Страница 4 из 68
Таймураз Хадышев был прирожденным воином и привык проблемы разрешать с воинской простотой. «Людей нужно было внедрять не на химкомбинат, а в расположение ближайшей артиллерийской части. Несколько залпов «Пиона» и «Акации», а еще лучше один залп «Града», и весь комбинат в руинах, облако отравляющей химии плавно движется к Москве (нужное направление ветра можно было выждать), а главное, исполнителям не нужно вплотную подбираться к комбинату. Сидели бы за десятки километров, что давало приличную фору во времени.
Ничего этого не произойдет, потому что ставка в свое время была сделана на другой метод.
Повернув голову, «бригадный генерал» посмотрел на стоящего бестелесной тенью своего помощника. Юноша при Хадышеве находился еще с первой чеченской войны, на его глазах он взрослел, закаляясь в горниле кровопролитных боев, превращаясь из безусого подростка в настоящего воина. За эти долгие годы Таймураз свыкся с мыслью, что Мирзо постоянно возле него, и в глубине души считал его своим сыном.
– Холодает, – широко раздув ноздри, Шайтан глубоко вдохнул ночной воздух. – Скоро в горах выпадет снег, нужно торопиться. Завтра объяви всем, чтобы готовились. Ночью возвращаемся в Ичкерию.
…Менеджер египетской страховой компании Зульфия Мехли, она же офицер Службы внешней разведки Алена Воронцова, прилетела в Стамбул из Каира. Официально – расширение бизнеса («Глобус-Плюс» вела переговоры о слиянии с турецкой страховой компанией «АтТюрк»), неофициально, и это было главной задачей, Воронцова выступала координатором в совместной с ФСБ операции. От нее требовалось обнаружить яхту «Аграба» и собрать о ней как можно больше материалов, которые впоследствии она должна передать полковнику Христофорову, главному разработчику операции «Флинт».
В аэропорту Зульфию встретил представитель компании «АтТюрк», немолодой дородный мужчина в строгом черном костюме, ослепительной белизны рубашке с черным галстуком и черных лакированных туфлях с острыми носками. Прилетевшая бизнеследи знала, что встречает ее лично глава фирмы.
Турки были сильно заинтересованы в слиянии с крупной египетской компанией, имевшей свои филиалы в семи арабских и двух европейских странах. Для небольшой фирмы это открывало поистине заоблачные перспективы.
– Добрый день, госпожа Мехли, – первым поздоровался турок. – Как долетели?
– Благодарю, господин Рохмани, – ответила дама. – Полет прошел нормально, но за последний месяц мне пришлось достаточно поколесить по свету, а это слишком утомляет. – Женщина тяжело вздохнула и, устало улыбнувшись, добавила: – Но бизнес есть бизнес, и ему претят задержки.
– Ничего, мы забронировали вам номер в «Шератоне», – мягко улыбнулся турок. – Сегодня отдыхайте, а делами мы займемся завтра.
Выйдя из здания аэропорта, Рохмани почтительно указал рукой в направлении стоянки, где их поджидал темно-синий «БМВ» с тонированными стеклами.
Гостиничный номер по своей роскоши не уступал монаршим покоям, турки, весьма заинтересованные в положительном результате переговоров, расстарались для гостьи из Каира. Три большие комнаты, расписанные восточным орнаментом из позолоты и перламутра, современная мебель из стекла и хромированной стали, обтянутая искристой парчой. В углу притаился огромный домашний кинотеатр, рядом бар, заполненный самыми дорогими и изысканными напитками.
Окна номера выходили в разные стороны, с одной стороны открывался вид на историческую часть города, с других можно было разглядеть темно-зеленую полосу залива.
Ванная комната являлась законченным произведением искусства, кроме роскоши узорного кафеля и последних достижений сантехники, взгляд поражала ванна джакузи, больше походившая на небольшой бассейн.
Но подполковнику Воронцовой было не до водных процедур. Учитывая нестабильность ситуации, яхта может в любой момент покинуть пределы порта. Времени на раскачивание у разведчицы просто не было.
