Страница 50 из 75
Макгрегор лучше других понимал, что история дала им один единственный шанс создать свое государство и таким путем освободиться от вечной зависимости от Вашингтона, который то помогает им, то бросает их на произвол судьбы, когда мировая конъюнктура меняется. Они перестанут быть людьми второго сорта, обретут не только равноправие, но и свободу.
Макгрегор хорошо знал историю не только Кубы, но и Америки, в том числе и Флориды. Открытая испанцами в 1518 году, она на протяжении трех веков принадлежала Испании, за исключением короткого периода с 1763 по S783 годы, когда ее захватила Англия. Но с начала XIX века на эту территорию стали предъявлять права Соединенные Штаты, оккупировавшие сначала западную часть Флориды в 1810 году, а затем и восточную, в 1818 году. ГИТА в 1819 году вынудили ослабленную войной с Наполеоном и понесенными потерями Испанию подписать договор, по которому она уступала США всю Флориду. Теперь они вынудят США уступить, а точнее вернуть Флориду ее испаноязычному населению…
Относительная легкость захвата Флориды насыщенной военными базами и спецчастями, объяснялась многими факторами. Наиболее дееспособное население Флориды, молодое и агрессивное, составляли в основном кубинские и латиноамериканские эмигранты, негритянская молодежь, которая стекалась в этот южный штат поживиться за счет богатых и престарелых белых бездельников, которые селились в этом райском уголке в преддверии заката своей жизни. Поэтому отпора белого населения Флориды бунту эмигрантов и не могло быть. С началом сепаратистских событий они позакрывались на своих виллах и в коттеджах, надеясь на полицию, что та их сумеет защитить.
А во все военные подразделения, в охрану баз ВВС и ВМФ, Макгрегор несколько лет внедрял своих людей, в том числе и своих сторонников среди белых американцев, ненавидевших режим Вашингтона. Все это Макгрегору сделать было не сложно, так как кубинцы зарекомендовали себя отчаянными парнями, а работа их боевых отрядов на ЦРУ была лучшей рекомендацией для внедрения на важнейшие военные объекты. И третьим важным фактором было то, что более 70 % всех жителей Флориды было сосредоточено в четырех районах: в Майами и прилегающих к нему Корал-Гейблсе, Майами-Бич, Хайалиа, Холливуде и Форт-Лодердейле, где проживало более 3,5 миллиона человек; в Сент-Питерсберге, Тампе, Клируотере, Лейкленде и Плант-Сити, сконцентрировавших в себе слившуюся городскую и пригородную зоны с численностью населения переваливший в 2005 году за 3,0 миллиона человек; а также в Джексонвилле на востоке северной части Флориды у границы со штатом Джорджия и в Таллахаси — административном центре штата Флорида на западе северной части полуострова.
Сегодня днем, когда в 12 часов 20 минут Макгрегору поступило сообщение от полковника Роберта Мэндоса, устремившегося после захвата Таллахаси на запад и остановленного черными командос у моста через реку Апалачикола, ему стало ясно, что может возникнуть междоусобный конфликт, грозящий опрокинуть всю ситуацию. Полковник передал, что алабамцы захватили западную часть Флориды, которая на две трети закрывала им доступ к Мексиканскому заливу с северной части штата. Алабамцы заявили, что эта территория теперь принадлежит Африкании, и называют Макгрегора предателем.
Макгрегор дал указание полковнику Мэндосу рассредоточить свои части вдоль берега Апалачиколы от Чаттахучи, на стыке границы штатов Джорджия и Алабама с Флоридой, и до городка Апалачикола на берегу Мексиканского залива, превратив ее в водный рубеж западной границы Новой Кубы. Он понимал, что попытка отбить 10–12 тысяч квадратных километров территории, может обернуться кровавой междоусобной схваткой с неграми, что сведет на нет все их усилия по захвату Флориды и созданию своего государства. А в случае интервенции США рассчитывать на помощь соседей уже не придется.
