Страница 402 из 429
Когда Линь Цюши спросил, почему они не покинут пределы школы, Жуань Наньчжу ответил, что он по крайней мере хорошо знаком с обстановкой в школе, а за её пределами всё может оказаться сложнее. И если нет крайне необходимости, лучше всё-таки не выходить за школьные ворота, так будет безопаснее.
Во время этой смертельной гонки Линь Цюши встретил немало друзей Жуань Наньчжу и даже несколько доброжелательно настроенных тварей. Кто-то приходил отомстить, но были и те, кто хотел отблагодарить.
Всё действо походило на масштабный парк атракционов.
Неудивительно, что раньше у Жуань Наньчжу едва ли находилась свободная минута, чтобы ответить на сообщения. Возможность перекинуться хоть парой слов набегу в таком ритме уже можно было расценивать как большое везение.
Так прошла целая ночь, а перед самым рассветом они сели возле столовой отдохнуть.
Жуань Наньчжу был ранен, но не очень серьёзно. Линь Цюши перевязывал ему рану, когда тот, глядя на него горящими глазами, спросил:
— Ну вот, ты видел, как я провожу свои ночи. Завтра придёшь опять?
Линь Цюши с улыбкой кивнул. Ему по ночам приходилось гораздо легче, чем Жуань Наньчжу, но Линь Цюши по-прежнему хотел быть с ним рядом.
— Ладно, — согласился юный Жуань Наньчжу. — Будь по-твоему.
Он не стал его отталкивать, как и обещал когда-то. Они прислонились друг к другу, дожидаясь рассвета.
— Ты, оказывается, был таким худым в старшей школе, — Линь Цюши, перевязывая рану Жуань Наньчжу, успел рассмотреть его фигуру, и хотя тот даже в юности отличался высоким ростом, всё же мускулы накачать не успел, и до своего взрослого облика ему было ещё очень далеко.
Жуань Наньчжу только молча бросил на него взгляд.
— Ты правда очень милый в этом возрасте, — не унимался Линь Цюши.
Жуань Наньчжу без тени эмоций спросил:
— Так я больше нравлюсь тебе таким или старше?
Линь Цюши:
— …
Ему не следовало начинать этот разговор. Всё-таки Жуань Наньчжу способен приревновать даже к собственному женскому образу, что уж говорить о ревности к самому себе, только помладше…
Но под испытующим взглядом Жуань Наньчжу Линь Цюши всё-таки вывернул душу наизнанку:
— Мне нравятся оба!
— Тц.
Линь Цюши:
— …
Эй, что это за недовольное лицо?
Когда небо уже начало светлеть, они снова обсудили вопрос о ключе, но пока ни у кого не появилось ни одной дельной мысли. Эта дверь была очень странной, твари каждый раз появлялись разные, но даже если какие-то из них нападали дважды, всё равно никаких зацепок после себя не оставляли.
Как и обещала дверь, ответа действительно не было. По крайней мере, пока что они оба не представляли, где его искать.
Но вот что особенно заставляло задуматься, это порядок появления тварей, который шёл ровно по очереди их походов за двери, от первой к последней, постепенно увеличиваясь…
— Нам что, придётся заново пережить все двери? — рассуждал Жуань Наньчжу. — И повстречаться со всеми тварями, встреченными за ними…
Линь Цюши вдруг посетила неожиданная мысль.
— Не только с тварями.
Жуань Наньчжу посмотрел на него.
— Ещё с людьми, — добавил Линь Цюши. — Тебе не кажется, что это похоже на… Страшный суд?
Жуань Наньчжу кивнул.
— То в плюс, то в минус, в конечном итоге всё вернётся к нулю. Ненавистники несут смерть, любящие даруют спасение, — произнёс Линь Цюши, подперев рукой подбородок и глядя на проблеск лучей рассвета в небе. Дрёма начала накатывать волнами, и Жуань Наньчжу не выдержал первым — упал в объятия Линь Цюши и уснул.
Глядя на спящего, Линь Цюши склонился и осторожно поцеловал его в лоб, потом сам закрыл глаза и погрузился в сон.
Это был самый спокойный сон для Линь Цюши с самого первого шага за одиннадцатую дверь. Он знал, что Жуань Наньчжу с ним, а когда опять стемнеет, они снова увидятся.
И ни задверные твари, ни погибшие враги не смогут их разлучить. Линь Цюши больше не боялся, огромная пустота в сердце заполнилась другой тёплой душой.
Теперь жуткие ночи сделались долгожданными.
Линь Цюши наконец понял, что означает фраза «Любимый человек — это и ахиллесова пята, и стальной доспех».
Они стали друг для друга самой крепкой опорой.