Страница 160 из 256
Несмотря на героические усилия истребителей сопровождения, девяноста пять процентов дрон-торпед противник сжег плазменными пушками. Остальные взорвались, ударив в защитное поле и заставив его вспыхнуть, на мгновение обретя объем.
– Рубеж открытия огня главным калибром линкоров, – сообщил дежурный офицер, – господин адмирал, мы потеряли уже четырнадцать тяжелых кораблей.
– Продолжать атаку! Если мы отступим, они перезарядят поля и все придется начинать заново. После торпедного удара их защита должна была сильно пострадать. Усилить огонь!
Наконец-то стандартные линкоры моего флота смоли открыть огонь из орудий главного калибра. Через минуту их поддержали крейсера, но мы теряли корабли с ужасающей скоростью, поскольку в дело вступили плазменные пушки врага.
– Господин адмирал, мы потеряли уже двадцать шесть линкоров и крейсеров…
– Продолжать огонь! – сквозь зубы процедил я. – Не отступать! Они не могут держать удары вечно.
Защитные поля крейсеров противника непрерывно вспыхивали от попаданий тяжелых снарядов. Я не знал, на что они способны, но по своему опыту из прошлой жизни предполагал, что сейчас их командирам должно быть совсем не весело наблюдать, как мощность полей падает, стремясь к нулевой отметке.
– Господин адмирал, противник меняет курс! Они пытаются выйти из боя! – в голосе дежурного офицера звучала неуверенная надежда.
– Не выпускать! Атака на встречных курсах! Сократить дистанцию до минимума. Каждый снаряд должен ложиться в цель! – я чувствовал, что развязка близка, и когда поле одного из вражеских кораблей в последний раз мигнуло и погасло, это не стало для меня сюрпризом.
Броня лишившегося поля крейсера покрылась вспышками попаданий. На таком расстоянии промахнуться было невозможно. Державшиеся до этого чуть в стороне от схватки дредноуты ящеров не упустили своего шанса. Их слаженный залп буквально утопил вражеский крейсер в едкой жиже активной боевой субстанции. Ответный огонь поврежденного крейсера резко ослаб, и спустя минуту в космосе распустился огненный цветок взрыва.
– Это было впечатляюще, – Констатировал Слин-ат, – адмирал, разрешите открыть огонь главным калибром?
– Разрешаю, – на этой стадии боя участие флагмана могло сильно помочь флоту, – Передайте на крейсер противника предложение сдаться.
Бой длился еще около двух минут, потом поле вражеского крейсера вспыхнуло в последний раз и исчезло. Сразу десяток снарядов ударил в его броню, вызвав немалые разрушения.
– Вызов с крейсера противника! – выкрикнул офицер связи.
– Флоту прекратить огонь! Включайте.
Видимо, судьба еще не устала насмехаться над бригадным генералом Дином, а ее сундук с сюрпризами воистину не имеет дна. На проекционном экране возникло изображение командного поста вражеского крейсера и его командира. На меня своими круглыми водянистыми глазами смотрел жабер! Да! Именно жабер, гадская лягуха из тех, с кем я уже навоевался по самое некуда в прошлой жизни и из-за кого я в итоге оказался здесь. Ну здравствуй, мой ночной кошмар.
Следующие двое суток запомнились мне плохо. В любой момент я ожидал появления флота жаберов, прекрасно понимая, что еще одного удара мы не выдержим, но бросать людей и ящеров на второй планете никто из нас не собирался. Баррингтон, как мог, ускорял процесс эвакуации, а мы в меру сил ему помогали. Я поднял с планеты практически все войска, и отправил в систему Барнарда. Оттуда войсковые транспорты вернулись пустыми, и я отдал их Баррингтону под перевозку бывших пленных. В последнем рейсе мы загрузили всех, кого могли на все, что летало, включая боевые корабли и к моему огромному облегчению покинули, наконец, систему Каппы Кита. Транспортное кольцо расстыковалось и под охраной десятка линкоров корабли-сегменты отправились домой по цепи гипермаяков.