Система захвата Флориды, построенная на плане беспредельной жестокости к любому сопротивлению их целям, дала свои плоды. Сегодня вечером Макгрегор должен был объявить по месггной телесети состав правительства, о времени проведения референдума об отделении от США, о вводе новой денежной единицы — новокубинского реала, порядке обмена долларов на реалы и статусе доллара как иностранной валюты, о защите прав частной собственности…
После ряда встреч с Джоном Маккоем еще в 2003 году, Макгрегор понял, что три вещи нужно сделать цивилизовано, чтобы победа, если ей суждено будет осуществиться, потом могла быть признана другими странами, а ситуация в новом государстве стала подконтрольной новым властям. И главным здесь было проведение референдума, ибо воля народа от Бога является высшим законом для любой нормальной власти и дает право обеспечить выполнение этой воли любыми доступными способами.
А как обеспечить положительное решение на референдуме Макгрегор знал. Уже с утра сегодняшнего дня все радиостанции, телеканалы и компьютерные центры Флориды передавали сообщения на всю Америку с призывом ко всем кубинцам, белым, латиноамериканцам, проживающим в других штатах, ехать во Флориду строить новую жизнь, свое государство. Введение же новых денег позволяло взять под контроль всех граждан и всю экономику. Более того, введение новых денег резко сужало возможности финансового удушения со стороны Вашингтона. А защита частной собственности и иностранных инвестиций успокаивала население и показывала другим странам, что новая власть будет жестко придерживаться международных финансовых основ.
Макгрегор опасался только открытого военного вмешательства Вашингтона и поэтому готовился к худшему варианту — гражданской войне. Хотя трезвый расчет показывал, что Америке начинать одновременно войну со многими штатами, вышедшими из-под ее контроля просто невозможно. Скорее всего, она начнет их бить по одиночке, но и ей для этого нужно время. Возможно, все решит акция парней захвативших атомные электростанции, тогда передышка будет основательной и можно будет консолидироваться всем штатам, отделившимся от США и создавшим свои государства. К этому времени Калифорнийский Апокалипсис еще не наступил, а когда трагедия произойдет, Макгрегору станет ясно, что их победа состоялась…
Глава третья. Нью-Йоркская ночь длинных ножей
17 апреля 2000 года, Нью-Йорк, день
— Алло! Пятый участок полиции слушает, — механическим голосом бросила в трубку сержант Розалин Кэнвуд, дежурившая сегодня на горячей линии 5-го участка полиции, расположенного на 2-й Авеню Манхеттена. Сегодня телефоны разрывались от звонков не меньше чем в предыдущие дни. Этот понедельник добавлял только ужас ультиматума террористов, захвативших атомные электростанции. Финансовый и нефтяной кризисы, выступления сепаратистов в разных концах Америки, все отходило на второй план по сравнению с возможностью ядерной катастрофы.
Американцев давно приучили беспокоиться только о том, что рядом с ними, а остальной мир пусть горит хоть синим пламенем, лишь бы им было хорошо и безопасно. Но сегодня им было плохо, так плохо как ни одному народу. Быть богатыми, плавать в масле и вдруг одна беда за другой, и каждая последующая страшней предыдущей. А финалом может стать ядерный кошмар у твоего дома. Умирать не хочется никому, но особенно богатым, кому есть что терять. Особенно тем, кто грабил, занимался финансовыми аферами, сколачивая капитал с угрозой для жизни…
— Ты, сучка легавая, соединяй со своим шефом, да побыстрей, если не хочешь чтобы мы отрезали голову его жене, — раздался хриплый голос.
— Кто это говорит? — бросила в трубку Кэнвуд, щелкая пальцами оператору, давая знак, чтобы засечь, откуда ведется разговор. Но это было бесполезно. Разговор велся по телефону сотовой связи из мчащейся по Куинсу машины.
— Ты что, легавая, с ума сошла? Жена и двое детей капитана Райта у нас в руках, быстро соединяй, мать твою так! — заорал на нее из трубки голос невидимого террориста.