Страница 17 из 151
Нирен.
Вышло все даже хуже, чем я ожидал.
Вообще, даже изначально ситуация была, как часто бывает, по-идиотски безвыходная и безвыходная в своем идиотизме. Мне было необходимо переговорить с Тогой с глазу на глаз; мне было важно поймать ее врасплох; и мне кровь из носа необходимо было сделать это до того, как на горизонте появится Киотака. Которого должны были выписать прошлым вечером, то есть он либо будет через пару часов, либо уже вернулся.
Я думал об этом и так, и эдак, но ничего более удачного, чем просто-непросто припереться к ней в комнату рано утром, пока все еще спят, не придумал.
Ну а как иначе? Надеяться, что он не будет за нами следить?
Ну и черт с ним. Быть героем означает, в том числе, иногда пренебрегать социальными нормами и тем, что о тебе кто-то может подумать.
«Посыпать голову пеплом буду потом», — подумал я тогда.
Сделать это — то есть проникнуть к ней — было не особо сложно. В целом, Химико не сильно стремилась впускать кого-то к себе в жилье, даже меня, но в то же время всегда радостно открывала двери, если наступало «время дружеской услуги». Вчерашним днем, когда я заходил, донировал кровь, помечал таблетки и надеялся на лучшее, я заодно промаркировал и ее саму, так что точно знал, что она лежит в кровати. И ее нож, на всякий пожарный.
А дубликат ее ключа я заимел еще на второй день учебы. Было бы глупо его не сделать, учитывая все, что я тогда про нее знал и думал, и тем более учитывая то, что это я, по сути, занимался заселением яндеры в общежитие.
Поднявшись и приведя себя в порядок в три часа утра — не люблю сбивать режим, но в госпитале я выспался на неделю вперед, переживу — без пяти четыре я тихо открыл дверь ее комнаты и зашел внутрь.
Квартира Химико была даже менее обжитой, чем моя: кровать, стол, стул. На столе лежал ее плеер. Пустой комод с приотворенной дверцей. На нем стояли таблетки и будильник, который я ей купил.
Нож она, как я уже знал благодаря маркерам, хранила под подушкой. Куцый набор одежды в шкафу — школьная форма, спортивная форма, форма ее старой школы и пара маек, что она стащила от меня — наполовину висел, наполовину валялся в углу.
И все. Больше у нее ничего не было. Как я понял, она сбежала из дома налегке, не взяв даже минимума вещей. Каково же ей там жилось, не представляю…
Решив не откладывать неприятный разговор, я включил свет.
Не знаю, что я рассчитывал увидеть.
Но увидел то, что девушка во сне натурально грызет саму себя. Струйка крови вытекала из угла рта и сбегала по предплечью, пачкая постельное белье.
*ля*ь. Все действительно плохо.
Желтые глаза медленно открылись. Сонная, заспанная Химико, еще не заметив меня, стоявшего у окна — я рассчитывал дать ей время хотя бы прийти в себя и одеться — медленно облизнулась и посмотрела на часы.
Я сокрушенно качнул головой.
А в следующий миг меня ударили ножом в лицо.
— Твою мать! — выругался я, и промаркированное мной лезвие с грохотом и звоном вылетело из руки девушки, которая начала атаковать меня-вторженца. И воткнулось в потолок прямо над нами. Я замер в оборонительной стойке, Химико пригнулась в атакующей, а потом… ойкнула, шмыгнула носом и завернулась в одеяло.
Я моргнул.
… черт побери, да какого черта она совершенно голая спит⁈ Мы же в Японии, тут… пижамы… только не говорите мне, что она в меня и на ночь превращается…
Выпавший из потолка нож, тюкнувший меня рукояткой по макушке, поставил жирную точку в моих умозаключениях.
Б**ть, да что ж все через жопу-то…
В сердцах выругавшись, я вытащил стул в центр комнаты — большого смысла беспокоиться о тишине уже не осталось — и сел. Потирая глупую голову.
Вздохнув, уставился на девушку. Тога, натянув одеяло до подбородка, исподлобья смотрела на меня — розовая и растрепанная.