Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 8 из 9

– Да уж, одежда на нас и правда словно горела синем пламенем, а коленки вечно были измазаны зеленкой, – хихикнула Вероника. – До чего прекрасное время – детство и юность, жаль, что все это быстро заканчивается.

Света, Юля и Ника с детства были закадычными подружками. Жили на одной улице, в спальном районе Москвы, в разных домах. Играли в одной песочнице, ходили в один детский сад, позднее пошли в одну школу. Юля с Никой были девочками шумными, непоседливыми и непослушными, а Светочка – тихой и застенчивой, и мальчишки всегда обижали ее. Как-то само собой получилось, что Юля и Ника однажды встали на защиту слабенькой Светочки и так отмутузили толстого Сережку из своей группы, что больше ни у кого не возникало желания обидеть Свету. Светочка с тех пор стала «шнурком» ходить за Юлей и Никой. После школы их дружба окрепла. Праздники, дни рождения и вечеринки девушки проводили вместе. При малейших неприятностях они собирались у кого-нибудь втроем и старались найти выход. Не помешало их дружбе и замужество. Ника вышла за Николая Королева, с которым она познакомилась в институте, и разошлась с ним через пять лет совместной жизни. Светлана расписалась, а потом и обвенчалась с Красновым Виктором, которого она верно и преданно ждала из армии два года, потом так же верно ждал уже он, когда его возлюбленная закончит институт. У них сын Ромка, Ника стала его крестной матерью.

Юлька же за все эти годы умудрилась сменять трех бывших мужей на четвертого, крутого олигарха Вадима Демидова, у них росли два сына-близнеца. Правда, счастье это пришло в их дом через такие испытания, что, вспоминая об этом, Юля нервничает и бледнеет.

В одно далеко не прекрасное утро Вадима нашли в его собственной спальне с простреленной головой. Его молодая жена Юля лежала рядом с ним без сознания, сжимая в руке пистолет. Естественно, ее арестовали. Комната была заперта изнутри, кто-то третий проникнуть туда не мог. Вторая улика против Юлии была еще весомее: из этого пистолета стреляли в Вадима, на нем были только одни отпечатки пальцев – его жены.

Тогда в ход дела вмешалась Вероника. Она ни на секунду не усомнилась в том, что ее лучшая подруга тут ни при чем: Юля очень любила мужа. Правда, к счастью для Юли и Вадима, выплыла наружу и обелила девушку.[2]

Глава 4

Прошла неделя.

– Рома, иди скорее сюда! Послушай, что надумала твоя теща! Я с ума от нее сойду, точно! От ее непредсказуемых выкидонов у меня голова кругом идет. Что ни день, то новости! Где моя прежняя мама Аннушка? Куда она подевалась? – восклицала Вероника.

– В чем дело, дорогая? Что за пожар? – спокойно спросил Роман, спускаясь по лестнице со второго этажа в гостиную.

– Апокалипсис, блин!

– Что такое?

– Моя бесподобная мамочка Анюта надумала ехать в Китай, в тибетский монастырь, к монахам, – выпалила Ника.

– И что?

– Как это – что? Рома, ты хоть понимаешь, что такое Тибет? – возмущенно спросила Вероника.

– Тибет в Китае. – Муж пожал плечами. – И что? Анна взрослый человек, она вправе ехать, куда ей захочется.

– Не говори глупости, – взвилась Ника. – Ты должен ее отговорить от этой безумной затеи!

– Зачем?

– Затем! Тибет – это не Куршавель и не Канарские острова, это бог знает где, на краю света, если не дальше. Там страшный холод, высокие заснеженные горы, там не каждый выдерживает.

– Моя неповторимая теща выдержит все, что угодно, можешь не сомневаться, – ответил Роман. – Она запросто дернет на Луну, если ей предложат, я уверен. И отговорить ее сесть в ракету не удастся никому. Она займет в ней лучшее место с видом на Сатурн, – захохотал он.

– Прекрати свои шуточки, мне не до них! – воскликнула Вероника. – Ты мужчина, поговори с ней, отговори, она тебя уважает.

– А тебя, значит, не уважает? – усмехнулся Роман.

