Междумирье. Замок.

Глава 2 Костя.

Косте было 10 лет, когда в их семье появилась она, его младшая сестра. Когда мама вернулась из роддома с кульком из розового одеяла, он сначала не понял, где его сестра. Мальчик почему-то решил, что сестра уже должна ходить. и представлял себе, как он будет с ней бегать и играть. Но папа быстро развеял его наполеоновские планы, заявив, что сестра еще маленькая и пройдет не меньше года, пока Манюня ( сестру назвали Марией в честь бабушки мамы) научится ходить. Конечно Костя сразу же заявил, что в таком случае пусть сестру уносят обратно.

Но мама оказалась намного мудрее и развернув одеяло показала мальчику сестру. Сначала увидев сморщенное лицо девочки, он решил, что младенец страшный. Но тут Маша проснулась и посмотрела на своего старшего брата своими зелеными глазами, чем врачи были сильно поражены: впервые видели такое в своей практике. ( кстати, они так и остались зелеными) и улыбнулась. И все. Костя понял, что никогда и никому не даст ее в обиду

В итоге родители не боялись оставлять брата с младшей сестрой. Он всегда, когда мог, купал ее, кормил, менял пеленки. Можно сказать, что стал для сестры настоящей нянькой.

Шли годы. Манька росла. В садик Костя отводил ее сам и забирал тоже сам по пути из школы. Сначала друзья и одноклассники смеялись над ним. Но мальчик быстро все расставил по местам. Да и время было такое. У многих были младшие братья или сестры, или сами были в семье младшими. В те времена такое отношение в семье было нормой.

Костя спрашивал у мелкой, не обижают ли ее в садике. Но она, не смотря на укусы и небольшие синяки, всегда отрицала все. Но мальчик знал от воспитателей, что его младшая сестра могла сама себя защитить. Правда весьма оригинальным образом: мальчиков всегда целовала в щеку, в результате они краснели и больше не хотели с ней драться; девочкам дарила конфеты и делала смешные прически. Драться она не любила.

В школе она действовала подобным же образом. Но, в отличии от садика, там уже знали, что у нее есть старший брат, который может и за уши оттаскать.

После школы Костя не стал никуда поступать, решив сначала отслужить. Армия для него прошла как-то быстро, не заметив как пролетели 2 года. Сначала учебка, потом часть. Служить ему выпало на границе с Турцией. Там, конечно, было не так спокойно. Но и боевых тревог не было практически. В основном контрабандисты. Начальник заставы майор Михайлов, был спокойным человеком. К тому же, успевшим повоевать на Даманском. Сам он был с Алтая и много рассказывал о красоте Алтайских гор, о шаманах.

Во время одного задержания контрабандистов, один из турков открыл стрельбу ( позже выяснилось, что парень просто накурился). Не зная почему, но Костя, а именно он тогда был на патрулировании, не стал открывать стрельбу, а приказал всем лечь и заорал, чтобы "купцы" сами вырубили своего придурочного. Конечно, он действовал не по уставу, но именно это и спасло их всех. Тогда еще не знали о шахидах, а этот нарик оказался именно им. Повезло им, или это сработала интуиции Кости, но сами турки смогли вырубить своего, просто долбанув того по голове.

Оказалось, что "купцы" "знакомые". Их уже ловили, но после мзды в виде хороших сигарет и косметики, отпускали ( это были "правильные" контрабандисты, не везли в страну дурь). На звуки выстрелов нарика с заставы примчался майор на "козлике". На месте уже разобрались, что к чему. И именно тогда при обыске и нашли у вырубленного парня пояс с взрывчаткой под одеждой. Тогда они еще не знали, что это такое, но "знакомые" "купцы" их просветили. Может и этот раз бы майор отпустил их, но это было уже ЧП. Но с другой стороны, арестовав их, все попадали под трибунал. Поэтому майору и пришлось отпустить контрабандистов, но нарика нет. Да и парень этот был новый, и вез на своем осле и наркотики и оружие со взрывчаткой. А это был уже "крупный улов". (ред.)

На заставе, пока ждали людей из комитета и ГРУ, Костю и его бойцов посадили на губу, а больше было некуда, просто их следовало изолировать от остальных. Но застава это та же деревня, слухи быстро разносятся, так что когда приехала комиссия, все все уже знали.

