Страница 19 из 81
— Такому большому парню, как ты, нужен белок, а не только тосты на завтрак, — сказала теперь Ильдария, возвращая его взгляд к своему улыбающемуся лицу. — Я приготовлю тебе омлет.
Хрюкнув, Джи Джи повернулся и повел их на опрятную кухню ночного клуба. Она была не такой большой, как в клубе смертных, но и не крошечной. Большую часть комнаты занимали промышленные холодильники для хранения крови, но были также гриль, духовка, микроволновка и кастрюли и сковородки, свисающие с центральной полки.
Джи Джи отремонтировал кухню, когда купил заведение. Он работал задолго до наступления темноты и после рассвета в ночном клубе, и, будучи смертным, он должен был есть. Он не хотел каждый раз бегать в фаст-фуды, поэтому кухня была необходимостью. Теперь он сделал паузу и повернулся к Ильдарии, рассеянно гладя все еще прижимающегося ЭйчДи когда он увидел ее реакцию на кухню.
— Мило, — произнесла она, но ее глаза были широко раскрыты и светились, когда она вглядывалась в блестящие поверхности из нержавеющей стали. Переведя на него взгляд, она подняла брови. «Так? Омлет. ?»
«Я не хочу, тебя обременять, — мягко сказал Джи Джи, но при упоминании омлета у него потекли слюнки, и он был рад, когда она пошла проверить холодильники, быстро найдя маленький с едой внутри.
— Ничего страшного, — заверила она его. «И посмотри. Все ингредиенты в наличии.
Джи Джи смотрел, но не на яйца, сыр, лук и перец, которые она доставала. Вместо этого его взгляд остановился на ее ягодицах, где юбка туго обтягивала пышные формы, когда она наклонилась, чтобы проверить полки.
«Чем могу помочь?» — спросил он, отводя взгляд от ее спины, когда она выпрямилась.
— Приготовь тосты, — приказала Иьлдария, неся то, что она нашла, к кухонному столу из нержавеющей стали, прежде чем вернуться к холодильнику за молоком.
Он наблюдал, как она поставила молоко рядом с другими ингредиентами, но когда она схватила нож и начала чистить и нарезать овощи, он опустил ЭйчДи и пошел за хлебом, маслом, тарелкой и ножом, прежде чем остановиться, чтобы спросить: «Ты завтракала? Принести тебе тоже тарелку?
«Нет. Я в порядке, — заверила она его. «Маргарита готовит большие завтраки каждое утро, и я поела перед отъездом».
Кивнув, он отнес продукты к прилавку, где ждал тостер, и поставил все на стол.
Минуту они работали молча, а потом Ильдария спросила: — Итак… вчера ты так и не ответил на мой вопрос. Как смертный стал владельцем и управляющим ночного клуба для бессмертных?
Джи Джи при этом вопросе оглянулся, его взгляд скользил по ее фигуре, пока она работала. Он ожидал, что она спросит Маргариту или что Маргарита сама расскажет, но, видимо, этого не произошло. Или, возможно, она хотела услышать его точку зрения, поэтому он рассказал: «Мои мать и отец купили это для меня на мое восемнадцатилетие».
«Ух ты.» Она не сводила глаз с ножа и быстро нарезала перец, красный и зеленый, заметил он. «Я слышала о часах, браслетах и даже автомобилях, которые дарят на дни рождения. Но я впервые слышу, чтобы кому-то подарили бизнес».
«Ага.» Джи Джи сделал невинное лицо и быстро открыл хлеб. «Это было немного чересчур. Я вернул им деньги так быстро, как только смог, из прибыли».
«Действительно?» Она с удивлением посмотрела на него.
Джи Джи кивнул, но больше не стал комментировать и повернулся к ней спиной, чтобы положить четыре куска хлеба в тостер.
Ильдария на мгновение замолчала, единственным звуком в комнате был щелк, щелк, щелк ножа, ударяющегося о поверхность из нержавеющей стали, а затем она прокомментировала. — Ты называешь Роберта отцом.
