Страница 413 из 429
Тем временем происходящее на экране превратилось в целый сериал, который показывал жизнь Линь Цюши, как тот попал за дверь, познакомился с новыми друзьями, стал главой Обсидиана…
Жуань Наньчжу смотрел как завороженный, и в его сознании возникла мысль… Почему, когда всё это происходило с Линь Цюши, его, Жуань Наньчжу, не оказалось рядом? Вот было бы здорово пережить всё это вместе с ним… Потом Жуань Наньчжу будто очнулся и понял, что с ним происходит что-то странное.
Он ведь на самом деле был рядом с Линь Цюши там, прошёл с ним через испытание одиннадцатью дверьми, но если это так… почему в его голове возникла такая мысль?
Жуань Наньчжу почувствовал: здесь что-то не так.
И вместе с продолжающимся по телевизору сериалом это ощущение начало усиливаться, распространяться, словно неконтролируемое заболевание.
Жуань Наньчжу увидел на экране родных Линь Цюши, с которыми тот общался в точности так, как Жуань Наньчжу со своей семьёй. Ещё Жуань Наньчжу увидел Бай Мина, который приходился ему близким другом, однако в телевизоре Бай Мин и Линь Цюши были не разлей вода…
Линь Цюши постепенно взрослел, из юноши он превратился в мужчину, люди рядом с ним сменяли друг друга, но он сохранял свой первоначальный настрой, как будто тьма, касаясь его души, не оставляла на ней даже тени.
Наблюдая три дня и три ночи за жизнью Линь Цюши, Жуань Наньчжу начал постепенно осознавать кое-что о себе… Похоже, он не был человеком.
Проведя три дня без сна и отдыха, он не чувствовал ни голода, ни усталости, по-прежнему был бодр и полон сил.
Время на него больше не действовало.
Девочка-призрак, которая привела его сюда, сидела рядом и смотрела на Жуань Наньчжу во все глаза.
Тот вначале относился к ней настороженно, но теперь смирился с её присутствием и даже полюбопытствовал:
— Зачем ты показала мне это? Чтобы сказать мне, что я не человек?
Сако наклонила голову, не проронив ни звука и продолжая глазеть на него.
Жуань Наньчжу хотел сказать что-то ещё, но девочка указала ему на экран, как бы говоря, чтобы он продолжал смотреть.
Всё равно хуже уже точно не будет… подумал Жуань Наньчжу. Покинуть этот мир он не может, с Линь Цюши увидеться тоже нельзя, так что можно и посмотреть, ничего страшного.
Поэтому Жуань Наньчжу стал наблюдать, как история Линь Цюши продолжилась.
Он походил теперь на шпиона, который досконально изучил каждый этап жизни Линь Цюши после того, как тот столкнулся с существованием дверей. Жуань Наньчжу видел его слёзы, его смех, его ослепительную улыбку новым друзьям, его боль и скорбь по погибшим напарникам. Время шло, капля за каплей, но Жуань Наньчжу, которому теперь не требовался отдых, потерял ощущение самой концепции времени.
История на экране наконец перешла к решающим изменениям.
Жуань Наньчжу стал свидетелем того, как Линь Цюши вошёл в свою двенадцатую дверь, после чего очутился в знакомой съёмной квартире.
Одновременно с этим переменилась и обстановка вокруг Жуань Наньчжу — старое здание исчезло, всё стало точно таким же, как на экране телевизора.
Линь Цюши лежал на кровати и крепко спал, когда рядом с ним возникла тень. Невозможно было разглядеть, что эта тень из себя представляла, она просто казалась тёмным сгустком энергии. Впрочем, вскоре этот сгусток принял форму человека, протянул палец и осторожно коснулся лица Линь Цюши, его лба, переносицы и губ, очень нежно, словно боясь разбудить.
Затем с тенью начали происходить невероятные изменения: постепенно темнота отступила, странное призрачное существо стало всё больше походить на человека, в какой-то момент оно даже сделалось в точности каким же, как лежащий на кровати Линь Цюши.
Но тень, похоже, вовсе не хотела принимать облик Линь Цюши и вскоре снова изменилась, а когда её образ сформировался окончательно, наблюдающий за процессом метаморфоз через экран телевизора Жуань Наньчжу горько усмехнулся — тень превратилась в него самого.
