Страница 14 из 75
И наконец, Джон, последнее. Ты знаешь, что ФБР и АТФ — бюро по контролю за продажей алкоголя, табака и огнестрельного оружия, что-то пронюхало о закупках оружия и о готовящемся выступлении. Группа агентов, направленная в декабре прошлого года в помощь бюро ФБР в Техасе, Луизиане и Алабаме, была нами уничтожена в разные сроки. В Сан-Антонио была инсценирована автодорожная катастрофа с бензовозом, там все сгорели. А в Новом Орлеане и Бирмингеме все было закамуфлировано под пьяные драки. Но ФБР направило к нам новые группы. Они работают уже почти месяц, но так ничего пока и не нашли. Остались только зацепки по провозу оружия и созданию военизированных отрядов. Но свидетелей мы убрали еще в конце февраля.
И тем не менее, мой человек из министерства юстиции, два дня назад сообщил мне, что по фактам убийства агентов ФБР, оголтелой пропаганды сепаратизма и не раскрытым делам провоза оружия, ФБР и АТФ готовят шесть больших групп своих сотрудников с привлечением специалистов из министерства юстиции и где-то в середине апреля они должны будут начать генеральное расследование в Техасе, Луизиане, Алабаме и непосредственно в Сиэтле, там тоже прокололись на утечке информации о закупках оружия.
Учитывая такое положение, может нам не стоит дожидаться землетрясения в Калифорнии, не рисковать затяжкой выступления? Вдруг землетрясение не произойдет, и мы потеряем время? Напряжение достигло своего пика. Нужно срочно определяться. Что будем делать?
Столберг сделал глоток бургундского из бокала и, поставив его на стол, приложил салфетку к губам.
— Да, обстановка крайне напряженная, но паниковать не следует. Ведь у вас все практически готово. Так что для того, чтобы дать команду и развернуть массовое выступление вам понадобится максимум 6–8 часов. Подумай сам. Что может федеральная власть сделать за 6–8 часов? Ничего! Вы за двое суток способны взять под контроль всю жизнедеятельность штатов, вы к этому готовились долгих пять лет, но еще до этого времени, десятки и более лет эта мысль формировалась из поколения в поколение у тех, кто не дал сделать себя послушным орудием в руках сионистского Вашингтона.
Второе. Будет Флорида в руках кубинский эмигрантов, или останется в руках белого населения, или отойдет к Черной Америке не суть важно. Важна победа в целом. То есть, гарантированное создание республики Техас, Свободного Американского Запада или, скажем, Черных Штатов Америки. Важна общая победа. Вместе ее завоевать можно, порознь — сложно. Поэтому только совместное выступление всех штатов, решившихся на эту акцию и решимость лидеров всех движений идти до конца, обеспечат победу.
Что же касается штата Миссури, что здесь уже ничего не изменить и лидеры из Нового Орлеана мудро поступили, посоветовав им в Миссури сейчас особенно не дергаться. Когда все начнется, просто нужно будет послать туда 10–12 тысяч подготовленных людей и помочь овладеть ситуацией. Я думаю, все находится в такой стадии, что никакие меры Вашингтона не смогут предотвратить выступление парода и создание ряда независимых государств.
Главное, что и вы в Техасе, и негры в Новом Орлеане создали мощную военную силу, способную не только вас защитить, но и обеспечить защиту вновь созданных государств. А в области экономики вы подготовились весьма фундаментально. Освободились от запасов долларов США, создали резерв евро и швейцарских франков, золота, платины, завладели контрольными пакетами крупнейших компаний, нефтяных и газовых фирм и месторождений. Не забывайте и о главном рычаге давления на Вашингтон — нефти и газе. Тот кризис в энергоносителях, который сейчас набирает силу и очевидно станет мировым, очень поможет вам.
Джон Столберг посмотрел на часы и сказал Маккою: “Тебе пора. До вылета осталось час и десять минут. Думаю, больше нам встречаться до вашего выступления не придется, поэтому общаться будем, как всегда, через курьеров. Уверен, что через месяц я смогу поздравить тебя на посту министра финансов независимого Техаса. С нами Бог!” С этими словами Столберг обнял Маккоя и похлопал его по спине. Маккой взял дипломат и вышел сопровождаемый Стоуном к ожидавшей их машине….
