Страница 24 из 101
Да ведь, по правде, не сказать, что малахи не справились бы с измененным сами. Да, может, тварь и вырезала пару родов, но там людей было мало, не собрали они еще войско. И если измененный стал измененным еще летом, чего малахи так тянули? Ждали холода? Да и план убийства был вполне очевидным. Я бы тоже догадался, только не сразу. Можно было бы еще яму выкопать и заманить тварь туда. Хотя она такая здоровая, что замучаешься рыть, и земля там, в горах, сплошной камень. Да и самый завалящий норд на семнадцатой руне сумеет залезть на любую скалу или вылезти из любой дыры, будь то хоть сама бездна. Да, придавить скалой понадежнее будет.
В общем, мыслей было много, и все они мне не нравились.
Мне не нравились южные земли. Не нравились южные норды, бритты и малахи. Не нравилась их тухлая зима и постоянные чахлые дождики. И конунг тут дерьмовый.
На севере было проще. Вот ты. Вот враг. Деритесь!
Я хотел на север. В море. В холода. К изогнутым фьордам.
Но мы перли по бесконечным лесам Бриттланда, который никак не мог решить, зима у него или нет. Какие-то деревья сбросили листву, какие-то остались зелеными. Трава вроде пожухла, зато густые шапки мха не потускнели. У нас нынче сугробы размером с дома, а тут сморчки повысовывали сморщенные шляпки. Я потянулся за одним грибом, так малаха подскочила ко мне, ударила по руке и сердито выбранила.
— Чего? Гриб же. И не поганка. Сморчки мама готовила.
Полузубый, проходя мимо, бросил:
— Это другой гриб. Помрешь ведь.
В малахские селения мы нынче не заглядывали и на другой день уже дошли до Синелицых, а там…
А там нас ждал подарок сине-белой большухи.