Калейдоскоп смерти

— Он вошёл в номер? — поразился Линь Цюши. — Но ведь вход охранялся тварями?

— Долгая история.

— Так рассказывай. Я всё равно никуда не спешу.

Чэн Исе кивнул и вкратце поведал, что произошло после того, как закрылась дверь номера. Увидев, что мать и дочь вернулись раньше оговоренного времени, Жуань Наньчжу вышел из себя, выхватил оружие и направил его на Ло Цяньшаня, тем самым заставив Ло Цяньшуй снова войти в мир зеркал и отвлечь тварей ещё раз. Потом он ворвался в номер и вытащил Линь Цюши.

К тому времени уже весь коридор занялся огнём, и Жуань Наньчжу, вышедший из комнаты с Линь Цюши на руках, практически превратился в огненного человека, получил ожоги по всему телу.

К счастью, эти раны остались за дверью, в реальности они бы привели к смертельному исходу.

Затем огонь стал распространяться дальше, однако им удалось отыскать дверь и спастись, прежде чем пламя добралось до них.

Конечно, действия Жуань Наньчжу окончательно разрушили сотруднические отношения между ними и семьёй Ло. Чэн Исе, впрочем, не придал этому особого значения, сказал только, что за дверью не бывает друзей навечно. Неизменно только стремление к личной выгоде.

— Но ведь мы же будем друзьями навечно? — смеясь, спросил Линь Цюши.

Чэн Исе сначала застыл на секунду, потом на его лице без эмоций появилась лёгкая безысходность, но юноша всё же едва заметно кивнул.

Линь Цюши рассмеялся от ощущения, что подшучивает над маленьким ребёнком.

Под вечер Жуань Наньчжу тоже пришёл в себя. Как и Линь Цюши, он попал в больницу из-за серьёзной кровопотери, однако у него остались настоящие раны, как будто порезы от стекла. Врач даже поинтересовался, не нужно ли заявить в полицию.

Чэн Исе отвёз Линь Цюши, усевшегося в инвалидное кресло, повидать Жуань Наньчжу.

Тот, ужасно бледный, но всё ещё прекрасный, с кислородной маской на лице лежал на кровати и выглядел в крайней степени ослабшим. Только чёрные глаза сияли пугающе ярко, подобно звёздам в ночном небе, отчего казалось, что в них сейчас затянет душу.

Линь Цюши позвал его по имени:

— Наньчжу.

Жуань Наньчжу шевельнул губами и тихо-тихо хмыкнул в ответ.

— Спасибо тебе, — сказал Линь Цюши.

Однако эти слова сразу же показались ему неподходящими. Такую благодарность невозможно было высказать. Ведь если бы не Жуань Наньчжу, он, скорее всего, никогда не вышел бы из той двери. И сейчас уже выпрыгнул бы из окна в реальности или нашёл бы другой способ умереть.

— Это я должен тебя благодарить. — Голос Жуань Наньчжу звучал совсем тихо, словно парящее в воздухе пёрышко.

— Не говори ничего. Набирайся сил. Всё остальное подождёт.

Жуань Наньчжу сейчас был слишком слаб, и даже на то, чтобы произнести пару слов, уходили все силы.

Взгляд Линь Цюши переместился на руки Жуань Наньчжу. Его прекрасные, бледные и изящные руки с чётко очерченными мышцами бессильно лежали поверх одеяла. И сейчас они были без единого просвета забинтованы. Похоже, так в реальности воплотились раны, полученные за дверью. Трудно вообразить, сколько таких ран скрывалось под больничной пижамой мужчины.

Линь Цюши отвёл взгляд и попросил Чэн Исе увезти его.

Уходя, он услышал, что дыхание Жуань Наньчжу выровнялось. Похоже, тот уснул.

Линь Цюши остановил Чэн Исе на пороге палаты, послушал немного, потом вдруг прошептал:

— Стоило ли того?

Чэн Исе, стоя за его спиной, прекрасно понял, что Линь Цюши имел в виду, пусть ни начала, ни конца у этого вопроса не было.

Юноша ответил:

— Если он пошёл на это, значит, стоило.

— И ведь верно, — улыбнулся Линь Цюши.

— Идём, — сказал Чэн Исе. — Тебе тоже нужно как следует отдыхать и поскорее поправляться.

Лнь Цюши кивнул, и Чэн Исе отвёз его в палату.