В трех соснах…

— Князь вызывает Шишу… Шиша, ответь Князю, — зашипела на поясе маленькая переносная рация (из хозяйства бывшего охранника. Дальность у нее была смешная, буквально несколько сот метров, но я не раз замечал, что высшую точку на мосту она цепляла даже за километр с лишком! Ну если преград никаких не было.)

— Шиша в канале, — отвечаю, останавливаясь. Все равно ничего толком не успеваю. И без меня догрузятся. Главное вектор движения всем придал — дальше они сами справятся.

— Это Князь… Я на мосту. Подскочи сюда. Есть разговор.

Я конечно удивился. Что он на мосту-то остановился (кстати, там же пара моих дозорных, Мох и Зуб, стоят, я же их так и не снял), но спорить не стал. Какие уж тут споры, когда помощь его бойцов нужна как воздух. Мы не гордые. Сказали подскочить — мы подскочим.

Прыгнув в свой вечный Ниссан я уже буквально через пару минут подъезжал к нашей наблюдательной точке на мосту. Сейчас, правда, рядом с ней стояла техника Князя. Его знаменитого бронетранспортера, правда. не было видно, но зато из кузова, развернувшегося поперек полосы КамАЗа хищно торчало в сторону леса жало крупнокалиберного пулемета. А вот народу с Князем приехало явно мало. Кроме самого Князя, стоявшего рядом с моими дозорными и разглядывающего в бинокль все ту же опушку леса, был только один паренек лет шестнадцати и человек шесть малолеток. Таких же, как мои «вояки». Лет по 11–12. И всё… Ну, может конечно, ещё кто-то за пулеметом сидит, но все равно, на армию спасения это совсем не похоже.

И, словно услышав мои опасения, Князь первой же фразой похоронил все мои робкие надежды, на то что я, наверное, что-то не так понимаю…

— Вот что, Шиша… С этой бандой тебе придется разбираться самостоятельно.

Глава 8

Да уж! У меня даже не нашлось слов чтоб передать всю полноту чувств, захлестнувших меня в этот момент. Минимум полминуты я стоял, беззвучно открывая и закрывая рот, словно выброшенная на берег рыба. Вот только что я размышлял, что всё не так и серьезно, что придет Князь и с ним все проблемы разрешатся сами собой. Прикидывал насколько затянутся боевые действия. Мне же не до них. Совсем не до них! Мне хозяйство поднимать надо! И вот одной короткой фразой Князь перевернул всё с ног на голову. Я вновь остаюсь один на один с враждебным миром, желающим меня уничтожить.

— А… А как же договор? — наконец-то нахожу в себе силы вытолкнуть пару слов.

— А что договор? — как-то даже зло ощерился Князь. — Ты тогда заправку получил? Получил. И четыре автомата за просто так тебе буквально с неба упали. И бензин халявный. И рация… И от тебя за это практически ничего не требовалось. Полная автономия. То есть, в тот момент тебя всё устраивало? Получать ништяки за спасибо, но ничем не отдавать… То есть, я тебе всё должен отдавать, а потом идти нафиг? Ты «независимый!» Не лезть в твои дела. У тебя автономия. Ну ок. Сильная автономия, способная прикрыть мне фланг — мне выгодна. И автоматов с патронами на это не жалко. Но что это? Стоило появиться малейшей угрозе на горизонте, как ты тут же забываешь за свою автономию и требуешь у меня, чтоб я решил твои проблемы?

— Это и твои проблемы не в меньшей степени! — несмотря на то, что в словах Князя была некая доля правды, меня это только разозлило. — Можно же и наоборот сказать. Что ты хочешь решить все свои проблемы моими руками!

— Да, это и мои проблемы тоже, — чуть сбавил тон Князь. — И ты даже не догадываешься насколько. Привык жить тут в своем маленьком мирке и не замечать ничего что выходит за его пределы.

— И чего же я не замечаю? — сквозь зубы прорычал я.

