Долина теней

Глава 11 Игра

Ему дали выспаться. Пробуждение в той же комнате, что и раньше, на этот раз было не таким радужным. Голова раскалывалась после вчерашнего виски, а мысли о том, во что он впутался, только усиливали тошноту. Макс чувствовал себя так, словно готов был прямо сейчас, в один момент отказаться от всего этого безумия и просто завалиться обратно на кровать и проспать до того момента, пока ему не придут заковывать руки в наручники. Неожиданно он вспомнил об Элис. Что они сделают с ней, если он откажется? Да, она не замешана и в половине того, что он натворил в Городе за последние дни, но и за ней тянется шлейф противозаконных действий. Так просто они не отпустят её с крючка.

Он переборол себя и, поднявшись с кровати, принял душ. Заказал в дроп-боксе кофе и сэндвич. Позавтракал и стал ждать, пока он не понадобится Ньюмэну снова. Решив отвлечься от дурных мыслей, снова открыл его статью.

«Среди либерально настроенных слоев граждан, бытует ошибочное мнение, будто сознание андроидов не имеет принципиальных отличий от человеческого. Такие рассуждения не только ошибочны, но и так же потенциально опасны. Заложенные в программное обеспечение роботов принципы, не позволяют им приблизиться к тому, что можно назвать сознанием в полной мере этого слова. Осознание самого себя, своего внутреннего я, отличие «себя» от «других», понимание принципов чужого опыта, эмпатия, социализация и кооперирование – прошли тысячелетия формирования и трансформации естественным путем в человеческом мозгу. И, к нашему большому сожалению, мы до сих пор не приблизились к полному пониманию принципов его работы. Попытки же заложить данные основы в память робота, зиждущиеся на хрупком, непроверенном и неточном базисе, могут быть столе же плачевными, сколь плачевными могут оказаться неточности в химических формулах.

Потенциальная же опасность данных рассуждений кроется в том, что данные утверждения, об эквивалентности разумов, приведут ко все большему движению за права андроидов. Проникновение их в повседневную жизнь, которое в данный момент имеет является буквально единичными событиями, приведут к развитию эмпатии между андроидом и человеком. Однако, не стоит забывать вышеупомянутое – робот не может переживать человеческих чувств, лишь изображать их, как говорящие попугаи повторяют осознанную речь, не имея понятия о самой её сути. Не имея ни малейшего понятия о сопереживании, подчиненные извращенной, непредсказуемой логике, под покровительством определенных слоев населения – генезис андроидов сразу же перейдет в экспоненциальный рост»

Макс с отвращением бросил планшет на стол.

- Громче всех «держи вора», кричит сам грабитель.

Ждать, однако, долго не пришлось, что утвердило Макс во мнении, что здесь установлены скрытые камеры. Не прошло и пяти минут, как на пороге показался мистер Ньюмэн собственной персоной

- Какая честь, мистер Ньюмэн, встречать вас в моем убогом жилище, - сказал Макс. От одного только вида этого человека у него начиналась изжога.

- Доброе утро, мистер Валенштайн, - Ньюмэн излучал само тепло и добродушие. – Надеюсь, вы не сердитесь, что я без приглашения? Решил лично занести вам необходимые документы.

Присесть в комнате оставалось разве что на кровь, так что он остался стоять, протянув Максу карту памяти. Борясь с тошнотой, Валенштайн подключился к карте и считал данные на главу службы безопасности «Ляовэнь индастриз». Информации была в целом полезной, но казалась странно фрагментарной.

- Боюсь, мы были вынуждены предоставить не полный объем данных имеющихся у нас, мистер Валенштайн. Сами понимаете, ваша избыточная осведомлённость в ряде вопросов, могла бы вызвать резонное недоумение среди «черных ястребов» - что и кто служило её источником, а нам с вами все-таки стоит действовать осторожно.

«Черт побери, он что, ещё и мысли читает?» - мрачно подумал Макс.