Через полчаса Столберг уже входил в здание своей фирмы на Манхаттене. Пожилой негр-лифтер склонил голову в знак почтения и произнес:
— Здравствуйте сэр, вы отлично сегодня выглядите.
— Спасибо, Бен. Как семья, как успехи у Ричарда? Насколько я помню, он заканчивает в этом году университет?
У старого Бена навернулись слезы на глаза. Это же надо, такой большой человек, миллиардер и помнит о семье простого негра. От одного этого участия Бен готов был умереть за Столберга. Он пришел в корпорацию Столбер-га “Трейд Билдинг Корпорейшн” в 199! году, когда остался без работы. Возраст, 46 лет, был критическим и брать на работу его нигде не хотели, а на руках двое детей и младшему Ричарду только 9 лет. Но его взяли в корпорацию младшим лифтером. С той поры много воды утекло. В 2000 году Ричард был задержан полицией за уличную драку, и при обыске у него обнаружили несколько пакетиков марихуаны. Молодому 18-летнему парню грозило до трех лет тюрьмы и испорченная на всю жизнь биография. Только личное вмешательство Джона Столберга помогло спасти сына Бена от тюрьмы. С его помощью Ричард поступил в университет и в этом году должен стать дипломированным юристом.
— Да, сэр, большое спасибо. Это благодаря вам Ричард получит образование и сможет стать достойным человеком.
— Нет, Бен. Это твоя заслуга. Ты вырастил хорошего, толкового парня. А я только помог ему подняться, когда он немного оступился в нашем очень непредсказуемом мире. Но кто у нас не спотыкается в юности, — и Столберг рассмеялся. — Место в корпорации ему зарезервировано, как я обещал.
В этот момент лифт остановился на 32-м этаже, и Столберг, выйдя из лифта, кивнул головой охране, здороваясь с ними, и направился в свой кабинет. Войдя в приемную, он поздоровался с секретаршей.
— Сюзи, меня нет, мне нужно поработать в спокойной обстановке. — И Столберг вошел в кабинет. Сняв плащ, он подошел к торцу большого книжного шкафа и нажал невидимую глазу кнопку. Одна секция шкафа выдвинулась вперед и повернулась на 90 градусов, обнажая стену с вмонтированным в нее большим сейфом. Открыв его, Столберг достал из специального отделения несколько папок и, закрыв сейф, пошел с папками к столу. Бросив папки на стол, он подошел к стене, состоявшей сплошь из 10-ти миллиметрового, особо прочного стекла. Фасад 36-этажного здания корпорации выходил на Гудзон. Это новое здание фирмы Столберг построил в 1996 году. Он выбрал скромный, но элегантный, с архитектурной точки зрения, проект маленького, по меркам Нью-Йорка, здания, которое никто в конце ХХ-го века, даже с натяжкой не мог бы назвать небоскребом. Со шпилем его высота составляла всего 126 метров.
Здание корпорации было расположено на южной оконечности Манхаттена, на набережной реки Гудзон, недалеко от Бэттери-парка. Остановившись у стеклянной стены кабинета заменявшей окно, он смотрел на косые лучи солнца отсвечивающие бликами на стеклах небоскребов Джерси-Сити, расположенных напротив здания его фирмы на другом берегу Гудзона. Справа высились громады новых зданий Юнион-Сити, а слева была бухта Аппер-Бей, сплошь усеянная яхтами, стоящими на приколе. “Скоро начнется сезон, на носу апрель”, — подумал Столберг и, повернувшись, возвратился к столу.
Кабинет площадью 60 квадратных метров имел мало мебели и много свободного пространства. Справа от большого стола из вишневого дерева в стене были вмонтированы мониторы, на которых отображалась информация по торгам ценными бумагами и валютами на крупнейших биржах мира: Нью-йоркской, Лондонской, Цюрихской, Франкфуртской, Парижской, Московской, Токийской, Пекинской, Гонконгской. Слева, на большом мониторе, шла конечная информация о котировках акций и прочих ценных бумагах.
Операция на фондовом рынке Америки, задуманная Столбергом и его соратниками в целом ряде штатов, а также в Европе и Азии, должна была потрясти финансовые основы США и низвергнуть бумажно-долларовую пирамиду дутого финансового могущества Соединенных Штатов. Экономический бум Америки в годы второй мировой войны, когда десятки тысяч предприятий получали огромные заказы от Федерального правительства, обеспечивался в основном за счет печатного станка. Денежная масса удвоилась, но Европа спасла США.