Страница 182 из 256
– Флоту начать торможение, – отдал я приказ, призванный продемонстрировать противнику, что дальше мы продвигаться не собираемся.
– Скорость полностью погашена, – доложил Слин-ат. Два флота находились пока слишком далеко друг от друга для открытия огня, но если наши корабли полностью остановились, то жаберы продолжали неторопливо приближаться, постепенно сокращая дистанцию.
– Навигатор, выведите на тактическую проекцию границу, при переходе которой противником мы уже не успеем разогнаться для прыжка, даже если захотим отступить.
Объемная карта дополнилась полупрозрачной оранжевой поверхностью, к которой медленно приближался флот жаберов.
– Три минуты до пересечения границы, – прокомментировал вице-адмирал Сергеев.
– Ждем.
В полной тишине мы наблюдали, как корабли жаберов, на порядок превосходящие наш флот по огневой мощи, медленно надвигаются на нас. Минуты тянулись бесконечно, но любое ожидание рано или поздно заканчивается.
– Ядро флота противника пересекло границу – доложил навигатор.
– Сегментам транспортного кольца – стыковка и активация ворот. Флоту – начать отход к порталу. Продемонстрируем им, что мы решили не принимать бой и отступаем. Эскадре генерала Клэя – приготовиться к контратаке, но пока ничего не предпринимать. Спрячьтесь за порталом и ждите приказа. «Невидимкам», авианосцам и «Титанам» – готовность к полному торпедному залпу.
Не видя в предстоящем сражении задач для москитного флота, я приказал загрузить авианосцы дрон-торпедами. К этому приему я уже прибегал в последних сражениях, и он себя вполне оправдывал в тех случаях, когда не требовалось скрытно приближаться к объекту атаки. Сейчас была именно такая ситуация – мы собирались прикрыть свой отход волной торпед, а не подкрадываться к противнику для внезапного удара.
– Противник начал разгон на полной мощности двигателей! – почти выкрикнул начальник штаба флота.
– Все правильно, вице-адмирал, они пока не знают про гиперворота и считают, что догонят и уничтожат нас раньше, чем мы успеем разогнаться для прыжка.
На самом деле мы шли по очень зыбкой грани. Флот не может нырнуть в транспортное кольцо весь одновременно, особенно такой большой, как наш, а значит, потребуется перестроение в транспортную колонну и не менее пятнадцати минут на прохождение через ворота. Именно это время и должны были обеспечить нам корабли Клэя, но риск все равно был высок. Если транспортное кольцо получит повреждения, мы не сможем уйти, и тогда результат боя станет совершенно непредсказуемым.
– Рубеж открытия огня торпедами! – доложил командир «Невидимок».
– Полный залп!
Наше отступление давало нам преимущество. Если бы противоборствующие флоты оставались неподвижными, главный калибр линкоров противника доставал бы нас с большего расстояния, чем дальность действия любого нашего оружия, но сейчас жаберы нас преследовали, и сами сокращали дистанцию до летящих к ним торпед. Пока враг не видел приближающейся к его кораблям угрозы – все-таки имперские генераторы маскировочных полей в сочетании с неизлучающими двигателями ящеров давали поразительный эффект, в разы повышая незаметность прикрываемого объекта.
– Противник открыл огонь главным калибром! – доложил Сергеев.
Не дожидаясь приказа, корабли нашего флота предприняли маневр уклонения. На предельных дистанциях стрельбы это имело смысл и давало неплохой эффект, но попаданий избежать нам все же не удалось.
– Мы несем потери, господин командующий!
Я, стиснув зубы, наблюдал, как на тактической проекции гаснут отметки кораблей моего флота. Три дредноута ящеров без всяких вспышек и прочих спецэффектов распались на неравные части после попаданий вражеских снарядов. Гибридный линкор «Ганимед» получил два снаряда в корму и распустился огненным цветком взрыва. Некоторые корабли не погибали сразу, но получали повреждения, и вываливались из строя, теряя ход, но по большей части одного-двух попаданий стандартному линкору хватало для полной потери боеспособности. «Титаны» держались чуть лучше, но больше трех ударов вражеских снарядов не выдерживали и они.
