверное, я понимал Тобольского. Он даже не знал, насколько был прав, говоря, что я не видел мира без сражений и смертей. Еще в своей первой жизни я опоздал родиться, чтобы застать мирное время. Когда я появился на свет, война шла уже десятки лет. Я вырос в детском доме, потом стал кадетом, курсантом, офицером, и, наконец, бригадным генералом…, и опять курсантом и офицером. Я не знал, как люди живут без войны, а Тобольский знал и, похоже, сильно тосковал по этому времени. Значит, ему было о чем жалеть. Мне тоже остро захотелось увидеть мир без войны. Наверное, впервые в жизни мне захотелось этого так сильно.
– Господин президент, возможность жить в мире стоит тех жертв и потерь, которые мы сейчас несем. Я действительно не видел мирной жизни, но я помню древнее правило. Хочешь мира – готовься к войне. И я собираюсь хорошо подготовиться.
Тобольский некоторое время молча смотрел на раскинувшиеся вокруг зеленые холмы, потом посмотрел мне в глаза.
– Что вам нужно, господин Лавров, чтобы приблизить нашу победу?
Я ожидал чего угодно, но не такого абстрактного вопроса. Но я хорошо помнил, что в беседах с президентом нельзя упускать представляющиеся шансы. Ну что ж, господин верховный главнокомандующий, я вас за язык не тянул…
– Пост министра военной промышленности и неограниченное бюджетное финансирование.
Президент вздрогнул и каким-то новым взглядом посмотрел на меня.
– Вам ведь нет еще даже восемнадцати лет, господин Лавров. Вы уверены, что потянете такой пост и такую ответственность?
– Я думаю, что не будь вы в этом убеждены с самого начала, вы не стали бы задавать мне предыдущий вопрос, господин президент.
– Вы очень серьезный и целеустремленный человек, господин Лавров, и я вижу, что за вашей уверенностью стоят конкретные дела. Оружейная компания Лавровых отлично показала себя при исполнении государственных заказов, но министр военной промышленности – фигура, скорее, политическая, а вы еще не набрали нужный вес в этой сфере. Впрочем, я думаю, вы сами все понимаете. Министром я вас не назначу, но у меня есть для вас другая должность, которая подойдет для ваших целей ничуть не хуже, а, на мой взгляд, так даже и лучше. Генерал армии Баррингтон вновь, как и в начале войны, назначен мной на должность начальника службы тыла вооруженных сил Федерации, и его нынешняя должность стала вакантной. Это будет первый случай в истории, когда такую должность займет офицер в звании капитана, – усмехнулся Тобольский, – Не изображайте удивление, господин Лавров. За оборонительную операцию в системе звезды Барнарда вы представлены адмиралом Нельсоном к ордену Ушакова и к внеочередному воинскому званию. Правда, адмирал действовал в пределах своих полномочий и представил вас к званию старшего лейтенанта, но маршал Тобольский имеет несколько более широкие возможности. Так что поздравляю вас, господин Лавров с присвоением звания капитана и с новой должностью. Мой указ о назначении вас главой комиссии министерства обороны по новой технике и вооружениям будет готов в течение суток.
– Служу Земной Федерации, – ответил я, вставая.
Президент тоже поднялся, давая понять, что встреча окончена.
– Господин президент, разрешите обратиться к вам с небольшой просьбой?
– Слушаю, – в голосе верховного главнокомандующего зазвучали нотки заинтересованности.
– Я боевой офицер, господин президент, и хотел бы им остаться. Прошу вашего разрешения при необходимости лично проводить испытания и боевые операции с участием принимаемой на вооружение новой военной техники.