Страница 492 из 527
Сам Геллерт заранее оправдывал массовую гибель миллионов людей, как неизбежные и необходимые народные бедствия, он формулирует участь народа как главной жертвы, но публично — главного предмета заботы власти. Убитые молчат, а оставшиеся в живых должны быть счастливы. Полностью оправдывает отсутствие свободы как основы общественной жизни. Согласно концепции, народ свободен любить вождя, служить вождю, преклоняться перед вождём. Других свобод не существует. Полностью оправдывает отсутствие свободы совести, свободы убеждений, права выбора. Государство поселяется в нутро каждого отдельно человека и оправдывает уничтожение любого, в ком государство не прижилось. Миф о Геллерте основан на тотальной государственной агитации и пропаганде. Он предусматривает «ложь во спасение», создание перед народом идеальной картины жизни, при которой вера в счастливое настоящее становится священной обязанностью каждого, а усомнившихся ждут концлагеря, пытки, смерть. Сам Геллерт развращает культуру идеологией: он делит произведения искусства и культуры на две категории — правильные и неправильные, полезные и вредные. Первые поощряются, вторые уничижаются и часто ликвидируются вместе с их авторами и носителями.
Построенная на предположении материального благополучия, концепция Геллерта способствует нищете и уменьшению производительности труда: полностью обесценивается личное значение труда. Труд может быть только «для Родины», «для партии», «для вождя», но не для самого человека. Оправдывает массовый подневольный труд роль народа как «рабочей силы», которую нужно научиться эксплуатировать. Чем дешевле, тем лучше. Тех, кто хорошо работает, в стране ненавидят: после этих «трудовых подвигов» для всех поднимаются обязательные нормы выработки. Сам же вождь — допустим, Геллерт, — это сказка о тотальном управленце, сверхчеловеке, носителе сверхразума и сверхталанта.
Правитель в этом государстве получает моральное право на всё — в первую очередь на уничтожение препятствий на своём пути. Безумие представляется высшим проявлением разума. Государство, власть становятся сверхценностью, полностью довлеющей над народом. Человек, не любящий власть, не может найти себе место в этой системе, он в ней не просто лишний или нищий, он в ней чужой. В идеале — либо пытаемый, либо мёртвый. Отношения человека с государством выше отношений человека с человеком. Чужое преобладает над своим.
Сама концепция предполагает полное извращение смысла слов, составляющих основу основ человеческой жизни: хоть семья, хоть счастье. Вводится «родственная ответственность» за «грех перед государством». Сын отвечает за отца. Оправдывает предательство ближнего своего и клятвопреступление. Оправдывает любые ошибки государства, любые ошибки власти перед народом, перед человеком. Власть получает право на ошибку, оправданную самим фактом её высшего по отношению к народу статуса. При этом снимается с вождя личная ответственность за любые ошибки и преступления, все они связываются в общественном сознании с подчинёнными и злонамеренными лицами, явными и тайными врагами, показательные расправы с которыми укрепляют власть и авторитет вождя.
И самое ужасное — подобное отношение гарантирует вождю «место в истории» навсегда, ведь страницы, пропитанные кровью, труднее других вырвать из летописи. Мгновенно из злодея и кровопийцы получается спаситель нации, из убийцы и палача — благодетель, чудесно спасший тех, кто чудом выжил сам. Миф о Геллерте, что позволяет ненавидеть народ и бояться его, но публично говорить о любви к народу, вызывает к жизни иллюзию о политическом бессмертии, в которое можно войти, управляя государством и народом живодёрскими способами. Это оправдание бессмертия на пепле и костях. Миф о Геллерте — это надежда политического подонка, мечтающего о всенародной и вечной славе, что полностью избавляет от совести. Это величие одного, стоящее на крови и слезах миллионов, и это величие должно вызывать у кровных родственников, невинно убиенных, слёзы умиления и счастья. Главное, что должен понять носитель власти — возможности политического и личного обоснования, необходимости и полезности любого деяния.
Но Альбус смотрит на дело иначе. Этот путь просто кровавое «лекарство» от комплекса неполноценности, преследующего выродков и неудачников, полное уничтожение морали в политике, оправдание лжи и обожествление дьявола, разрешение считать свой бред, свою волшебную палочку, свой карандаш перстом истории, рукой судьбы.
И это не просто миф: это страшное искушение для всех, кто обладает властью или стремится к большей власти. Это искушение способно морально уничтожить любого человека, возжаждавшего возвыситься над людьми, снять перед этим человеком любые моральные преграды и обременения. Дорога жизни будет проходить через ад всевластия, но может быть обсажена райскими деревьями, которые растут на крови людей и плодоносят плодами тщеславия.
Это не его путь.
Только каков его путь? Министр магии, Корнелиус Фадж, публично назвал Дамблдора «предателем и подонком».
Фадж волен иметь любое мнение о нём. И даже его озвучивать.
Но речь сейчас о другом — как в Магической Англии не быть предателем и подонком. Какой пример даёт стране правящая группа?
Как стать уважаемым человеком в Магической Англии? Примером для подражания? Государственным мужем? Таким, как Волан-де-Морт?
Окружить себя холуями и холопами. Уничтожить свободу слова. Уничтожить выборы. Засесть во власти навсегда. Напасть на слабые страны, которым не повезло, избегая сильных как огня. Нарушить свою Конституцию и отнять у стран-жертв часть населения. Сделать так, чтобы в ближайшие месяцы «друзья» стали миллионерами. Захватить экономику страны, насадив в ней то ли бизнес, то ли мафию, — поставив на руководство ими соратников. Ограбить население магловского мира. Лишить маглов перспективы, загнав под «точечные изъятия». Врать всем, стране и миру во всём. Всегда и везде. А ещё — убивать и пытать людей, превратив врагов в ресурс, нечто вроде угля, а друзей в растения: польёшь деньгами — растут, не польёшь — вянут. Вот и всё.
Это и есть, как не быть предателем и подонком в Магической Англии.
Альбус думал. В этот раз он не станет убивать невиновных. Он вообще не станет никого убивать, и без разницы, насколько это будет трудно. Но Волан-де-Морт один ответит за все свои преступления.
Он никогда не любил предсказания. Но сейчас не нужно быть пророком. При помощи простой логики и анализирования фактов можно представить, каким будет будущее, если ему удастся его задумка. И это не давало ему покоя.
Волан-де-Морт мёртв.
Тёмный Лорд не ест, не пьёт, не двигается, не колдует, не думает, не дышит, его сердце не бьётся.
Выставленная перед всем смертным человечеством мумия Тёмного Лорда — самое зримое и объективное свидетельство прекращения земной физической жизни Волан-де-Морта.
И Волан-де-Морт жив — жив, потому что последствия его деятельности точно так же зримы и продолжают жить; растворены, как кровь, в почве истории, при температуре кипения впаяны в судьбы почитавших и ненавидевших его магов.
Победила «революция», неведомое в магическом мире явление, ключевое слово в понимании философии и психологии деятельности революционеров. В переводе с латыни — просто переворот.
Общества и государства магического мира под воздействием нечеловеческой воли Волан-де-Морта полностью меняли систему координат.
Маги ломали и уничтожали предшествующие им общественные и государственные скелеты, разрывали живые связи, заменяя их плодами своего космического воображения, скоротечно и бескомпромиссно воплощаемыми в жизнь.