Именно, той тенью оказался Жуань Наньчжу.
Возможно, кто-то другой на его месте давным-давно сошёл бы с ума от потрясения, но Жуань Наньчжу был очень спокоен. На самом деле, наблюдая за жизнью Линь Цюши эти несколько дней, он уже начал кое о чём догадываться, и всё же, когда увидел своими глазами, был несколько шокирован.
Жуань Наньчжу в телевизоре улыбнулся Линь Цюши улыбкой, полной любовной тоски, затем постепенно растворился в воздухе и исчез.
А когда Линь Цюши проснулся на следующий день, то первым делом заметил, что Каштан не разрешает ему себя обнимать.
Его драгоценный любимый котик Каштан вдруг стал сердито распушать хвост и шипеть на хозяина, как будто совсем его не узнавал! Линь Цюши, будучи заядлым кошатником, не знал, что делать, оставалось только обиженно смотреть на забравшегося повыше Каштана, который взирал на него с неприкрытым презрением, и вопрошать:
— Каштан, почему ты больше не любишь папочку? Каштан?
Плечи Жуань Наньчжу затряслись от смеха при виде такого Линь Цюши, и он наконец не выдержал — громко рассмеялся. Он понял, что с этого момента началась их с Линь Цюши история.
И действительно, спустя несколько дней Линь Цюши отворил дверь.
За дверью открылся пейзаж, который Линь Цюши уже видел однажды, но из-за стёртых воспоминаний теперь он казался Линь Цюши незнакомым, к тому же в этот раз рядом с ним появилось незнакомое лицо.
Одетая в платье девушка робко подошла к Линь Цюши и с блестящими от слёз глазами спросила, что это за место.
А когда Линь Цюши спросил её имя, та ответила «Жуань Байцзе».
Это была их первая встреча.
Тогда Жуань Наньчжу уже считал себя обычным человеком. Его желание наконец сбылось: он присоединился к путешествию Линь Цюши, но иным способом, стал в его жизни важным персонажем, без которого Линь Цюши уже не мог обойтись.
Жуань Наньчжу был этим очень доволен, вот только у всего есть конец, и двенадцатая дверь тоже закончилась.
Его воспоминания о бытности нечеловеческим существом не вернулись, он лишь узнал, что не является человеком, но что же он тогда такое? Раздумывая над этим, Жуань Наньчжу посмотрел на глядящую на него Сако и озадаченно предположил:
— Хочешь сказать, что я что-то вроде духа-хранителя двенадцатой двери?
Сако молча продолжала пялиться на него, но в её глазах Жуань Наньчжу разглядел некоторое презрение, как будто девушка смотрела на него как на идиота.
Жуань Наньчжу:
— …
Чёрт, похоже, так и есть.
Сказать по правде, Жуань Наньчжу действительно был способен вытворить что-то вроде этого — стереть все свои воспоминания без возможности восстановления. Но всё же он достиг своей цели — заполучил своего возлюбленного.
— Удивительно, но я даже рад этому, — вокруг не было людей, только бесчисленные твари, и Жуань Наньчжу, сидя в темноте, улыбнулся сам себе. — Думая о том, сколько мы с ним пережили вместе, я чувствую себя счастливым.
Сако, разумеется, ничего не ответила ему.
— Но теперь возникает вопрос, как мне выйти отсюда? — Жуань Наньчжу поднял голову и оглядел незнакомую комнату. — Я ведь могу выйти? — размышляя над этим, он перевёл взгляд на Сако. — Что ещё тебе известно?
Девушка молча бросила взгляд на часы на стене.
— Часы? — Жуань Наньчжу поднялся и подошёл к стене, где висели часы с двенадцатью цифрами. Подумав, он снял их со стены.
Затем он сделал то же, что и Линь Цюши, — снял заднюю крышку часов, а когда внутри ничего не обнаружилось, приготовился нажать на кнопку управления часовой стрелкой, но вдруг подумал о чём-то ещё и задал Сако последний вопрос:
— Кстати… Если бы во время похода за дверь мне бы не удалось успешно выйти из неё, я бы умер?