Страница 92 из 429
— Тут ничего нет…
Жуань Наньчжу произнёс:
— Дай мне взглянуть, — и забрал сумку.
Внимательно её осмотрев, в потайном кармашке он обнаружил пожелтевший лист бумаги.
— Что это? — Чэн Цяньли, увидев находку, тут же застыл. — Это же…
— Это же лист из дневника, который мы нашли в стене? — сразу вспомнил Линь Цюши. — Наньчжу, ты помнишь, что когда пролистал его, заметил, что одна страница вырвана?
— Да, точно, точно! — Чэн Цяньли тоже осенило. — Я вспомнил, это из дневника, который забрал Жуань Наньчжу!
Послушав их, Жуань Наньчжу развернул сложенный вчетверо листок.
На листке обнаружился печатный рисунок, изображающий держащихся за руки сестёр-близняшек в длинных платьях и с детскими довольными улыбками. В картине не было ничего особенного, но при внимательном рассмотрении Линь Цюши понял, что обе девушки как две капли воды похожи на Сюй Цзинь.
От этого осознания по спине Линь Цюши до самой макушки пробежал холодок.
— Когда она… вырвала страницу из дневника?
— Не знаю, — голос Чэн Цяньли тоже звучал сухо. — Ведь тогда она точно не поднималась с нами на вершину пагоды.
И тут Линь Цюши припомнил одну деталь. В иллюзии, которую он увидел в пагоде, именно Сюй Цзинь подбежала к барабану и первой ударила в него.
Странности, на которые мужчина ранее не обращал внимания, одна за другой хлынули в голову. Будучи новичком, который попал в мир за дверью впервые, Сюй Цзинь показывала себя слишком уж хорошо. И хотя девушка всё повторяла, что ей страшно, ни одной ошибки она не совершила, а иногда вела себя так незаметно, что Линь Цюши даже забывал о её существовании.
— Получается… на самом деле она не человек? — Чэн Цяньли в ужасе сглотнул.
Жуань Наньчжу:
— Выходит, что так.
— А если она поймёт, что мы узнали, что она не человек? — спроси Линь Цюши, глядя на листок.
Жуань Наньчжу вновь свернул страницу дневника и положил обратно в сумку.
— Это непростой вопрос. Могут быть варианты. Чуть позже объясню подробнее, — он поднял взгляд на костяную пагоду. — Скоро стемнеет, давайте войдём внутрь и осмотримся.
— Ага, — кивнул Линь Цюши.
Они направились к входу в пагоду и обнаружили там Мэн Юя. Мужчина стоял один, как всегда мягко улыбаясь, а увидев их, помахал рукой и позвал:
— А вот и вы.
— Пойдёшь с нами? — спросил Жуань Наньчжу.
Мэн Юй ответил:
— Да. Должно быть, ключ внутри, и мне как-то неспокойно отправлять за ним кого-то ещё.
Он без зазрений совести произнёс такую пренебрежительную фразу, несмотря на то, что исходящая от него самоуверенность вовсе не была очевидной.
Жуань Наньчжу, услышав подобное, заулыбался.
— Что ж, тогда мы не пойдём. Пусть лучше ключ нам вынесет господин Ли Дунъюань3.
3Дунъюань — восточный родник.
Лицо Мэн Юя при этих словах чуть дёрнулось.
— Откуда ты знаешь моё имя…
— А чего же тут не знать? — Жуань Наньчжу приподнял подбородок, и на его равнодушном лице проявилось ехидство. — Все знают, что «Белый олень» заполучил крупный заказ, и, боюсь, взять на себя такую ответственность могли только вы, господин Дунъюань.
Покуда Ли Дунъюань слушал Жуань Наньчжу, интерес в его взгляде становился всё явственнее. Смерив Жуань Наньчжу внимательным взглядом, мужчина сказал:
— А я вот не слыхал, что где-то есть такая девушка. Интересно, очень интересно. Погоди, я вернусь, и мы с тобой поболтаем, — он улыбнулся. — Всё-таки интересные девушки встречаются крайне редко.
