Страница 379 из 415
— Значит костер будем жечь? — спросил я, почувствовав, что страстно желаю хоть немного согреться.
— Будем жечь и воду топить. Чаёк то заговорённый, он ведь сам себя не заварит, а заранее, снаружи холодного места, его пить нельзя, если не хочешь сердечко раньше времени испортить — ответил старик.
Стерев с бороды намёрзший иней, он решительно свернул на едва заметную тропку и обошёл сизое пятно. Затем, пройдя по тропке полторы сотни метров, мы вышли на припорошенную снегом площадку, состоящую из каменных, шестигранных плит и мне сразу стал понятен принцип выбора места привала.
В центре площадки обнаружилась обложенная камнями, наполовину срезанная, двухсотлитровая бочка, видимо и служившая местом для растопки огня. Ещё рядом нашлись две смятые, брезентовые палатки и штук тридцать пустых ящиков, судя по маркировки большинство от тушёнки и патронов. Внимательно всё осмотрев, Щукарь подобрал стрелянную винтовочную гильзу, понюхал её и недовольно покачал головой.
— Что-то не так? — спросил я.
— Всё не так. Кто-то тут был после меня, причём может и не так давно. А ежели смотреть по следам, то точно большая группа была. Схрон военных с тушёнкой и патронами напрочь разорили. Дрова, заготовленные почти все, пожгли. Стреляли в кого-то, да и кровь кому-то кажись пустили — стерев ногой снежок с камня, Щукарь указал на кровавые следы волочения и в этот момент я услышал треск со стороны торосов, и увидел несколько фигур, поднимающихся между нагромождения льдин.
— А вот и нежить — проговорил я, с запозданием почувствовав знакомую, отвратную энергию, идущую от ходячей мертвечины. Затем хотел прицелиться из двустволки по обледеневшим, человеческим фигурам, но тут Щукарь положил руку на стволы
— Давай ка лейтенант, на этот раз без шума обойдёмся — сказал он и закинув трёхлинейку за спину, потянул топор, из петельки на поясе.