Страница 272 из 527
Эдвард что-то приказывал, а я наблюдал за царящим внизу хаосом со стоическим выражением лица. Даже по сравнению с воспоминаниями Молли Уизли, стеснённой в средствах матери семерых детей, когда ту посещала в гостях с ночевкой тётушка Мюриэль с другими родственниками, в доме, который называется «Нора», полным садовых гномов и с упырём на крыше, эта часть Отдела Тайн казалась безумным хаосом.
Я раскусил новую ампулу с обороткой и спустился вниз, чтобы посмотреть на всё поближе.
Я наблюдал, как Пожиратели начали работать и вытаскивали всё, до чего могли дотянуться и что могли забрать. Так мы разжились различными артефактами, среди которых наибольшую ценность для меня представлял искатель Обскуров.
Очень хотелось вынести вообще всё, но не получится. Кое-где не сумели снять сигнализацию, кое-что не уживалось со свернутым пространством. Иногда предметы были слишком большими, слишком маленькими или слишком взрывоопасными. Или всё это было одновременно.
Словно турист, увидевший Парфенон, я обнимал вертикальную стальную колонну.
— Нет. Это однозначно не влезет, — сказал мне Эдвард. — А распиливать нельзя.
Жаль. Нечто представляло собой что-то, напоминающее десятки сваренных между собой под причудливыми углами линий электропередач, высотой метров шестьдесят каждая. Насколько я знал, то это артефакт «Убийца Родов». Вливаешь в него магическую энергию (лучше если Вас будет несколько сотен магов), а он спустя некоторое время бьёт по площади молниями. Насколько я знаю, такие вещи запрещены, поскольку они портили озоновый слой планеты. Гипотетически, эта штука убьёт Дамблдора — если тот будет стоять на линии огня. Ладно, пусть пока тут стоит. Но если соберусь штурмовать Хогвартс — я знаю, что мне нужно и где это искать.
Теперь я смотрел на обычный летающий волшебный ковёр.
— Спортивный ковёр якобы производства фирмы «Пыльная буря», — пояснил мне один из заимперенных. — Хотя это просто английская подделка под известную персидскую фирму. — Предположительно, проклят.
— Что, летать перестал? Или взрывается? — спросил я.
— Не совсем, — уклончиво ответил заимперенный. — Мы ещё точно не знаем, в чём причина, но теперь летательные свойства ковра имеют тенденцию внезапно сменяться летальными. Это происходит как только скорость достигает ста восьми миль в час, при условии, что высота больше сорока метров. Проще говоря, на дикой скорости и на значительной высоте пассажир ковра неожиданно обнаруживает, что он находится в свободном падении, а его конечности плотно обмотаны крепкой, сковывающей движения, но совершенно не смягчающей удар тканью. — Заимперенный замялся. — Честно говоря, если бы не предварительная продувка в аэродинамической трубе, у нас бы уже начался дефицит големов-испытателей. С моей точки зрения, пилотируемый летательный аппарат, который внезапно сам собой превращается в кирпич, не может претендовать на определение «летательного».
— Мы продолжаем работать над этим интересным инцидентом, — добавил другой заимперенный. — Особенно нас заинтересовал тот факт, что этот эффект проявляется при скорости, измеренной в милях в час, но при высоте — в метрической. Хотя встроенное заклятие-высотометр градуировано в футах, и во все встроенные системы действительно передаются футы, а ничего похожего на вычислитель мы не обнаружили. Как это у него это получается, мы бы хотели знать!
В последнее время часть заколдованных нами маггловских приборов попала к Министерским. Те даже организовали их изучение. Это имело двойной смысл — вербовать заинтересовавшихся невыразимцев и в будущем посмотреть результаты деятельности Отдела Тайн. Вот например эти винтовки, мины и гранатометы, с помощью которых заимперенные пытались убить Аластора Грюма. Сейчас мы копировали отчеты министерских по исследованию наших образцов и забирали назад все транспортабельное. Мы были не в силах исследовать сразу всё, поэтому позволили части утечь, чтобы потом забрать результаты от Министерских.