— Ну хотя бы того, что для Просвета бойцов явно маловато. На Просвете их должно быть минимум с полсотни! И что от Просвета идет не только эта дорога на Малиновку вдоль железки, но и куда более удобная дорога к нам в Введенку… И сейчас все мои свободные силы экстренно укрепляют блокпост на ней

— А что же раньше этим не занялись?

— Ну пост там был. Но, скорее, наблюдательный. Просветовские к нам один разок пробовали сунуться — огребли и больше не совались. Вот тогда то блок там и поставили. А у нас в их стороне тоже интересов не было особо. Хватало маленького поста. А сейчас — появилась. А ты вот сам почему от леса пост не поставил? На мосте вот поставил, на съезде с трассы поставил, а у леса нет. Почему?

— Хорошо, — через силу киваю в знак согласия. — Аналогию уловил. Согласен. Ожидать было сложно. Проспали… И что теперь делать?

— Думать. Шире думать, а не только своими местными мерками. Мне, например, нужно с Чернавского кордона людей вывозить. Да и у Кошака на дачах ситуация ещё хуже чем у тебя. У тебя-то людей под сотню будет, а у него всего два десятка. Соответственно и бойцов так же. А пойти из Малиновки могут как к тебе, так и к нему…

Я деревянно молчал. Князь был прав… Со своей точки зрения. Я действительно не думал про том как появление этой вооруженной группы скажется на окружающих. И что это только часть еще большего отряда я не подумал… Близкая — вот совсем рядом, угроза начисто вымела из мозгов все мысли. Это паника, да… И Князь сейчас не столько объясняет мне прописные истины, сколько заставляет думать! Сам же вот только что точно так же Стасика успокаивал. Думать и анализировать заставлял… Это, получается, я сейчас для Князя как Стасик — так же выгляжу со своей паникой? Неприятная аналогия. Даже как-то стыдно стало. Надо собраться. А Князь словно прочитав мои мысли продолжал:

— Ты пойми. Для тех же Малиновских твои возможности почти безграничны… Сотня людей. Автоматы. Техника. Электричество… Ты-то конечно знаешь границы своих возможностей, потому и меня зовешь. Но ты же совершаешь точно ту же ошибку! Теперь ты уже считаешь мои возможности безграничными! Да, по сравнению даже с тобой я сильнее на порядок. Но я-то свои силы знаю. И они конечны… А у меня две трети бойцов, причем самые старшие, самые боеспособные сейчас в городе. Омскую держат, да с Севером за железку воюют. А тут еще Бивень начинает голову поднимать. А у него народу немногим меньше, чем у меня в Введенке. Приходится еще и на границе с ним патрули усиливать. А теперь еще и Просветовские. Всё, что возможно я на постройку блокпоста кинул… Мне просто некого тебе дать!

— А эти? — я кивнул головой на держащих периметр шестерку малолеток.

— А эти есть, — кивнул головой Князь почти устало. — Последние. Но даже их я тебе не дам.

— Почему?

— Потому что нужно еще и трассу у кольца перекрыть. Если ты не знал, то ни ваша дорога вдоль железки, ни наша через лес не единственные, и, что самое главное, далеко не главные дороги из Просвета? Как ты — обрадуешься, если сейчас от кольца подлетит еще четыре машины с Просветовскими? И отрежут тебе последние пути отхода? Так что вот этот малыш, — Князь бросил взгляд на ствол крупнокалиберного пулемета, торчащего из кузова КамАЗа — с расчетом и вот этим прикрытием перекроют трассу возле кольца. Будут фланги держать.

— И что, у тебя больше совсем никого в строю нет?

— Ну почему же? Есть… Есть девки такого же возраста… Тоже в бой рвутся. Но я и их тебе не дам. Потому, что для тебя они чужие. И если я их тебе дам, ты будешь беречь своих и не так строго беречь их… И будут потери. Причем, первыми погибнут именно мои… Но это для тебя они чужие. А для меня наоборот, самые свои. А вот твои чужие… Это логично когда свое ценишь дороже чем чужое.