Зажав губами длинную темно-коричневую сигарету с едва тлеющим кончиком, Воронцова взяла с журнального столика заботливо приготовленный путеводитель и, раскрыв его, вяло пролистала, при этом внимательно изучая имеющуюся на страницах информацию.
План ее действий был составлен еще в Москве, но подполковник достаточно долгое время пробыла за рубежом на оперативной работе и крепко-накрепко усвоила главную истину разведчика-нелегала. «Составленные в центре планы – это всего лишь исписанная бумага. На месте может что-то пойти не так или вовсе оказаться полной противоположностью задуманному. Разведчик должен всегда это помнить и быть к этому готовым… Кроме того, лишней информации в разведке не бывает».
На этот раз эксперты, составляющие план действий агента, сработали четко. Пока сходились все нюансы, и даже мелкие детали совпадали, как шестеренки в хорошо отлаженном механизме.
Небрежным жестом затушив окурок, Алена вновь стала египетской подданной Зульфией Мехли. Оставив сигареты на журнальном столике, она захватила сумочку и стремительно вышла из номера.
У главного входа швейцар в ярко-красной форме старинного шотландского гвардейца, почтительно открыв перед молодой женщиной массивные двери, вышел следом и взмахом руки вызвал такси для клиентки.
Через мгновение из небольшой очереди наемных машин вывернул ярко-желтый «Мерседес».
– Куда прикажете, госпожа? – едва пассажирка опустилась на сиденье, вежливо поинтересовался водитель, пожилой турок.
– Воздушные аттракционы знаете? – в свою очередь задала вопрос женщина.
– Конечно, – сразу же повеселел старик, в уме уже подсчитывая заработок за дальнюю поездку.
– Вот туда мы и поедем.
«Воздушный аттракцион» представлял собой площадку на окраине Стамбула, огороженную стальной сеткой. Внутри находились две лупоглазые стальные стрекозы вертолетов «МИ-8» (скорее всего закупленные по дешевке в одной из республик СНГ), небольшой двухэтажный коттедж, сложенный как трансформер из готовых строительных панелей, и красный топливозаправщик.
В летнее время воздушные экскурсии над древним городом Турции, видимо, приносили неплохой доход, но сейчас не сезон, и поэтому один из вертолетов стоял с намордником, брезентовым чехлом, закрывающим переднюю часть кабины.
Второй вяло рычал прогревающимся двигателем. Пассажиров пока было немного. Три молодых низкорослых японца, обвешанных фотоаппаратурой, молодая европейская семейная пара и высокомерного вида джентльмен в джинсовом костюме с ярким шейным платком, вызывающе выглядывавшим из расстегнутого ворота рубашки. Увидев молодую симпатичную женщину, каковой себя вполне справедливо считала Зульфия Мехли, джентльмен попытался придать себе позу патриция и Дон Жуана одновременно, со стороны это выглядело по крайней мере забавно, от ловеласа ощутимо несло нафталином даже на расстоянии.
Последняя пассажирка заняла место возле иллюминатора рядом с пилотской кабиной. Летчиков было двое, один смуглолицый с крючковатым носом и небольшими колючими глазками, второй же – ярко выраженный славянин. Нос картошкой, светлые волосы, зачесанные наверх, и большие голубые глаза.
– Дамы и господа, мы взлетаем, – объявил смуглолицый на вполне сносном английском языке.
Двигатель заработал на полную мощь, вертолет плавно оторвался от земли и стал стремительно набирать высоту. Вскоре дома стали не больше спичечных коробков. Звук вертолетного двигателя едва слышно пробивался в пассажирский салон, не мешая смуглолицему комментировать экскурсию.
Почти час Алена слушала историю славного города, рассказ о его выдающихся сынах, архитектуре и тому подобную информацию.
Когда вертолет стал выполнять разворот для возвращения, женщина поднялась со своего места и заглянула в кабину.
– Скажите, а разве над морем мы не пролетим? – на правильном английском языке обратилась она к пилотам.
Те удивленно взглянули на нее.
– Без специального оснащения нам запрещено летать над морем, – вежливо пояснил смуглолицый.