Страница 12 из 65
– Может быть, мне лучше прийти в другой раз.
– Нет, пожалуйста, не уходи, – попросила Эшли.
Тэннер перевел взгляд на Сьюзен.
– Говорите, мисс, – сказал он мягко. – Я бы очень хотел послушать, что вы скажете.
Сьюзен облизала пересохшие губы.
– Только если вы пообещаете, что все останется между нами. Никто не должен знать.
Эшли колебалась, можно ли такое обещать, но Тэннер твердо сказал.
– Мы обещаем.
Сьюзен была на грани обморока, но взяла себя в руки.
– Я знаю, кто напал на Пратта Слейтера. Когда я услышала, как вы пообещали капитану Креймеру найти виновного, я решила уговорить вас не стараться раскрыть это дело.
Эшли была поражена.
– Почему? Разве ты не хочешь, чтобы совершилось правосудие?
Сьюзен печально улыбнулась.
– Правосудие свершилось бы в том случае, если бы Пратт Слейтер был убит.
Тэннер сразу все понял.
– Слейтер обидел тебя, правда, Сьюзен? Жаль, что он еще жив и способен причинять зло женщинам!
Сьюзен залилась слезами.
– Он подстерег меня однажды вечером неподалеку от лагеря, набросился и взял меня силой. Я плакала и грозила рассказать родителям, но он обещал жениться на мне, когда мы доберемся до Орегона, и я ему поверила. Он так раскаивался, просил прощения. Он даже уговорил меня, и два раза в неделю мы с ним встречались за фургонами. – Она рыдала и говорила едва слышно.
– Ну, негодяй, – сказал Тэннер с отвращением.
Эшли обняла девушку, стараясь утешить ее.
– А что потом? Кто пытался убить его?
– Две недели назад я сказала ему, что я… – Сьюзен пристыжено опустила голову, – что у меня будет ребенок. Я хотела, чтобы мы обвенчались в Форт-Бриджере. А он только рассмеялся. Сказал, что совсем не собирался на мне жениться и только воспользовался мной, пока не подвернется кто получше. Тогда мне хотелось умереть.
У Эшли сердце заныло от жалости. Она видела, что Тэннер тоже переживает.
– Я не знала, что делать, – продолжала Сьюзен. – Я не могла сказать матери и отцу и рассказала все брату. О, Эшли, это я во всем виновата. Сет молод и горяч. Он сказал мне, что займется этим сам, и договорился встретиться с Праттом вечером недалеко от лагеря. Сет был таким мрачным, когда вернулся, я сразу поняла: случилось что-то ужасное, думаю, это Сет пытался убить Пратта Слейтера.
Тэннер сплюнул.
– А почему ты решила рассказать это нам Сьюзен?
– Я боялась, что вы дознаетесь до правды и сообщите все капитану Креймеру. Мой брат так молод, у него вся жизнь впереди. Он не способен хладнокровно убить человека. Пратт, должно быть, сказал что-то, что его разъярило.
Тэннеру нетрудно было представить, как Слейтер подстрекает молодого Сета.
– Так ты собиралась молча смотреть, как меня повесят?
Сьюзен опустила голову.
– Я надеялась, что до этого не дойдет. Не знаю, как бы я поступила в таком случае. И не знаю, как повел бы себя Сет.
– Возвращайся в свой фургон, Сьюзен. Мне нужно подумать.
Сьюзен ушла.
– Ну и что ты теперь будешь делать – спросила Эшли, вглядываясь в решительное лицо Тэннера.
– Я знаю молодого Сета. Не думаю, что он способен на убийство.
– Если не он, тогда кто же?
– Не знаю, но обязательно это выясню. Я вернусь завтра на место преступления и поищу там.… Но сначала переговорю с Сетом.
– Ты надолго едешь?
Он усмехнулся:
– Что, Янки, будешь скучать по мне?
– Ага, как по зубной боли, Мятежник, – отозвалась она.
Он рассмеялся. Его смех ей понравился. Тэннер вообще редко смеялся, а если это и случалось, то его смех обычно отдавал горечью.
– Возможно, меня не будет пару дней. Если тебе понадобится помощь, попроси молодого Тодда, брата Нэнси Линд.
Эшли кивнула.
– Когда ты едешь?
– Перед рассветом. Собери мне еды в дорогу и оставь на ступеньке сзади фургона. А я пока пойду потолкую с Сетом Джонсом.
Эшли долго ждала, пока Тэннер вернется, и, наконец, почувствовала, что у нее слипаются глаза. Она разделась и легла, недоумевая, о чем Тэннер и Сет так долго разговаривают. Она почти заснула, когда услышала, как он забирается в фургон.
