Страница 21 из 78
Он выглядит удивленным, что я задаю ему вопрос, откладывает вилку и поднимает взгляд от журнала, чтобы посмотреть на меня. Его глаза пронзительны, и, несмотря на это, я чувствую страх. Мне не следовало ничего говорить. Но потом он заговаривает, удивляя меня.
— Ну, чтобы добыть другого дракона, конечно. Наш метод был настолько успешным в прошлый раз, что я хочу использовать его снова.
— О. — Я не знаю, что еще сказать. — Хорошо.
Он возвращается к чтению своего журнала.
— Ты можешь идти.
Я поворачиваюсь и практически бегу обратно на кухню, где Кэрол и Трина хихикают над моим взволнованным видом. Если бы только они знали.
Еще один дракон? Идея ужасна, ужасна сама по себе… но Азар не знает моего секрета. Теперь, когда я соединилась с Зором и приняла его укус — его огонь, как он это называл, — мой запах изменился. Я не знаю, сработают ли мои трусики снова.
Я не знаю, что он собирается сделать, когда поймет, что мой запах изменился.
Это может быть действительно плохо.
Зор
Беспокойство пробуждает меня ото сна. Мне требуется мгновение, чтобы осознать, что эти безумные мысли принадлежат не мне, а моей паре. Эмма расстроена, и ее мысли в смятении, перескакивая с одной идеи на другую.
«Что такое? — спрашиваю я ее, снова жалея, что не свободен. Цепи давят на меня так же сильно, как и всегда, и вдвойне расстраивают в свете ее паники. — Поговори со мной. Скажи мне, что не так».
«Зор? У нас проблема. — Ее мысли немного успокаиваются, когда ее разум соприкасается с моим, и мне доставляет удовольствие осознавать, что я могу, по крайней мере, немного утешить ее. — Ты знаешь, как парни Азара схватили тебя и принесли сюда?»
«Я пошел по твоему запаху».
«Да, что ж, Азар хочет сделать то же самое снова. — Ее паника снова усиливается. — Но ты сказал, что теперь мой запах другой, верно? Итак, как это повлияет на ход событий?»
Я посылаю ей заверения. «Никакой дракон за тобой не придет. Твой запах скажет им, что ты связана со мной узами. Это будет проигнорировано. Ни один дракони не прикоснется к чужой паре».
«Это плохо, — посылает она ответ, обеспокоенная. — Это действительно плохо. Азар поймет, что что-то не так, а потом он узнает, что мы вместе, и попытается использовать тебя».
«Ха. Он ничего не сможет сделать, чтобы разорвать нашу связь».
«Нет, ты не понимаешь, — говорит мне Эмма, ее мысли полны беспокойства. — Он будет угрожать мне, чтобы я попыталась заставить тебя работать на него. Ему все равно, буду я жить или умру, пока он может использовать меня, чтобы контролировать тебя».
Ее слова заставляют меня чувствовать себя неловко и вызывают в памяти смутные воспоминания. Я помню это. Я помню жестокость салорианцев по отношению к нам. О разорванных семьях, разрушенных гнездах, потому что это был лучший способ заставить воина повиноваться. У меня внутри все переворачивается при мысли о том, что Эмма пострадает из-за того, что этот салорианец хочет добраться до меня.
«Не позволяй ему причинить тебе боль, — говорю я ей. — Я поговорю с ним…»
«Нет! — мысли Эммы яростны и непосредственны. — Возможно, я многого не знаю, но я точно знаю, что Саша была полна решимости не позволять своему дракону мысленно разговаривать с Азаром. Она сказала, что он возьмет над ним верх, или будет контролировать его, или что-то в этом роде. Мы не можем допустить, чтобы это случилось с тобой. Им нужно думать, ты все еще сумасшедший и не поддаешься контролю».
«Я не позволю ему причинить тебе вред», — яростно отвечаю я.
«Я тоже не планирую позволять ему причинять мне вред, — говорит она мне в ответ. — Мы выберемся отсюда сегодня вечером. Я собираюсь достать свои отмычки, и мы освободим тебя».