– Портал активирован, – пришел доклад командира группы транспортного кольца.
– Генерал Клэй, ваш выход! Флоту начать перестроение в транспортную колонну! Генераторы маскировочных полей на полную мощность, – приказал я, не отрывая взгляда от проекционного экрана. До этого момента я не разрешал кораблям флота использовать наши новые возможности маскировки и радиоэлектронной борьбы, чтобы не насторожить противника. Это стоило нам уже почти двух десятков погибших кораблей, но зато жаберы плотно заглотили наживку – их флот уже достиг такой скорости, что быстро изменить траекторию движения у него бы не получилось.
Имперские линкоры покинули свою позицию за транспортным кольцом и с впечатляющим ускорением начали разгон навстречу противнику, а авианосец «Император Тик» уже выпускал в космос палубные истребители, немедленно присоединявшиеся к рвущимся вперед тяжелым кораблям.
После включения на полную мощность маскировочных полей эффективность огня вражеских линкоров резко снизилась, и список наших потерь перестал расти с пугающей быстротой.
– Торпеды вышли на рубеж автономной атаки! – вновь привлек мое внимание командир «Невидимок».
Жаберы, наконец, обнаружили угрозу, и их плазменные пушки и зенитные системы ближней обороны открыли шквальный огонь по приближающейся волне торпед. Сто тридцать «Невидимок», тринадцать авианосцев и восемь «Титанов» в полном залпе отправили в сторону врага почти девять тысяч этих смертоносных металлических рыбин, укутанных маскировочными полями. Такого массированного удара за всю историю применения торпедного оружия еще никогда не наносилось. Снаряжая транспорты снабжения для этой операции, адмирал Нельсон практически полностью выгреб все флотские запасы торпед, зато сейчас перед жаберами стояла очень непростая задача.
В бою у Каппы Кита торпеды проявили себя не лучшим образом. Почти все они были сбиты, и лишь единицы добрались до целей, достигнув защитных полей вражеских крейсеров. Но сейчас наш удар был по-настоящему массированным, и весь залп состоял исключительно из торпед в противокорабельном снаряжении. Никаких завес из сканеров и истребителей жаберы перед своими кораблями не ставили – их системы наведения и без этого отлично справлялись с захватом целей, по крайней мере, так было раньше. Но теперь имперские системы РЭБ, установленные на наши торпеды, сильно усложняли задачу зенитным комплексам противника. Тем не менее, двадцать семь тяжелых кораблей, идущих в достаточно компактном строю, создали перед собой такую плотность огня, что в какой-то момент я засомневался, что хоть одна торпеда сможет достичь цели. Однако, как известно, количество иногда имеет свойство переходить в качество. Сейчас оказался именно такой случай. Когда на каждый твой корабль, непредсказуемо маневрируя, несутся по три сотни целей, проблема встает уже даже не в качестве наведения, а в производительности зенитных систем. Из-за высокой скорости сближения и позднего обнаружения угрозы сбить такую лавину торпед жаберы просто не успели. Защитные поля их кораблей ярко вспыхивали от десятков попаданий. Какое-то время они неплохо держали удары, но когда последние прорвавшиеся к целям торпеды взорвались на границах силовых щитов, стало ясно, что своей цели удар достиг.
Ни один из вражеских кораблей не был уничтожен или хотя бы поврежден, но защитные поля линкоров и особенно крейсеров потеряли значительную часть мощности. Однако главная проблема для жаберов заключалась не в этом. За отражением торпедного удара они проспали контратаку имперских линкоров. Хотя, может быть, и не проспали, а просто не обратили должного внимания на пусть и быстрые, но весьма немногочисленные корабли врага, вышедшие навстречу их флоту.