«Может, у него в башке имплантат какой, на чтение мозговых волн? Есть такой уже или нет? Даже если и есть, для такой черни как я, это запрещенная информация. Военная, мать её, тайна».

- Если я успешно устраню главу службы безопасности, разве это не вызовет опасение среди боссов «Ляовэнь»? – спросил Макс. – Они ужесточат меры безопасности и план «черных ястребов» по физическому проникновению внутрь здания пойдет прахом, нет?

- Либо же, устранение такой важной фигуры в, хи-хи, обороне «Ляовэнь» повлечет за собой хаос и сумятицу, что только сыграет вам и вашим будущим товарищам на руку, - Ньюмэн пожал плечами. – Поэтому, на всякий случай, чем больше будет похоже устранении главы на, скажем, несчастный случай, или работу какого-то маньяка, чем меньше в его убийстве будет ноток мотива «Ляовэнь» тем проще вам будет действовать в дальнейшем. Наша служба уже перевела на ваш личный счет, мистер Валенштайн, небольшую скромную сумму. Вам она понадобится для подготовки, разумеется. В общем, пожалуй, это всё. Не имею наглости больше вас задерживать. Удачи и всего вам наилучшего.

Макс медленно поднялся с кресла и, накинув куртку, направился к двери. Ньюмэн так и остался стоять неподвижно.

- Ах да, и ещё одна мелочь. Надеюсь, нет нужды напоминать вам, мистер Валенштайн, что наша Служба очень рассчитывает на ваше сотрудничество и будет крайне огорчена, если вы решите пренебречь нашей дружбой.

Не удержавшись от этого мальчишеского жеста, Макс показал ему через спину средний палец.

Гвардеец, не произнеся ни слова, сопроводил его в лифт. Они спускались очень долго, после чего Максу показалось, что вертикальное движение уже перешло в горизонтальное. Двери открылись, и они оказались в просторном слабо освещенном помещении, где их уже ждали Гай и Элис в сопровождении двух других гвардейцев.

- Макс! – она бросилась ему на шею.

- Элис… - Макс, не зная, что сказать, робко обнял её, боясь сделать больно. Так сжимают в руке бабочку, чтобы не повредить тонких крыльев.

Гвардейцы ждали. Гай, усмехнувшись, демонстративно смотрел в сторону.

- Я боялась за тебя.

Слова о том, что самое страшное их ждет впереди, застряли у него в горле. Он больше ничего не сказал, просто наслаждаясь ароматом её вишневых духов.

- За этой дверью – выход к станции метро Пятьдесят третья-лейн.

Гвардейцы синхронно развернулись и исчезли за дверьми лифта.

Троица друзей осталась предоставлена сама себе. Они поднялись из глубины подземки наверх. По просьбе разнывшегося, что он умирает от голода, Гая, зашли в попавшуюся более-менее приличную забегаловку. Их с Элис в отличие от Макса все эти дни так и продержали взаперти, не выпуская и не беседуя.

Валенштайну до этого удалось переброситься только парой фраз с девушкой, пока тянулась их мексиканская дуэль с полицией, поэтому ему не терпелось задать ей ряд вопросов.

- Расскажи, как ты попалась в руки копов?

Её щеки вспыхнули, как неоновая вывеска.

- Я… Вы, кажется, с Гаем что-то забыли, и я побежала отдать…

Она говорила очень тихо, потупив взгляд. Лис сокрушенно покачал головой, всем своим видом говоря «не убедила».

- Я спешила за вами, и тут на меня налетели полицейские. Собственно, вот и все. Не повезло просто.

Макс вздохнул.

- Элис. Это Богомол нас сдал.

Её глаза удивленно расширились.

- Нет, это не правда.

- Вольфхаузер сам сказал, его информатор заложил и нас с Гаем и тебя одновременно. Таких совпадений не бывает. Это он нас предал.