Мне это не нравится. Мне ненавистна мысль, что она подвергнет себя опасности, но пока я в ловушке, какой у нас есть выбор? Она должна освободить меня. После этого… ничто не разлучит меня с моей парой.
Я должен доверять ей. Я должен потерпеть еще немного.
Глава 13
Эмма
Ночь наступает слишком быстро, и к тому времени, как темнеет, у меня все еще нет особого плана. Весь день я тайком ищу снотворное, которое, как я знаю, у Азара где-то здесь есть. Кэрол подсыпала его в еду Саше, когда та была в плену, так что я знаю, что оно у них есть. Но я не могу найти его так, чтобы это не было очевидно, и в конце концов отказываюсь от этого плана. Тогда мне придется придумать какой-нибудь другой способ.
В зависимости от того, кто несет караульную службу, это может происходить несколькими разными способами. Если это кто-то другой, кроме Курта, я могу солгать и отправить этого человека подальше, сказав ему, что его разыскивает Азар. Если это Курт, что ж, я с этим разберусь. Мне не нравится мысль о том, чтобы кого-то убивать, но если мне придется…
Думаю, я перейду этот мост, когда доберусь туда.
После того, как всем подали ужин, я удаляюсь в свою комнату, сославшись на головную боль. Это не ложь — моя голова раскалывается от беспокойства о том, как мы собираемся это провернуть. Нет, я понимаю. Нет никакого «мы». Я должна быть той, кто сделает это. Никто не может помочь, и я не верю, что кто-то из кочевников не предаст меня.
Если я доживу до завтра, то буду считать, что все прошло успешно. Если я не доживу…
Я просто не буду думать об этом.
Я роюсь в своих вещах, определяя, что я могу взять с собой, а что мне придется оставить позади. Моя верная бейсбольная бита должна остаться. Нести ее будет слишком очевидно. Мои отмычки и пара наручников идут со мной, но я плотно заворачиваю их в кусок ткани, чтобы они не позвякивали. У меня есть старый бумажник с фотографиями моих родителей и моей семьи прошлых лет. Это я беру. Я надеваю свои самые тяжелые ботинки и прячу в них ножи, а также немного денег и последний батончик гранолы. Большинство фортов больше не берут денег, но никогда не знаешь наверняка. Я надеваю свою любимую рубашку, накидываю поверх нее другую рубашку для прикрытия и добавляю к джинсам пояс с шипами, потому что в крайнем случае он может послужить оружием. Рулон клейкой ленты обволакивает мою руку, как тяжелый браслет, — я давно поняла, что клейкая лента всегда полезна, особенно при побеге.
Когда я больше не могу медлить, я делаю глубокий вдох.
«Ты готов?» — спрашиваю я Зора, который молчал большую часть дня. Я предполагаю, что он очень беспокоится обо мне. Мне знакомо это чувство — я тоже очень беспокоюсь за себя. Но мы в этом вместе, и я его не брошу. Я не собираюсь позволять Азару использовать его.
«Конечно. Освободи меня, и я разорву наших врагов на части».
«Мы никого не будем разрывать на части, — быстро говорю я ему. — Мы просто уберёмся отсюда к чертовой матери».
Его мысли окрашены удивлением. «Ты не хочешь отомстить?»
«Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое. Это все. — По его мыслям я могу сказать, что он не согласен со мной. — Мы можем поспорить об этом позже».
В отеле тихо, и я жду, вытирая вспотевшие ладони о джинсы, пока не становится поздно, и я не могу быть уверена, что все уже в кроватях. Когда мне кажется, что настало подходящее время, я приоткрываю свою дверь и выглядываю в коридор. Никого не видно. Я запираю за собой дверь и вешаю маленькую табличку «Не беспокоить» на дверную ручку. Если кто-нибудь придет искать меня, пусть думают, что я сплю. К тому времени, когда кто-нибудь придет посмотреть, нас уже давно не будет.