Линь Цюши, стоя рядом и слушая их, подумал: «Да уж, и впрямь редко… Где ты ещё увидишь девушку, у которой в штанах толще, чем у тебя!»
Закончив разговоры, Ли Дунъюань в самом деле развернулся и в одиночку направился внутрь пагоды.
Линь Цюши, глядя ему вслед, удивился:
— Ничего, что он пошёл один?
Жуань Наньчжу, впрочем, выразил абсолютное безразличие.
— Выберется — хорошо. А если нет, мы ничего не потеряем. Подождём.
Так они остались возле пагоды в ожидании, заодно обсудили вопрос, касающийся Сюй Цзинь.
Неизвестно, вернётся ли девушка, а если вернётся, неизвестно, как им вести себя с ней. Линь Цюши деликатно попросил Жуань Наньчжу больше не подшучивать над Сюй Цзинь. Тот без обиняков отказался, объяснив, что если сейчас не подшутить над ней, то когда её настоящая личность будет раскрыта всем, подшутить и вовсе не получится. Так что сделка совершенно невыгодная.
Линь Цюши:
— Тебе настолько нравится измываться над девушками?
— На самом деле, мне больше нравится измываться над тобой.
Линь Цюши:
— …
Небо уже стало темнеть, а Ли Дунъюань всё не появлялся.
Линь Цюши уж было забеспокоился, но глядя на Жуань Наньчжу, который всем видом походил на старое мудрое божество, мужчина чудесным образом тоже перестал волноваться.
И вот, когда до времени, указанного экскурсоводом, оставалось ещё пять минут, со стороны костяной пагоды послышался странный звук.
«Хрусть-клац-хрясь…» — будто ломаются миллионы костей. Огромная пагода начала распадаться на части, с неё посыпались кости.
И тут на пороге появился тёмный силуэт, в котором Линь Цюши, приглядевшись, узнал Ли Дунъюаня.
Но больше внимания привлекал далеко не сам мужчина, а красивый бронзовый ключ, который он держал в руке.
Ключ появился, с этой мыслью сердце Линь Цюши заметно расслабилось.
Ли Дунъюань с ключом подошёл к ним и протянул находку Жуань Наньчжу.
— Дальнейшее зависит от вас, госпожа Чжу.
Жуань Наньчжу осклабился, взял ключ, пряча в ладони, и сказал:
— С вами приятно иметь дело.
— С вами тоже, — отозвался Ли Дунъюань.
Линь Цюши не ожидал, что он так легко расстанется с ключом, поэтому немного удивился. Зато Чэн Цяньли выглядел вполне спокойным, как будто случившееся было обычным делом.
Как только назначенное время настало, экскурсовод возникла перед ними, помахивая флажком и поторапливая остальных собираться в обратный путь. Небо тем временем постепенно подёрнулось сумерками.
Линь Цюши наконец увидел Сюй Цзинь, которая только что в слезах убежала от них. Чэн Цяньли протянул девушке сумку, и она весьма непринуждённым жестом её забрала, будто сама не знала, что лежит внутри.
— Вы правда заходили в эту пагоду? — тихо спросила их Сюй Цзинь. — Нашли останки младшей сестры?
— Нет, — ответил Жуань Наньчжу. — Мы ничего не нашли.
— О, — будто бы разочарованно вздохнула Сюй Цзинь. Кажется, девушка собиралась ещё что-то добавить, но слова застряли на языке, и она промолчала.
В обычной ситуации Чэн Цяньли наверняка спросил бы, что она хочет сказать, но теперь, когда им стало известно, что Сюй Цзинь не человек, юноша ощущал желание держаться от неё подальше и испытывал страх спросить то, чего спрашивать не следует.
Так они и провели весь путь назад в молчании.
Экскурсовод обозначила время завтрашнего сбора и, как обычно, покинула их. Во время ужина, когда они ещё сидели все вместе за столом, Линь Цюши заметил, что взгляд Сюй Цзинь то и дело мечется в сторону кармана Жуань Наньчжу.
А в кармане Жуань Наньчжу лежало кое-что особенное — берцовая кость старшей сестры, из которой сделана костяная флейта.
И кажется, вещица эта крайне заинтересовала Сюй Цзинь.