Третий заимперенный начал что-то говорить про их трофеи: «Знание о существовании некоей технологии наложения чар при отсутствии возможностей ей пользоваться ничем не отличается от незнания», но я уже не слушал.
Империус это очень полезное заклятие. Маги не отвлекаются от работы, думают, что мы проверяющая комиссия и на всё имеем право.
Через три часа погрузка была завершена. Пора уходить.
Но у меня появилась ещё как минимум одна идея. Поэтому я и Пожиратели Смерти, кроме тех, что стерегли груз и стояли в охранении, получили прямой приказ и отправились в Комнату Смерти.
Новая комната, прямоугольная и слабо освещенная, была размером с Комнату Времени, но была почти пустой. Пол её спускался вниз ступенями, образуя огромную каменную яму футов двадцати в глубину. Мы стояли на самой верхней из этих крутых каменных ступеней, или скамей, амфитеатром идущих вокруг всей комнаты, — глядя на них, я вспомнил зал заседаний для полного суда Визенгамота. Но тут вместо стула с цепями на дне ямы возвышалась каменная платформа, а на ней — каменная же арка, покрытая трещинами, такая древняя и ветхая на вид, что непонятно было, как она еще не рассыпалась в пыль. Проем арки, стоящей на платформе без всяких дополнительных опор, был закрыт изорванным черным занавесом; несмотря на полную неподвижность холодного воздуха вокруг, этот занавес еле заметно колыхался, словно до него только что дотронулись. А вот в магическом зрении этот занавес совсем не был похож на ткань…
И при этом я слышал музыку и какой-то шёпот.
— Кто-нибудь ещё слышит музыку или шёпот? — спросил я.
Я почувствовал на себе пристальный взгляд своих коллег. Потом вялое «нет».
Арка Смерти — вещь очень интересная. К сожалению, здесь не мой кабинет и не дом Лестрейнджей — тащить сюда Пандору опасно, а Абидеми брать глупо — он не боец и он может меня распознать в этом виде.
— Эдвард, я кое-что проверю. Прикрой меня, — приказал я.
Мгновенно я активировал «астральное зрение». Мир преобразился. Пожиратели Смерти не изменились, но арка…
Голоса зазвучали четче, казалось, их можно понять и услышать, главное подойти поближе. Полог арки колебался, словно от невидимого ветра, предлагал ласковые объятия. Арка, несмотря на ветхость, сразу обрела своё особое очарование.
У меня возникло сильное желание пройти сквозь этот проём и я чувствовал, что это правильное и единственно верное решение.
Я начал спускаться вниз и шёл, не обращая внимания на эхо своих шагов. Казалось, надо подойти ближе и всё услышишь. Но лучше хотя бы ухо засунуть под занавес, а лучше целиком зайти…
А потом была чернота и боль. Жуткая боль.
Очнулся я в небольшой луже крови, лёжа на каменном полу и смотря в потолок уже обычным зрением.
— С тобой всё в порядке? — спросил меня Эдвард. — Рану я уже залечил.
— Что произошло? — поинтересовался я.
— С придурошной улыбкой ты пошла к Арке Смерти. Мы тебя окликнули, но ты не реагировала. Когда ты уже была близко к Арке, ты уперлась в натрансфигурированный Рабастаном барьер по обе стороны от Арки Смерти барьер. Мы решили тебя спасать, кинули в тебя заклинаниями.
Всё тело болело.
— Какими? — спросил я.
— Всякими. Отталкивающими, оглушающими, Пробой Защиты, пытались оттащить при помощи Карпе Ретрактум и чар Лассо. Если бы Рабастан не наколдовал из воздуха трансфигурированный стальной лист, чтобы прикрыть оба входа в Арку Смерти, ты бы уже была там. А так ты отлетела и ударилась головой о пол, — пояснил мне Эдвард.
— Тревоги нет, — сообщил Руквуд. — Как только вы сказали Вас прикрыть, я временно деактивировал сигнализацию, зациклив показания дежурному на пульт.