– Янки, ты спишь?
Эшли протерла глаза и села.
– Нет, не сплю. Ты говорил с Сетом?
– Он сбежал из обоза. Я ездил по холмам, искал его.
– Сбежал? О Господи! Ты нашел его?
– Нет. Этот дурачок не понимает, как опасно разгуливать в одиночку по индейской земле. Я уже несколько дней замечаю следы индейцев.
Эшли ахнула.
– А почему же ты ничего не говорил?
– Я сказал капитану Креймеру. Он тоже заметил, что за нами следят. Мы оба считаем, что, если бы индейцы собирались на нас напасть, они бы давно это сделали. Креймер не раз провозил переселенцев по этому пути. Он сказал, что это индейцы из племен сиу, и, когда сочтут нужным, они появятся и потребуют плату за проезд по их землям.
Эшли стало не по себе.
– Боже мой, индейцы! А вдруг с нас во сне снимут скальпы? Нет, ты не можешь уехать и оставить меня.
– Но я должен. Мы скоро будем в Форт-Бриджере, а если к тому времени не установят, кто покушался на Слейтера, меня передадут в гарнизон форта для допроса. Что, если Слейтер придет в себя и укажет на меня? Ведь я мятежник, Эшли, и он меня ненавидит. Меня объявят виновным без долгих разбирательств. Я должен найти того, кто это сделал, если не хочу оказаться в тюрьме. Покушение на убийство – серьезное обвинение.
– А что ты надеешься отыскать?
– Не знаю, может быть, вообще ничего не найду. Если бы Сет не сбежал, мне было бы проще. Ладно, если я вас не догоню, встретимся в Форт-Бриджере. Скажи Креймеру, куда я поехал.
Испуганная что на Тэннера могут напасть индейцы, Эшли издала звук, подозрительно похожий на всхлипывание.
– Будь осторожен, Мятежник.
И вдруг Эшли порывисто прижалась к Тэннеру и с невинной пылкостью подставила для поцелуя губы. Его ответ отнюдь не был невинным. Он впился в ее губы яростно и властно. Потрясенная, Эшли едва дышала. Она чувствовала его напряженное тело рядом с собой, ощущала его губы и язык. Забыв обо всем, она тонула в неведомых ощущениях, все глубже затягивающих ее в огненный водоворот. Язык Тэннера проникал глубоко между ее губ, а внизу его пульсирующая плоть прижималась к ее телу. Она прильнула к нему, не обращая внимания на сигналы, которые тщетно подавал разум. Она хотела его. Ей казалось, что она ждала этого всю жизнь. Они ведь обвенчаны. Кто, как не жена, имеет право вкусить наслаждение, которое может дать ей Тэннер?
– Тэннер, – прошептала она. – Тэннер…
Из-за шума в ушах она не слышала, ответил он ей или нет. Он уложил ее на постель и лег, накрыв собою. Его руки ласкали ее сквозь тонкое полотно сорочки. Вдруг он в нетерпении рванул рубашку и зарылся лицом в ложбинку между ее грудями, а Эшли крепко обхватила его за плечи. Голова Эшли была откинута назад, и он покрывал ее шею поцелуями, самозабвенно лаская ее тело. Никогда еще она не испытывала такого желания. Эшли вскрикнула, заблудившись в мире непривычных Ощущений, о которых и не подозревала. Тэннер и раньше целовал ее и дотрагивался до нее, но те ласки были лишь слабым вступлением к тому, то происходило сейчас.
– Эшли ты уверена? – вдруг просипел Тэннер, весь во власти Такого сильного возбуждения, какого он давно не испытывал.
Эшли не могла вникнуть в смысл его слов, сейчас она способна была лишь чувствовать, но не рассуждать.
– Эшли, черт побери, отвечай! Как же тогда аннулировать брака? Мне трудно остановиться, но понимаешь, что тогда наш брак не будет фиктивным. От таких дел появляются дети!
Наконец до нее дошел смысл его слов. Она ведь не будет всю жизнь замужем за мятежником! В его прошлом слишком много темных тайн, он ненавидит всех янки, значит, ненавидит и ее. Их любовный порыв всего лишь вспышка вожделения. И, причем тут ребенок? О Господи, ну конечно! Эшли знает, что к чему, она ведь не какая-нибудь наивная барышня. Единственная цель ее путешествия – помочь брату. И совершенно ни к чему обременять себя мужем да еще и ребенком. Эшли застыла.