Страница 188 из 384
— Логично, — достаю нож.
— Погоди, у меня кусачки есть, — тут же вносит рационализаторское предложение сапёр.
— Да что ж вы творите, — едва слышно сипит гном. — Не надо! Я всё скажу. Стойте. А-а-а… Твари, какие же вы твари…
— Может второй отчекрыжить? — интересуется Листик, крутя перед глазами Вариса его собственный мизинец.
— Не-е-ет! Не надо! Я всё скажу…
— Слышь, Листик, — задумчиво смотрю на друга. — Мне кажется, из тебя прекрасный менеджер по продажам получился бы.
— Чей-то?! — Антошка аж рот открыл от такого заявления.
— Ты умеешь убеждать людей…
— Это называется харизма! — Листик многозначительно поднимает отрезанный мизинец вверх.
— Вы психи! — делает открытие гном.
И как давай колоться, да во всю ширь своей мерзкой душонки. Самое интересное, даже врать не пытался. Всё как на духу выложил, кто, где, с кем.
Встав, слегка пинаю пленника в бок:
— Листик, перевяжи ему руку и запри здесь. Такой болтливый персонаж, может ещё пригодиться, — и уже гному: — Ты ведь не откажешься рассказать нам много интересного про крепость, про Воронов и прочее?
— Да-да. Всё расскажу, — кивает Варис.
— Кстати, — снова присаживаюсь на корточки, — ты не подскажешь, а почему вы нас не ждали?
— А почему мы вас ждать были должны? — удивляется гном, пытаясь вытереть текущую из разбитого носа кровь.
— Ну так мы же ваш отряд ушатали, который вы на захват крепости у портала отправили.
— Так вот, кто вы такие, — гном истерично смеётся, периодически перхая из-за повреждённого горла. — Мы думали, отряд утонул. Думали катаклизм… Ха-ха…
Тьфу. Кажись, умом тронулся. Ржёт и башкой об стену стучится. Может добить? Чтоб не мучился? Я же очень милосердный тип. И тут скрипнула входная дверь. Оп-па. Всё-таки несмазанные петли это полезно.
Церемониться некогда, поэтому прописываю ребром ладони снотворного буйному гному. И мы с Листиком направляемся к открытой двери камеры. Та, что в торце коридора закрыта, чтобы если кто зайдёт не спалил отсутствия веселья. А вот нашу, решили оставить распахнутой.
А то мало ли. Пока мы тут ведём великосветские беседы о высоком. Проходи мимо, уноси всё вкусное. Да и палевно открывать, заскрипит. А там бандиты пришли, насторожатся ещё. А зачем им? Умерли и всё. А так волнуйся, потей перед смертью. Не камильфо.
И так, что мы имеем? Кто-то аккуратно крадётся, а не по-хозяйски топает. Какой вывод? Кому-то стало скучно и они пошли искать любимого командира. Вместо того чтоб как приказано вернуться к Степанычу. Мне кажется или пора заняться вопросами дисциплины? Например, набить этим нарушителям морду?
Выглядываю в коридорчик. Так, ну тут всё нормально, никого не видно. Значит наши. Ну или в крепость проник ещё какой-то диверсант, владеющий маскировкой.
Чуть расфокусирую зрение. Ага, ну так и есть, крадутся вдоль стеночки. В этом плане молодцы. Отвод глаз это вам не невидимость, если топать прямо по середине, можно в лёгкую спалиться.
— Хан, Балагур, хорош шифроваться, ходите сюда.
Парни безошибочно определяют источник звука, но меня так и не видят. Тьфу ты. Снимаю с себя невидимость и взмахом руки приглашаю присоединиться к нашей тёплой компании.
— О, пытками занимаетесь? — Вован тут же подскакивает к валяющемуся без сознания гному. — Хлипкий какой-то бандит нынче пошёл.
— Да вроде крепкий гномяра, — не соглашается Хан. — Не меньше нашего Форина. А тот, как я понял, среди их народа крепким парнем числится.
— Да не, — отмахивается Балагур, — я имел ввиду сломался быстро.
— С чего взял? — тут же проявляет профессиональный интерес Марат, но заметив на полу отрезанный палец, кивает: — Никакой фантазии, всё бы им только конечности кромсать. Мясники.
