Светоч жизни

- Сновидец к твоим услугам. Ты действительно меня уже однажды видела.

- Никому же нельзя вмешиваться? – пробормотала Арина.

- Верно, - не удивился мужчина её познаниям. Откинувшись на стуле, на девочку он смотрел с удовольствием. – Именно так. Поэтому я и вмешался. Человек, который получил просьбу на тебя посмотреть, мог невольно повлиять на твой выбор.

- В стиле казуистики…

- Верно! Итак, раз уж ты меня узнала, значит, мне же тебе и представлять остальных. Несмотря на то, что мы не очень верим во все эти истории с истинными именами, у нас всё-таки слишком много неприятелей, чтобы мы давали им в руки довольно мощный инструмент воздействия. Поэтому здесь и сейчас тебе нужно выбрать для себя имя. Другое имя, под которым тебя будут знать остальные.

На мгновение Арина даже растерялась, потом задумалась. Имя, под которым её будут знать другие?

«Ринго», - шепнула на ухо незримая насмешливая сила, говорящая женским мягким голосом. – «Тебя всё равно так назовут всего через несколько лет, так опередим события! От этого никому всё равно хуже не станет».

- Ринго, - вывели непослушные губы. – Просто Ринго.

- Яблоко? – пробормотала одна из женщин, хрипло, откашлялась и вытащила из кармана трубку, начала её набивать. – Ну, как раз по фамилии, достаточно подходит. Достаточно верно. Итак, Сновидец. Продолжай что ли.

- Хорошо-хорошо.

Арина не вслушивалась, заинтересованно смотрела на эту женщину с трубкой. По сравнению со своей же коллегой, она была высокой, волевой, спокойной и такой даже не стальной, а скорее даже титановой. Самый прочный металл из тех, что используется на Земле.

Волосы были убраны в аккуратный пучок, и цвета были именно такого – неестественного и металлического. Кожа опять же пергаментно-светлая, болезненная, глаза пустые, темно-серые, металлического блеска. Она вся была такая металлическая. И одежда это ощущение только подчеркивала.

- Титания, - представил Сновидец женщину. Затем показал на вторую женщину – маленькую, низенькую, пухленькую, уютную, всю из себя очаровательную. Типичный образец ранней бабушки, сюсюкающей над внучками, а потом спокойно ночью отрезающей в проулке маньяку голову. Волосы были белые, как лён, мягкие, как пух – вокруг головы одуванчиком. И глаза синие-синие, только уже чуть выцветшие. Она из всех производила ощущение самой старой и самой мудрой. – А это наш дежурный целитель. Сова.

- Почему Сова? – удивилась Арина.

- Такие вещи в полуночном мире не спрашивают, - отозвалась мягко женщина, а потом осторожно расстегнула кофту, показывая медальон в виде совы, покачивающийся на груди. – Но у нас нет секретов перед тобой. У нас ты можешь спросить всё, что пожелаешь. Потому что мы будем тебя учить. А если не будет доверия, то не будет результата.

- Зачем нужен результат?

- Твоя сила, - Титания пыхнула трубкой. Ароматный дымок, почему-то напомнивший костёр на березовых полешках, поплыл к потолку. – Твоя сила, Ринго. Ты сейчас похожа на атомную бомбу. Много силы, ума мало.

- Титания! – укорил Сновидец.

Женщина послала ему короткую усмешку.

- Чем быстрее она поймёт, в чём проблема – тем лучше.

- Я даже приблизительно не знаю, что за мир, который меня окружает… - предположила Арина.

- Именно. А силы у тебя… дай Бог такую кому-нибудь умному, сколько бы дел натворил, ни один Анклав бы расхлебать не смог. А ты понимаешь, что ничего в происходящем не разумеешь, и это даёт шанс на благополучное завершение твоего обучения. Силы-то! Силы-то… - Титания вздохнула.

Девочка бросила на неё острый взгляд. Слишком лично. Это звучало всё так, словно бы эта самая несгибаемая женщина предпочла бы, чтобы эта мощная сила досталась кому-то другому, кому-то, кто ей самой знаком.

Сновидец хмыкнул, хохотнул коротко и двинулся к дверям, открывать дверь второму мужчине.

К нему Арина и прикипела взглядом, пытаясь понять, почему такое неприятное ощущение зуда под лопаткой. Почему у неё такое ощущение, что она его тоже должна знать? Волосы чёрные… но мало ли черноволосых мужчин?! Не слишком высокий. Кость определённо хрупкая, астеник, хотя и не назвать, что классический – по росту не дотягивал. Узкие плечи, почти как у женщины. И лицо немного непропорциональное. И нос! Острый…

- Кондратий Степанович, - прошептала девочка.