Почти восемь миллиардов человек и три миллиарда ящеров вернулись домой. В качестве трофеев нам достались крейсер жаберов и боевые корабли кваргов, входившие в состав эскадры прикрытия системы. Наше возвращение могло стать триумфальным, но настроения в правящей элите Федерации царили похоронные. Встретить ТАКОГО противника не ожидал никто. Два вражеских крейсера уничтожили треть нашего объединенного флота, что же будет, когда враг пошлет в бой свои линкоры?
Сдавшегося командира крейсера я допросил лично еще в системе Каппы Кита, и, честно говоря, мне немного полегчало. Все-таки это были не те жаберы, не наши. Откуда они здесь взялись? Да кто ж их знает? А откуда здесь взялись люди? На эти вопросы у меня нет ответов, как не было их у доктора Силка и имперских генералов, отправивших меня сюда. Наверное, есть какие-то законы зарождения жизни во вселенной, а может быть, она зародилась, так сказать, не по собственной инициативе. Возможно, если хорошенько поискать, то и в галактике генерала Дина тоже можно обнаружить ящеров и кваргов, я не удивлюсь.
Командир крейсера сперва пытался запираться и отвечал на вопросы весьма уклончиво, но он был жабером, а как наши разведчики работают с этими ребятами, я за свою прошлую жизнь насмотрелся вдоволь. Нет, никаких пыток или прочих подобных гадостей я не применял, но вот химическая формула вещества, прекрасно развязывающего жаберам языки без особого вреда для их здоровья, была мне отлично известна, а Лит-та лишь хмыкнула презрительно, когда я спросил, могут ли ее инженеры быстро изготовить нужный мне химикат. Через полчаса искомое средство у меня имелось.
В общем, беседа наладилась. Здешние жаберы оказались сами по себе, и надо сказать, по сравнению с нашими они совершенно не плясали. Тот самый случай, когда труба пониже и дым пожиже. Нет, когда-то давно они достигли немалых высот и, возможно, стояли по уровню развития даже выше тех лягух, с которыми я воевал, но пик развития их цивилизации давно прошел. Жаберы потеряли волю к экспансии, замкнулись в освоенных границах и постепенно начали утрачивать технологии, а с ними и былое величие. Процесс этот шел уже не первую тысячу лет, когда на них наткнулись кварги. На какой-то короткий период это всколыхнуло общество разумных лягушек, но весь этот всплеск активности вылился лишь в то, что лягухи решили подчинить себе кваргов и их руками обеспечить свой покой, сдерживая развитие и экспансию других рас, соседствующих с ними в галактике. С кваргами все прошло очень удачно. Сохранившихся знаний и технологий хватило жаберам, чтобы получить полный контроль над кваргами с помощью установки им в мозг ментальных блоков, обеспечивающих лояльность. Как и в любом обществе, у кваргов тоже нашлись свои ренегаты, с восторгом принявшие новых хозяев и сформировавшие касту следящих. Вскоре у жаберов даже исчезла необходимость вмешиваться в процесс постановки и обновления блоков, следящие прекрасно справлялись и сами. Нет, технологию жаберы передавать им не стали, но вот оборудование – пожалуйста. В итоге возникла сеть Центров Лояльности, и политическое устройство государства кваргов приобрело современный вид.
– Что вы делали в системе Каппы Кита, командир Кли? – продолжил я допрос.
– Мы прилетели за очередной партией людей и ящеров для наших лабораторий, – спокойно ответил жабер. Говорить неправду он сейчас просто не мог, как и отмалчиваться в ответ на прямые вопросы, – Научиться ставить блоки в мозг кваргов у нас получилось достаточно легко, а вот с людьми и ящерами прогресс исследований весьма умеренный. Можно сказать, его совсем нет, но наши ученые продолжают работу.
– И что происходит с теми, кто попадает в ваши лаборатории?
– Чаще всего они умирают в результате неудачных попыток поставить им блок. Что происходит с теми, кто выживает, я не знаю, не мой профиль.