– Меня она даже слушать не захотела. Назвала мои доводы полным отстоем, сказала, что я – закисшая в быту мещанка и ничего не понимаю в настоящей жизни, и скрылась в своей комнате, – сердито ответила Ника. – Представляешь? Согласна, что в чем-то я изменилась после рождения Кристины, у меня появилось чувство ответственности, мне не до приключений, а она!..

– Успокойся, радость моя, не нужно так нервничать, – улыбнулся Роман, обнимая жену за плечи. – Что бы о тебе ни говорили, для меня ты – лучшая на свете женщина.





– Рома, отговорить ее сможешь только ты, больше некому. Очень прошу, сделай это!

– Господи, девочка моя родная, ты меня удивляешь. – Роман покачал головой. – Ты прекрасно знаешь свою мать, ее бесполезно отговаривать, она очень упряма. Ты, кстати, такая же.

– И что теперь делать?

– Единственный шанс – это увлечь ее чем-нибудь другим.

– Чем, например? – мгновенно уцепилась за эту идею Вероника.

– Не знаю, Ника, – задумался Роман. – О, кажется, придумал: восхождением на Эверест!

– Издеваешься, Ребров? – прищурилась Ника. – Я серьезно говорю, что ее нельзя пускать в такое опасное путешествие, а ты смеешься?

– С чего ты взяла, что опасное? – добродушно улыбнулся Роман и поцеловал свою вторую половину в нос. – Мне кажется, оно не опаснее любого другого.

– Когда кажется, крестись! Я знаю об этом из первых рук.

– И откуда же?

– Там была одна моя одноклассница, Инга Ерина. Она мне рассказывала о подобном паломничестве, показывала фотографии. Они с группой ходили к горе Кайлас. Туда нужно через другие горы идти, и многие не выдерживают, просто умирают, если у них сердце слабое. И помочь некому! Врачей там нет. Пока прилетит вертолет с большой земли, уже поздно. Да и вызвать его можно лишь в том случае, если у кого-то из группы есть телефон со спутниковой связью, тогда и сообщают, куда нужно.

– Уверен, что такой телефон появится у моей тещи в ближайшее время, – заметил Роман.

– Ты меня слушаешь или ушами хлопаешь? – закричала на мужа Вероника. – Я тебе только что сказала: пока прилетает вертолет, бывает уже поздно, человек умирает от сердечной недостаточности. Хорошо, если повезет и рядом окажется какой-нибудь скит с монахом-отшельником, у них какие-то специальные отвары есть! К тому же группа идет налегке, продукты с собой брать нельзя, только воду и сухари. Это непременное условие паломничества! Такой переход только молодым по плечу, да и то не всем.

– Страсти какие-то, – усмехнулся Роман. – Не забывай, что мы живем в мире технического прогресса:

– Там люди живут по своим правилам, современному миру там нет места, и уж тем более техническому прогрессу, – возбужденно говорила Вероника, нервно шагая по комнате взад и вперед. – И не смотри на меня с таким скептицизмом, я знаю, что говорю.

– Ты серьезно? – с недоверием спросил Роман. – Если это так опасно, зачем же тогда люди едут туда?

– Инга рассказывала, что, добравшись до горы Кайлас и обойдя вокруг нее хотя бы один раз, люди якобы избавляются от многих болезней, даже от тех, которые современная медицина признает неизлечимыми. Говорят, бывали случаи, что люди вставали из инвалидных кресел и начинали ходить. Еще – изменяется судьба человека. На сто восемьдесят градусов поворот дает. Буддисты утверждают, что человек, сумевший обойти эту гору сто восемь раз подряд, станет святым уже при жизни. К сожалению, и один раз это очень трудно сделать.

– С какой стати она решилась на такой экстрим? – удивился Роман. – Со здоровьем у нее все в порядке, на судьбу жаловаться грех. С чего это вдруг ей вздумалось?

– У нее спроси! Откуда мне знать? – раздраженно ответила жена. – У нее сегодня так, а завтра эдак, решения приходят в ее голову словно бы ниоткуда или сваливаются с потолка. Господи, за что мне такое наказание? Если с ней, не дай бог, что-нибудь случится, я себя до конца дней своих не прощу! Рома, сделай что-нибудь, очень тебя прошу, – взмолилась Ника. – Пусть едет куда угодно, но только не туда! Столько есть интересных мест на земном шаре, кроме этого Тибета.

2

Читайте об этом в романе И. Хрусталевой «Гардемарин в юбке», издательство «Эксмо».