Вошедший поклонился, не слишком низко, но достаточно уважительно, резко кивнул:

- Верно, Арина.

- Ринго, - поправила его Титания, пыхающая своей трубкой. – Ринго.

- Это для тебя, Танечка, она «Ринго», а для меня – Арина. И точка на этом.

Самым интересным было то, что возражать никто не стал, не то не осмелился, не то поводов не было.

- Итак, Арина, - Гробовщик, куда только делся вид маленького уютного старичка, устроился на стуле напротив девочки. – Я понимаю, что вопросов у тебя с воз и маленькую тележку. На всё про всё ответить не смогу. Но основное мы тебе сейчас на пару со Славой расскажем. Слава – это наш Сновидец.

Девочка взглянула на мужчину со шрамом, ожидая увидеть на его лице недовольство, но нет – Сновидец улыбался, спокойно и благожелательно.

- Не удивляйся, Ринго. Кондратий у нас никогда не смотрел на наши внутренние правила. Хочет – нарушает, хочет – соблюдает.

- А почему…

- Почему мы не скажем ему, что так поступать нельзя? – подхватил Сновидец. – Ну, так… Анклав четырёх не самая однородная структура. Он – колдун, первый парень на деревне. А мы трое – маги. Захочет, все троих одной рукой положит, не напрягаясь.

- Так то ежели вы не разумеете, что заранее подготовиться надобно, а ежели разумеете, то ещё и бабка надвое сказала, за кем поле боя останется, - хмыкнул Гробовщик, пододвигая к Арине поднос с тарелками. – Выбирай, девочка, что тебе по вкусу.

Арина благодарно улыбнулась, но к еде не потянулась. Кусок в горло не лез.

Руки были чистые почему-то, хотя она не помнила, чтобы смывала с пальцев свежую кровь. И куда делалась Варя? И куда делся Пашка? И… почему она пошла с этими людьми, даже не задумавшись о том, правильно ли это, нужно ли ей это?!

- Итак. Мы – Анклав четырёх, - заговорил неспешно Гробовщик. – Мы самые сильные маги и колдуны Полуночного мира. Мира тайного, но больше человеческого, чем какого-то ещё. Ты с этого дня находишься под нашей защитой. И как наша ученица будешь постигать тайны этого мира постепенно и аккуратно. Наша задача, Арина, сделать так, чтобы ты могла себя защитить. И не только.

- Ты должна будешь бросить свой университет, - сообщила Титания.

- Это она не подумав, - тут же добавил Гробовщик. – Это, конечно, идеальный вариант. Но не для тебя.

Экстрасенс и магесса померялись взглядом, и женщина хмыкнула:

- Гробичка, что же она такого сделала, что ты её так защищаешь?

- А это, Танечка, хороший вопрос. Но отвечу я на него как-нибудь в другой раз, когда ты не будешь относиться к девочке так предвзято.

Арина грустно хмыкнула. Не ошиблась! Действительно, предвзятости там было море и даже через край.

- Хорошо, хорошо, - мирно согласилась Титания. – Поговорим после.

- Итак, вернёмся к нашим делам. Арина. Ты выбрала полуночный мир. Своей атакой ты чуть не сожгла той девчонке мозги. Вмешиваться мы не стали. Она запомнила твою ярость и свой испуг. К твоему другу она больше не полезет, точно так же, как ничего и не грозит твоей подруге. Зато тебе – да.

Девочка пожала плечами. Это страшным не было, было кое-что другое.

- Она сказала, что Пашка… больше меня не вспомнит.

- Так оно и есть, - Сновидец подсел вместе со своим стулом поближе к столу, взглянул на будущую подопечную с доброй лаской. – Понимаешь, Ринго, сила экстрасенса… мага или колдуна – не суть важно, она защищает своего носителя. Ты вложилась в спасение своего друга, почти до донышка. Отдала ему всё светлое, что у тебя было. В этих случаях спасенный неизменно влюбляется в своего спасителя. И калечит свою жизнь из-за этого. Поэтому когда ты не просто кого-то лечишь, когда ты кого-то вытаскиваешь с того света, твоя собственная сила сотрёт все воспоминания о тебе у этого человека. Даже если ты поймаешь это и попробуешь изменить, у тебя не получится. Это табу. Это непреложный закон, за исполнением которого следит магия. Даже не мы.