Повезло в том, что ни Костю ни его бойцов ни в чем нельзя было обвинить. Взяв с них и со всех на заставе подписки о неразглашении и прихватив с собой шахида комитетчики и ГРУшники улетели на вертолете до аэропорта, а оттуда уже в Москву.

В этот же вечер майор вызвал к себе Костю и поставил молча на стол водку и закусь. Налил по полстакана и не дожидаясь выпил одним залпом, кивнув на другой стакан Косте. Удивившись такому поведению Сергея Сергеевича про себя, так же молча выпил, хотя выпивать парень не любил, не принято было это в их семье. Редко, очень редко его отец мог позволить выпить себе рюмку домашней настойки, которую еще готовила покойная бабушка мамы. Пиво, да мог кружку пропустить после бани ( хоть и жили в городе, но в своем доме).

После того, как Костя поставил стакан на стол, майор снова наполнил на половину, но уже не предлагая выпить, а только сказав, чтобы парень сел.

Тогда они хорошо посидели, "уговорив" на двоих литр хорошей водки, но под обильную закусь. В этот вечер Костя узнал, кем был задержанный им контрабас, да и про самого майора. Про то, как во время конфликта на границе с Китаем он был ранен, как его чуть не комиссовали. Но помог отпуск по ранению. Тогда Сергей Сергеевич уехал к себе на родину, в глухую алтайскую деревню к своей бабушке. И как однажды пришел к ним шаман, который его и вылечил. Именно этот разговор потом и вспомнит Костя буквально через два года. (ред.)

Шел 91 год. После дембеля Костя решил пойти работать, нужны были деньги, так как на зарплату родителей жить ему было стыдно. Но и высшее решил получить, поступив на заочку на физмат в местный инситут, при чем на бюджет.

В январе 1992 года получил письмо от майора, уже ставшим подполковником. В нем он писал, что заставу они передали армии Армении, а всю часть перевели во Владивосток. Но что скорее всего, его отправят на пенсию. В армии шло сокращение. Но на всякий случай дал Косте номер служебного телефона и адрес.

Учится Косте нравилось, да и шоферить тоже. Одно было плохо, бандиты. Родители хотели переехать в деревню в дом бабушки мамы, так как в городе уже было опасно. По вечерам на улицах никого нельзя было застать. Даже городские автобусы после 10 не ездили. Сестру из школы с английским перевели в школу поближе к дому, так как приходилось ездить в центр города, и к тому же во вторую смену. Но не успели....

Шли последние месяцы апреля. К этому времени родители успели отремонтировать дом и отвезти туда многие вещи. Оставалось только увезти корову и кур. Их собирался увезти Костя на своем Зилке, об этом была договоренность с начальством.

В этот день отец ушел встречать маму, та задержалась на работе -выдавали часть зарплаты. Почему они решили пойти через пустырь, никто уже не знает. Но именно там в этот же вечер устроили разборки местные "краснопиджачники".

Костя с Машей не спали всю ночь. Утром к ним пришел участковый, и рассказал, что нашли тела их родителей.

Хоронили их в закрытых гробах. С похоронами помогли коллеги родителей.

Костя сразу же оформил опеку над сестрой. А после сорокового дня сразу же отвез все имущество в деревню. У Маши к тому времени уже были каникулы. В деревне девочка потихоньку начала оживать. А Костя бросил институт, но и работать начал больше- были нужны деньги. Хорошо было то, что их выручал огород и корова с курями. Да и поросят купил на откорм в колхозе. Всяко меньше денег уйдет. А одного решил продать зимой.

В начале декабря Маша стала жаловаться на головные боли. В районной больнице успокоили, сказав, что это из-за начала гормональной перестройки. Однако через месяц девочка потеряла сознание прямо на уроке и ее увезли на скорой. Там ей сделали рентген головы и обнаружили опухоль. Посоветовали ехать в областной онкодиспансер. Там каким-то образом смогли выбить направление на госпитализацию в Москву. Там Маша пролежала до лета. Потом ее выписали...умирать. Опухоль оказалась неоперабельной.