— Слышь, ты, палач-самоучка, — возмущаюсь, таким наездом. — Вы чего припёрлись?
— Ну так вас долго нет, Степаныч предположил, что ты здесь. Видел, как троица бандюков, сюда зашла. Вот и пошли проверить, а то мало ли.
— Да что с нами может случиться? — пожимает плечами Листик.
— Молот тоже так думал, — коротко хохотнув, разводит руками Балагур.
— А что с Молотом, — накатывает беспокойство.
— Крылышко сломал, — ржёт Балагур.
— Заткнись, придурок, — не выдерживает Хан. — Олежа, настоящий мужик. Он, между прочим, меня спасал.
— Да ладно, ну ты чо, братан? Я же не со зла. Нервное у меня.
— Так, а ну тихо. Хан, что с Молотом? Давай коротко и по существу, — врубаю командирский голос.
— Да ты понимаешь… — Марат стушевавшись смотрит в потолок. — Короче облажались мы. Я так понимаю, мы в местную кузницу ввалились. Темно хоть глаз коли, даже ночное зрение не помогло. Олежа обо что-то споткнулся и грохнулся. Я думал, всю крепость перебудим. Но вроде пронесло. Решили выбираться, и ведь почти ушли…
Вздыхает и, попинав подошвой пол, продолжает:
— И тут ярчайшая вспышка, а мы ещё и на ночном. Короче я в тюк ослеп, глаза думал полопаются. А Молот, видимо, спиной к вспышке стоял, поэтому ему чуть меньше досталось. И пока я там ластами махал, непонятно зачем. Мне в лоб полетела кувалда. Ну знаешь, здоровенная такая хрень, которой кузнецы по наковальне лупят.
— Да мы в курсе, — отмахиваюсь, — у Молота такая.
— Да не, там побольше бандура была, — не соглашается Марик. — Но смысл не в этом. Башку бы мне на раз снесло, но Олежа успел среагировать и сунул руку, между молотом и наковальней. Короче, ладонь в щепу, я в одну сторону, кузнец в другую, мозги в третью.
— Чьи мозги? — не догоняю. И на всякий случай, стучу Хана костяшками по лбу.
— Да не мои, — отмахивается, — кузнеца.
— Не понял, — хлопает глазами Листик. — Прилетело тебе, а мозги улетели у кузнеца?
— Р-р-р… — не выдерживает Марик. — Второй раз я это не выдержу. Балагур, дорасскажи ты.
— Короче, братва, — радостно подхватывает Вован. — Хану, конечно, прилетело, но так оглушило слегка. Олежа, реально красавчик, спас братишку. Пожертвовал рукой, во имя друга.
— Ну нахрен, — отмахиваюсь, — Хан, давай сам.
— Нет, ну вы что, постоянно на горло-то наступаете? — возмущается Балагур.
— Заткнись! — это мы в три голоса.
— В общем, Молот психанул, — продолжает Марат. — И второй рукой врезал, со всей дури своей богатырской. Тьфу, ты, мля. Заразился от этого, — неодобрительно смотрит на Балагура. — Короче, влепил в лоб. Башка и лопнула, как арбуз. Вот и всё. Вернулись к Степанычу, тот как увидел, дал Молоту пинка, и мы его спустили со стены, чтоб топал к Изи лечиться.
— А пинка, потому что идти не хотел? — уточняю.
— Естественно.
— Мдя-я-я… — чешет затылок Листик, — Балагур, хочешь совет по-братски? Ты поаккуратней подначивай Молота, а то не ровен час… — сводит вместе руки и, разводя, эпично так выдаёт: — Бабах. Хренакс. И фсё-ё-ё… Безголовый Джо-о-о…
Не успели мы поржать над шутейкой Листика, как входная дверь снова заскрипела. Смотрю на Хана с немым вопросом во взгляде, но тот только пожимает плечами. Ладно, будем посмотреть.
— Стройся! — разносится гулкий бас. — Батя трахаться пришёл. Ах-ха-хах…
Грива! Кажется, местному боссу приспичило сдохнуть. Ибо пока он топал к месту заключения девушек, громогласно рассказывал, как будет рвать огромным шлангом нежные попки…
Показав кулак звереющему прямо на глазах Листику, кивком приказываю Хану придержать его. Иначе Антошка точно грохнет этого гамадрила, а у меня к нему вопросы.