Джи Джи пожал плечами. «Он единственный отец, которого я знаю. Родного отца не помню. И Роберт был моим отцом на всех важных этапах моей жизни с тех пор, как мне исполнилось пять лет. Это тридцать два года. Он заслужил этот титул».
Джи Джи оглянулся как раз вовремя, чтобы увидеть ее кивок, и любопытство заставило его спросить: «А как насчет тебя?»
«А что я?» — легко спросила она.
«Как насчет твоих родителей?» он уточнил. «Они-?»
— Мертвы, — сказала она ровным голосом. «Давно мертвы».
Джи Джи подумал, но потом спросил: «Они не были бессмертными?»
«Нет.» Голос Ильдарии был почти глухим.
— Значит, в какой-то момент ты была обращена, — сказал он, нахмурившись, когда воспоминание о криках матери зазвенели в его ушах, и видение кожи на ее лице подпрыгивало и рябило, как будто оно кипело, и как она вцепилась в свой живот, словно пытаясь разорвать его. Роберт пытался остановить ее, но она была неудержима, и Джи Джи убежал при первом же виде крови, проступившей под ее пальцами.
«Меня инициировали в переулке Пунта-Каны, когда мне было четырнадцать».
Эти слова отвлекли Джи Джи от его воспоминаний, и он пристально посмотрел на нее. Ее голос звучал пусто, без эмоционально. Он на мгновение нахмурился, а затем сказал почти с недоверием: «Твой спутник жизни провел оборот в глухом переулке?»
— Он не был моим спутником жизни, — мрачно сказала она.
— Тебя обратил изгой? — спросил он, озабоченно нахмурив брови.
«Нет. . Я не знаю, — сказала она наконец. «Это был мудак, который напал на меня, но я не знаю, был ли он изгоем». После паузы она призналась: «Я случайно инициировалась, когда отбивалась от него». Смахнув перцы руками, она бросила их на сковороду с маслом, а затем взяла лук только для того, чтобы остановиться и поджать губы. — Ты любишь лук и перец, не так ли?
— Да, — сразу же сказал он и увидел, как она расслабилась и принялась нарезать лук кубиками. Он хотел спросить о нападении и о том, как она случайно инициировалась, но она вдруг показалась… отстраненной. Как будто она отключила свои эмоции. Казалось, лучше подождать. Кроме того, вероятно, это было что-то вроде обращения Джеки Аржено. Джеки была частным детективом и женой Винсента Аржено, одного из племянников Маргариты. Джеки укусила бессмертного за руку во время нападения, а затем непреднамеренно проглотила нано-кровь, когда боролась с нападавшим. У нее было достаточно, чтобы начался оборот. Случайно обращенная можно сказать.
Звук тостера привлек его внимание, и Джи Джи повернулся, чтобы выхватить из тостера горячие кусочки хрустящего хлеба. Он бросил их на тарелку и начал смазывать маслом.
«У тебя есть братья или сестры?»
Джи Джи покачал головой в ответ, но потом, поняв, что она наблюдает за тем, что делает, и не поднимает глаз, чтобы увидеть движение, сказал: «Нет. Я единственный ребенок.»
— У твоей матери и Роберта не было совместного ребенка? — спросила она с удивлением.
— Пока нет, — легко ответил он, а затем слабо улыбнулся и добавил: — Но я уверен, что они над этим работают. Думаю, моя мама просто хотела дождаться, пока я вырасту. Или, может быть, они просто хотели насладиться друг другом, прежде чем иметь дело с подгузниками и прорезающимися зубами». Закончив намазывать маслом тост, он отложил нож в сторону и отнес тарелку туда, где она работала, добавив: «Я не могу себе представить, прорезывающиеся зубы это боль, а клыки— это то еще веселье».
Ильдария усмехнулась этому предложению. «Нет. Я так не думаю.
Он наблюдал, как она закончила с луком и собрала его, чтобы добавить к перцу, а затем прокомментировал: «Я сомневаюсь, что кормить грудью с клыками тоже весело». После короткой паузы он задумчиво добавил: «А может, и нет. Подобно смертным младенцам, бессмертные, вероятно, не имеют зубов при рождении».